Герой на полставки (Genshin Impact) - Мистер Ву

— Затем, чтобы этот «свободный ветер» не оторвал своему владельцу руки при неудачном касте, — ледяным тоном осадил его Декарабиан, он снова повернулся ко мне, и в его бирюзовых глазах зажегся фанатичный огонек преподавателя, дорвавшегося до свежего студента. — Но я не такой, я покажу тебе, почему в свое время я по праву считался одним из сильнейших богов Тейвата. Я научу тебя дисциплине и направлять бурю так, чтобы она резала камень, а не трепала прически.

Что-то в его тоне заставило меня пожалеть о том, что я вообще заикнулся про сломанные статы.

— Э-э-э… Звучит круто, Дед, — осторожно начал я, отодвигаясь чуть подальше по чешуе Двалина, защита у меня была, но хватит ли её? — Но, может, начнем после того, как приземлимся? А то тут, знаешь ли, высота и турбулентность… ладно ещё это, я умею летать, но тут такой воздушный поток от дракона, что меня просто разорвёт.

— Глупости, — отрезал бывший Повелитель Бурь, он плавно поднялся на ноги, балансируя на спине летящего дракона с такой легкостью, словно стоял на твердом мраморном полу своего дворца. Ветер поддерживая его образ, трепал его черные волосы и меховой воротник, но сам он казался высеченным из гранита. — Истинное мастерство познается в экстремальных условиях, вставай, Странник.

— Чего?! Прямо здесь?! — я вцепился в шип Ужаса Бури мертвой хваткой. — Мы летим на скорости хрен знает сколько километров в час! Ты Хочешь, чтобы от меня остался только капли?

— Если попадешь пот воздушный поток — значит, ты был недостаточно сконцентрирован, — безжалостно констатировал Декарабиан, глядя на меня сверху вниз. — А теперь вставай, первое правило контроля Анемо — умение сливаться с потоком, а не сопротивляться ему.

Я посмотрел на Венти, ища поддержки, но этот зеленый предатель только радостно помахал мне ручкой и поудобнее уселся, явно приготовившись к бесплатному цирковому представлению.

— Я ненавижу сенны…. — сказал я, с трудом отдирая пальцы от спасительного шипа и пытаясь подняться на дрожащих ногах, пока ветер нещадно хлестал меня по лицу.

И что началось…. О-о-о, как же меня изнасиловал этот ветер, уф-уф… Клянусь, мне продуло не только мозги, но и каждую ворсинку на теле. Мои бедные, идеально уложенные 2D-аниме волосы, которые до этого момента игнорировали законы физики, теперь напоминали гнездо сумасшедшей цапли.

Декарабиан оказался учителем от бога, в прямом и переносном смысле. Только с обратной стороны — он был тем самым непробиваемым, садистским сенсеем из тибетского монастыря, к которому попадает Агент Джонни Инглиш в исполнении Мистера Бина. Абсурдность происходящего зашкаливала.

— Твоя стойка отвратительна, Странник! — перекрикивая рев Двалина, вещал бывший тиран, он грациозно прохаживался по чешуе дракона, заложив руки за спину, пока я пытался не улететь в стратосферу, стоя на одной ноге и растопырив руки, как пугало-эпилептик. — Ты не управляешь потоком, ты барахтаешься в нем, как кусок грязной ткани!

— Я! Пытаюсь! Выжить! — проорал я, когда очередной порыв ветра чуть не вырвал меня с корнем, моя печать на руке пульсировала, выдавая хаотичные вспышки бирюзового света.

— Выживание — это базовый инстинкт животного, а ты должен стать бурей! — Декарабиан подошёл вплотную, ветер даже не смел тронуть полы его плаща, как он это делал без магии?! — Собери энергию в центре ладони, сформируй лезвие, и не смей моргать!

Я попытался, честно, я напряг все свои сверхъестественные силы, представил себе острое лезвие ветра… и вместо этого выдал мощный, неконтролируемый чих, заряженный Анемо-энергией.

БАБАХ!

Сгусток спрессованного воздуха вырвался из моего носа, просвистел в миллиметре от уха Декарабиана (он даже бровью не повел) и снес облако, висевшее метрах в ста от нас.

— Ого! — радостно захлопал в ладоши Венти, жующий яблоко на краю крыла. — Анемо-Чих! Странник, ты гений!

— Это… неприемлемо, — холодно процедил Декарабиан, смахнув невидимую пылинку с плеча. — Мы будем повторять это упражнение до тех пор, пока ты не научишься резать воздух силой мысли, а не своими физиологическими выделениями. Ноги шире! Центр тяжести ниже! И прекрати цепляться за дракона, ты мешаешь ему лететь!

Следующий час превратился в изощренную пытку, меня заставляли ловить воздушные потоки голыми руками, балансировать на самом кончике шипа и пытаться создать, придуманную мной вакуумную сферу, пока Двалин закладывал виражи над горами. Когда вдали наконец-то показались золотые крыши и высокие скалы Гавани Ли Юэ, я рухнул на чешую Двалина, тяжело дыша и пуская слюни, как загнанная собака.

— На сегодня достаточно, — милостиво изрек Декарабиан, глядя на мою распластанную тушку с легким, почти незаметным одобрением. — Твои каналы прочищены, для первого раза — сносно, завтра перейдем к уплотнению барьеров.

То что это был конец, подействовал на меня как вытрезвитель, и выносливость только от этих слов восстановилась. Я вскочил на ноги, чувствуя одновременно и невероятную легкость во всем теле, и жгучее желание упасть обратно. Экстремальные условия для тренировок — это явно не мое. Не знаю, какие там отбитые герои сёненов готовы проходить через боль, унижения и кровавые сопли ради мифической «силы», но я говорю этому твердое «нет» и точка. У меня спина не казенная, хотя, признаться честно, прочищенные Анемо-каналы теперь гудели от энергии, так что, возможно, из садистского опыта прошлого Архонта и выйдет какой-то толк.

Двалин благоразумно приземлился где-то подальше от народа, на одном из высоких каменных уступов горы Тяньхэнь, скрытом за густыми облаками. Попрощавшись с нашей большой чешуйчатой маршруткой, я заметил, как перед самым взлетом дракон задержал тяжелый, подозрительный взгляд на Декарабиане, после чего громко, почти презрительно фыркнул, обдав нас теплым паром, и свечой ушел в небо. Бывший тиран лишь изящно поправил растрепавшийся меховой воротник, полностью проигнорировав выпад ящерицы.

Я громко хлопнул в ладоши, привлекая внимание своих божественных спутников.

— Ну что же, мы в Ли Юэ.

Я подошёл к краю обрыва и осмотрелся. Страна была… очень специфической, по общим ощущениям, я бы тут жить не стал. Да, масштабы поражали: огромные корабли в порту, бесконечные ряды красных фонариков, многоярусные здания, вгрызающиеся прямо в скалы, но мне как-то не хватало моей привычной эстетики. Хотя что в ветряном Магнитогорске, что в местной версии древнего Пекина всё было анимешно, гладко вырезано и вылизано до блеска, в общем: снова текстуры на максималках.

Декарабиан подошёл ко мне, заложив руки за спину, его бирюзовые глаза скользнули по золотым крышам Гавани, по массивным каменным мостам и торговым площадям.

— Слишком много камня, — вынес свой архитектурный вердикт бывший Повелитель Бурь. — Никакой аэродинамики, улицы узкие, здания нагромождены друг на друга. При хорошем шторме половина этих цветастых