Стеллар - Роман Прокофьев

И мы начали торопиться. В первую очередь требовалось осмотреть и восстановить станцию Пути, находившуюся возле Кратера. От удара «Абсолюта» ее конструкции выгорели, превратившись в обугленный скелет, пострадали опоры и сама стартовая труба. Сооружения казались безнадежно разрушенными, однако мы знали, что это далеко не так.

Что такое Путь? Это вершина инженерной мысли Техномантов Первого Легиона, озадаченных созданием безопасного и быстрого способа перемещения по Черной Луне. Рельеф сложнейший, множество каньонов и расселин, враждебная А-фауна, транслокация не работает из-за азур-выплесков, и даже портационные А-способности в условиях нестабильного фона зачастую не дают нужного результата.

Тогда появился Путь. Его строили год или два, связывая все крупные форпосты Первого Легиона. В основе лежала идея магнитной левитации — на Земле во времена Утопии существовали вакуумные ховерлупы, работающие по такому же принципу, а в условиях отсутствия атмосферы и слабой гравитации Черной Луны задача становилась еще проще. Другое дело — А-излучение, не позволяющее работать сложной технике, поэтому Путь был устроен на принципах азур-инженерии и предельно просто.

По сути, он представлял собой цепь высоких опор — огромных гвоздей из бериллия и измененного камня, закрепленных через определенные промежутки. Где-то в качестве опор использовались существующие перепады рельефа, где-то возводились искусственные насыпи. Высота Пути была рассчитана таким образом, чтобы пересечь все наземные препятствия подобно воздушному мосту. Техноманты Первого Легиона проделали колоссальный объем работ, используя как древнюю технику Утопии, так и «живую материю», если иные способы были невозможны. На вершине опор закрепили особым образом измененные азур-артефакты, изготовленные уже здесь, которые выполняли роль мощных индукторов, продуцирующих направленное магнитное поле между опорами.

Такие устройства были известны и на Земле, но здесь они сыграли роль невидимого магнитного монорельса для движущихся по «ниточке» обтекаемых платформ, похожих на острые кинетические патроны. Со стороны казалось, будто бериллиевые «снаряды» мчатся по пустоте между опорами, однако же никакой магии — принцип магнитной левитации, помноженный на азур-инженерию дал реальный результат. Во времена Первого Легиона платформы летели по Пути с огромной скоростью, нейтральный бериллий защищал от А-сущностей и А-излучения, узловые станции позволяли затормозить, и движение прекращалось лишь на время тектонической активности или азур-выбросов: прочие Твари просто не могли угнаться. Ремонт тоже прост — достаточно было поменять поврежденные опоры, чтобы вновь запустить движение. Для этого Инки приготовили запас материалов на каждой узловой станции. Путь был ключевым преимуществом — и после его постройки, когда переброска резервов и техники стала быстрой и безопасной, Первый Легион наконец-то добился первых успехов в Осаде. Во всем этом чувствовался системный подход Прометея — я был уверен, что мой предшественник участвовал в создании всего Пути, пусть и инкогнито.

Нашей задачей было восстановить станцию и эстакаду у Кратера, откуда можно произвести погрузку, затем восстановить несколько ближайших опор и протестировать магнитный монорельс тестовым прогоном. Узловые станции располагались каждые сто миль, на каждой имелись и запасные «вагоны», и необходимый запас материалов. А у меня имелась Десница, которая могла это все дезинтегрировать, аккумулировать и при необходимости заново воссоздать.

Вблизи Кратера закипела работа, сначала в лучах прожекторов, обшаривающих черную равнину, затем при потрясающем лунном рассвете, когда из-за горизонта всплыл голубой, покрытый белыми завихрениями шар Земли. Если напрячься, можно было разглядеть даже концентрические круги городских Стен на субконтиненте, и, честно говоря, его появление придало нам надежды. Столкновений не было, патрули докладывали, что в окрестностях после удара “Абсолюта” все как будто вымерло, даже вездесущие войды. Лучшего момента для наших задач нельзя было и пожелать. Группа Техномантов-инженеров во главе с Гнозисом вылетела на ближайшую узловую станцию. Мы предвидели подобную ситуацию, поэтому готовились еще на Земле, захватив соответствующий набор Схем, инструментов и необходимой техники, да и в развалинах станции тоже кое-что нашлось.

Вскоре мы увидели, как со стороны равнины приближается “пуля” грузовой платформы. Она напоминала обтекаемый с обеих сторон цилиндр и двигалась настолько быстро, что главной проблемой было затормозить в магнитной ловушке восстановленной нашими силами многоствольной пусковой трубы. Древние механизмы Пути удалось запустить и это стало нашей маленькой победой.

Из “Экстременацио” уже выходила цепочка трейлеров, проделывая обратный путь. По новой эстакаде они поднимались на погрузочную платформу и исчезали в темном нутре “вагона”. По внутреннему объему туда влезал даже габаритный саркофаг с Ядром, хотя для переброски всего нашего конвоя требовалось три или четыре ходки. Ничего страшного — погрузка и разгрузка, по нашим расчетам, должна была занять гораздо больше времени, чем сама дорога.

Следующий пункт назначения — узловая станция между форпостами, а затем — основная база Первого Легиона — огромный космодром захваченного А-сущностями Многоугольника.

Пользуясь небольшой паузой, одновременно мы распределяли Азур и Геномы, пытаясь максимально усилить Инкарнаторов. Средний показатель свободного накопления за сутки на Черной Луне, если учесть естественное излучение, трофейная А-энергия и то, что набирали индивидуальные А-конденсаторы — около пятисот тысяч Азур на каждого. Кажется, что это очень много, но после сотни полученных Нейросфер (а это уровень второй-третьей эволюции), рост уже не может быть мгновенным. Мне, к примеру, получившим намного больше остальных за счет активного использования “Азур-Манипуляций” и остаточного эффекта “Дезинтеграции”, к исходу вторых суток и началу транспортировку удалось сформировать всего пять дополнительных Нейросфер, подняв порог накопления до 110000/246400 Азур. В общей сложности их было пятнадцать, и это позволяло приступить к четвертой эволюции. Подобным могли похвастаться немногие старики, а новички в основном только вошли в оптимум третьей.

Арахна работала, искусно распределяя добычу из общего котла. Счастливчики к стандартному набору “земных геномодов” (кстати, разных для разных Фенотипов) получили первые дары Черной Луны — “Вегетатику” и “Анаэробность”. Оба Генома, вернее, Печати, относились к разряду важных модификаций, повышающих выживаемость на Черной Луне. Первый полностью трансформировал обмен веществ, модернизировал нервную систему и подготавливал общий фундамент для последующих изменений, а второй позволял сформировать автономную дыхательную систему, снимая потребность в кислороде. Некоторые Заклинатели получили “Кинезис”, психокинетическую А-способность “синего” уровня (они часто падали с “Элементалей”), а кое-кто обзавелся редкой “Левитацией”. Пилотам вингеров отдали все “Зрительные Нейроны” с саранчи — интересный Геном, выполняющий роль детектора движения — модификация на нейронном уровне позволяла оценивать обстановку и избегать столкновений, обеспечивая феноменальную сверхманевренность. Нашел своего хозяина и “Магнитный Луч”— им оказался отличившийся в бою Инк с забавным позывным Тик-Так.

Существовали и другие, более серьезные Печати и Матрицы, но нам еще не удалось их раздобыть, кроме “Азур-Магнетизма” с супер-голема. Но его пока не мог использовать никто из нас.

Для прохождения четвертой Эволюции Духа мне требовалось выполнить последнее