Фантастика 2026-17 - Максим Мамаев

И совсем другое дело те, кто достиг вечности. Пусть даже такой убогой, такой лишенной большей части радостей бытия, пусть ценой превращения себя в чудовище, жадное до жертв и людской крови… Но те, кто добровольно, зная на что идут, стали подобными чудовищами, более всего боятся встретиться именно с ней, со смертью. Это их абсолютный страх, это то, что делает их слабыми, естественная причина, по которой бессмертные не способны силой прогнуть под себя смертных и подчинить их себе раз и навсегда, то, почему им приходится с ними считаться… И на этой слабости подобных тварей и нужно ловить.

Архилич был в ужасе. Осторожная тварь, наверняка рискнувшая здесь показаться лишь потому, что видел во мне лишь Старшего Магистра — пусть очень интересного, выносливого и закованного в чудесную броню, которую он бы с удовольствием затрофеил. Как и всякая сверхосоторожная тварь он наверняка предполагал, что у меня могут быть припасены какие-нибудь козыри, но право слово — против целой армии нежити и нечисти, с демонами в союзниках, трёх существ уровня Архимагов, какие могли быть шансы у чародея шестого ранга?

Долго выжидавшая и оценивавшая ситуацию нежить, решившая лично вступить в схватку лишь тогда, когда сочла что, все козыри на её стороне, и даже в этот момент решившийся лишь на удар в спину никак не ожидала, что именно она станет моей основной мишенью. Ведь логика боев одного против многих требует сперва расправиться со слабейшими и наиболее уязвимыми врагами — находящимся в стороне третьим Архимагом, что явно был человеком и уступал в силе любому из этой парочки, или на худой конец со стоящей со мной лицом к лицу демоницей. Или, на что он наверняка уповал больше всего — обратиться в бегство, попытавшись спасти свою шкуру.

Однако я рванул прямиком к нему, плюнув на привычную и понятную ему логику. Пошёл в лоб, не стал хитрить и экономить силы, не играл в манёвры — напал в лоб, сломил его атаку и оказался на расстоянии удара мечом. Мечом, что за сегодня, как он знал, оборвал существование тысячей его младших сородичей… И при этом я оказался на порядок сильнее, чем им казалось изначально — в единый миг пусть и сильный, пусть выносливый, но всего лишь Старший Магистр разразился аурой и мощью, которой большинство Архимагов позавидует!

Если бы он не побежал, если бы он остался и попытался выиграть время союзникам — мне пришлось бы худо. Архилич был достаточно силен, что бы продержаться в прямой схватке на подготовленной им заранее позиции не меньше минуты — целая вечность по меркам текущего боя.

Однако нежить поступила так, как всегда поступают подобные ей — драпанул, используя заготовленный на всякий случай путь отхода. А творить могучие защитные заклятия на бегу, использовать высшую магию впопыхах если ты не кто-то вроде меня или хотя бы просто не опытнейший боевой маг, не раз бывавший в подобных ситуациях, очень сложно.

Архиличи — это не существа прямого боя. Напасть на более слабого, устроить засаду, завалить врага валом нежити и тем его ослабить, прежде чем самим выйти на бой — вот это их тактика. Но лоб в лоб? Самолично на линии огня против равного? Не-е-т… Не в духе труса, обрекшего свою душу на вечное проклятие ради того, что бы выйти из-под власти времени.

— Теперь веришь, что я тебя прикончу? — обернулся я демонице, чьи чары врезались в багровый щит, сотканный из кровавых молний. — Не изгоню, как ты рассчитывала при худшем для себя раскладе, не пленю, а именно уничтожу без остатка?

— Я не нежить, а ты не святой, что бы суметь совершить подобное, — уже куда осторожнее и без улыбки заявила представшая передо мной демоница. — Простой Магией Света, даже с твоими непонятными присадками, меня не убить окончательно… А вот я тебя, даже если отправлюсь по твоей милости домой, успею славно потрепать. Но я не хочу доводить до крайностей… Почему бы нам не разой…

Прежде, чем она договорила, я вскинул вбок Меч Простолюдина — и с него сорвались целым шквалом десятки, сотни молний, на ходу змеясь и обращаясь сотнями искусно сотканных змей. Чем четче образ, в который воплощаешь в свою волшбу, чем детальнее и подробнее он получается — тем сложнее и могущественнее чары. Так банально больше маны в них можно впихнуть…

Пространство передо мной уже не деформировалось и не шло искажениями — его просто разрывало, стремясь уничтожить и меня. Этой атакой нельзя было смести целый полк, обрушить крепость или выжечь рощу — нет, область его поражения была крайне мала, но этим чарам большего и не требовалось. Это была персональная атака, предельно сконцентрировавшая в себе всю доступную заклинателю ману с одной лишь целью — убить врага перед собой. И к сожалению, среди всех преимуществ моего доспеха способность противостоять магии Пространства, особенно в исполнении демона Инферно, не числилась. Удар имел все шансы пройти сквозь броню и плоть, создав небольшой разрыв прямо в моём мозгу — там, где находился мой Источник…

Вот только я ждал чего-то подобного, а потому был готов. Зря ты, подруга, засветила, что твой главный козырь — именно магия Пространства. Я успел учесть это… И разрывающий всё и вся импульс, что должен был оказаться прямо в моей голове, минуя все защиты и естественное сопротивление в виде ауры чародея, лишь рассёк мне бровь. Глубоко, до кости, миновав шлем и большую часть чар — но тем не менее, я остался жив и здоров.

Любой живой организм имеет врожденное сопротивление тому, что бы прямо в его пределах формировались всякие разрывы Пространства и прочие подобные фокусы. А уж если речь о магах, тем более сильных, то и говорить нечего. Будь иначе, именно маги этой школы чародейства правили бы сейчас миром… Но демоница была достаточно искусна, что бы попробовать провернуть подобное — однако я был готов.

Десятки громадных молниевых змеев всех доступных мне цветов начали один за другим обращать в тлеющий прах соседнюю рощицу. Засевший там враг вовремя переключился с попытки напасть на защиту — к тому же он был не один. С ним уже была полноценная свита — несколько демонов послабее, пара десятков магов, призраки, какая-то нежить… И это при том, что он точно не был некромантом! В сиянии багровых огней и многочисленных защит вдалеке гремела и бушевала магическая гроза, а я, наконец,