Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

Тренер очень хорошо понимал, как надо себя вести с ребятами постарше. Он всегда старался всячески их превознести, а новичков унизить. В этом странном поведении и состояла его методика проведения уроков, которая отнюдь не всех устраивала.

После унизительных обсуждений недостатков каждого новичка ребята должны были бегать вокруг тренера, приседать по сто раз, опять бегать и снова приседать. А белокурый Чак Милый только язвительно хмыкал и клал в рот разноцветные конфетки длинными тонкими пальцами.

– Как прошло первое занятие? – с любопытством спросил Артур у Тина и Треверса, когда они оба мрачнее тучи ввалились после уроков в шале Морских львов. Впрочем, их одинаковые угрюмые физиономии вполне красноречиво отвечали на поставленный вопрос.

– Знаешь, Арч, – задумчиво проговорил Тин, – думаю, тебе ужасно повезло, что Даг де Вайт не взял тебя в команду.

– Все так плохо? – улыбнулся мальчик.

– Еще хуже! – простонал Треверс, на ходу стягивая с себя насквозь промокшую форму. – Мне кажется, я сейчас умру. Этот Чак – настоящий мохит в человеческом обличье.

– Выглядит он вроде вполне безобидно…

– Ты просто не видел, как он ведет занятие. Как ему вообще разрешили тренировать, ума не приложу. Мало того, что он всех оскорбляет… Если делаешь упражнения неправильно, то он назначает санкции.

– Что за санкции? – с любопытством спросил Артур, которого интересовали все детали тренировок.

– Отжиматься пятьдесят раз, приседать пятьдесят раз, прыгать на одной ноге. Поверь, у него отличная фантазия.

– А если кто отказывается выполнять это?

– Сразу же вылетаешь из команды. И старшекурсники начинают дразнить тебя слабаком.

– Я вообще-то уже сомневаюсь, что хочу играть в едингбол, – промямлил Треверс. – Мне кажется, пусть лучше позор, чем все эти постоянные унижения на тренировках. Кем только меня уже не обозвали…

– Если Чак Милый именно этого добивается, думаю, ты, напротив, должен остаться в команде, – посоветовал другу Артур. – Пусть говорит все что угодно, от слов ведь не больно. Делай вид, что тебе все равно.

– Ага, легко тебе говорить…

– Вовсе нет. Я тоже очень хочу быть в команде. Хотя бы затем, чтобы… – Артур не стал заканчивать фразу, и только Тин догадался, что его приятель имеет в виду. Юноша хотел, чтобы ему поскорее дали единорога, ибо это был его шанс попробовать найти Клипс и Левруду. В принципе, по окончании учебы у него и так был бы свой единорог, но Артур не намеревался ждать так долго. Его кормилица и без того наверняка сходила с ума от беспокойства. А так как всем начинающим игрокам без исключения выдавали настоящих взрослых единорогов, а не пони, и учили взаимодействовать с ними, то, безусловно, мальчик хотел вместе со своими друзьями поскорее оказаться в команде. Сам же едингбол волновал его куда меньше, чем Тина – Артур не был столь азартен и не стремился ко всеобщей славе и вниманию со стороны других учеников.

После этого разговора прошло несколько недель. Мальчиков так сильно нагружали на тренировках, что они буквально приползали в шале, не желая больше ничем заниматься, кроме как лежать на своих кроватях. У Тина даже уменьшился аппетит, что было совсем уж для него нехарактерно.

В один из пасмурных смраденьских дней Артур гулял по узким улочкам спального городка, пока его друзья готовились к игре. Диана с Триумфией, как обычно, предпочли его обществу библиотеку. Недалеко от «Билли Блейка» его застал Тин – растрепанный, довольный, даже не потрудившийся снять свой тренировочный костюм, поверх которого он кое-как нацепил теплый полушубок.

– Артур! – крикнул он, остервенело маша руками вслед своему приятелю. – Я только что узнал… У нашей команды нет скорохода!

– Ну и что? – Артур придал своему голосу небрежность, однако сердце его вздрогнуло от возбуждения.

– Скороход нашего союза заболел! Отравился грибами какими-то… – Тин остановился, чтобы на секунду перевести дух, и продолжил: – И теперь Даг ищет игрока.

– Думаешь, он возьмет меня? – c надеждой в голосе спросил Артур. – Он вроде говорил, что его не устраивает моя кандидатура.

– Да брось! Ты же лучше всех летаешь! Тем более у тебя, в отличие от всех нас вместе взятых, куда больший опыт взаимодействия с единорогами, – обрадовал Тин друга и хлопнул его по плечу.

Так в этот же день Артур стоял перед Дагом де Вайтом и просил зачислить его в команду Морских львов.

– Я действительно очень хочу научиться летать на единороге! – говорил он, ненавидя себя за то, что ему приходится выпрашивать это у профессора, который стоял и холодным взглядом прожигал насквозь своего ученика. Сегодня преподаватель по полетам отчего-то был явно не в духе. Его красивое лицо выглядело усталым, под потухшими зелеными глазами виднелись темные круги.

– Вы не были ни на одной тренировке, – наконец язвительно процедил Даг де Вайт, и Артур вспыхнул. Интересно, по чьей же вине он не попал ни на одну тренировку?!

– Помимо этого, я вижу, вы обладаете вспыльчивым характером, вы нетерпеливы и порою ведете себя очень вызывающе с преподавателями… Профессор Лист рассказывала мне о вашем недостойном поведении на ее уроке… Подобные черты характера неприемлемы, когда речь идет о едингболе.

– А вы случайно не обсуждали с ней, профессор, приемлемость использования мандарины в качестве наказания для студентов? – насмешливо поинтересовался Артур. Он уже жалел о том, что послушал Тина и пришел к преподавателю единологии.

– Я думаю, что таким самоуверенным молодым людям подобное наказание может послужить хорошим уроком, – угрюмо проговорил Даг де Вайт. Профессор, надо отметить, вел себя несправедливо по отношению к юноше, однако вины Артура в этом не было. Даг де Вайт слишком хорошо помнил ошибки, которые он допустил.

– Вам виднее, профессор, – холодно, на манер своего преподавателя, вымолвил Артур и гордо повернулся, чтобы уйти.

– Сегодня попрошу Чака, чтобы дал вам единорога, – устало проговорил Даг де Вайт ему в спину, и Артур медленно остановился, не поверив своим ушам. Верно, он ослышался? – Но вы должны знать, что эти животные являются собственностью школы… Вы не сможете пользоваться им по своему усмотрению вне тренировок и игр, – добавил профессор, словно догадывался об истинной причине, по которой Артур желал попасть в команду.

– Я понимаю… Спасибо! – тихо проговорил Артур, все еще отказываясь верить своему счастью. Однако Даг де Вайт только махнул рукой, словно брезгуя страстными излияниями своего ученика.

– Если что-то пойдет не так, мандарина покажется вам сущим пустяком! – строго вымолвил он.

– Я запомню, профессор, – насмешливым голосом сказал Артур и поспешно покинул кабинет преподавателя единологии.

Даг де Вайт сдержал свое обещание, и спустя пару часов Артура пригласили