В поисках золотой жемчужины - Дмитрий Шатров

— А вот как раз то, о чём я вам говорил. Здесь мы получаем готовый продукт. — На губах Водёра появилась плотоядная улыбка.

Франт хотел бы разделить его радость, но не смог, от зловония у него заслезились глаза и сбилось дыхание. Он достал из кармана белый платочек и прижал к лицу — стало немного легче. Но одежду, скорее всего, придётся выкинуть.

Через пять минут куратор проморгался, попривык к смраду и смог продолжить экскурсию.

Третий бокс был разделён на три части бетонными стенами со стальными дверями, открывающимися вверх. В большом отсеке, среди обгрызенных костей и человеческих останков, сидело несколько руберов. Центральная комната оказалась пустой. В третьей располагалось оборудование непонятного назначения: клеть с двойной стенкой прямо у перегородки; внутри неё некий механизм, снабжённый телескопической штангой; вторая клетка, пустая, примостилась у дальней стены, рядом с двустворчатым металлическим шкафом.

Куратор пытался как-то увязать увиденное в единый функционал, но не преуспел и решил уточнить:

— Что там?

— Убойный цех. — Лицо Водёра осветилось незамутнённым счастьем маньяка перед актом насилия. — Моя личная разработка. Сейчас сами всё увидите. Так сказать, в действии.

Он щёлкнул пальцами, и ближайший к ним техник привычно поспешил по лестнице вниз. Из шкафа, на поверку оказавшегося холодильной камерой, он достал говяжью ногу, затем протиснулся в небольшой люк клети со странным механизмом и прикрепил мясо к штанге. Вылез, чуть не разодрав халат, и спрятался во второй. Пока техник занимался странными манипуляциями, другой сотрудник сбросил в центральный отсек ещё несколько кусков говядины.

Водёр вытащил из кармана халата небольшой пульт, зачем-то показал его куратору и нажал одну из кнопок. В боксе противно заорали сирены, по глазам резанул жёлтый свет проблесковых маячков. Франт вздрогнул от неожиданности и даже на секунду зажмурился.

— Началось, — сообщил ему толстяк с придыханием любителя театральных постановок.

Куратор и сам понял, но съязвить не успел. Первая дверь рывком отъехала вверх. Ближайший монстр унюхал лакомство и рванул к угощению, но его сбил с ног другой, самый здоровый. Гигант грозно оскалился, рыкнул на остальных и неторопливо зашёл в промежуточную комнату. Первая дверь затворилась, открылась вторая, высунулась штанга с говяжьей ногой. Рубер ринулся к ней — приманка втянулась, его челюсти лязгнули впустую. Монстр недовольно заурчал и ринулся догонять.

Дальнейшие события протекали настолько стремительно, что ориентироваться можно было только на слух. Торжествующий рык перекрыл звук сирен — рубер настиг добычу; рык перешёл в злобный рёв — понял, что оказался в ловушке; рёв превратился в вой и оборвался на верхней ноте — в клетку подали высокое напряжение.

Франт подбежал ближе, чтобы рассмотреть детали.

По прутьям решётки бегали сполохи рукотворных молний, рубера трясло и корёжило. Наконец он затих, и в атмосферу свинарника вклинился запах хорошо подгоревшего шашлыка.

Толстяк с наслаждением потянул носом и обернулся к куратору:

— Сейчас я докажу, что Водёр слов на ветер не бросает. — Он потряс пальцем в воздухе и побежал к лестнице.

Пока учёный спускался, техник выбрался из укрытия и вырубил систему. Потом вытащил из-под стола багор, потыкал им в обмякшую тушу и отошёл в сторону. Рубер не подавал признаков жизни.

Толстяк, пыхтя от натуги, открыл люк, просунулся в него наполовину и принялся возиться внутри. Виден был лишь толстый зад, обтянутый тканью халата, но ни у кого не оставалось сомнений, чем именно он занимался. Наконец, учёный закончил, неуклюже выбрался обратно и победно воздел кверху сжатый кулак.

— Есть! — торжествующе завопил он. — Красная! Красная!!!

От удачи коллеги Фрэнка перекосило хуже, чем от зубной боли, и он потянул Франта за рукав:

— Пойдёмте отсюда, у нас ещё много дел.

— Конечно, — с охотой отозвался Франт.

Он и сам был не прочь убраться, настолько, что оставил фамильярность Доктора без внимания. Водёр нагнал их у самого выхода.

— Смотрите, смотрите! Красная! Красная!!!

Весь перемазанный в саже и ржавчине, он прыгал вокруг каучуковым мячиком, и всё норовил сунуть грязный кулак под нос Франту. Тот налился краской гнева и уже был готов сорваться на толстяка, но Фрэнк его опередил.

— Коллега, вы переходите границы приличий, — высокомерно процедил он сквозь стиснутые зубы. — Подите… Сдайте продукцию на склад и переоденьтесь. Мы будем в крыле инвазивных испытаний.

Водёр, ничуть не растеряв оптимизма, кивнул и скрылся в лифте, а куратор с Доктором Фрэнком зашли во вторую дверь.

* * *

Тут воняло меньше, было светлее и намного просторнее. И как-то технологичнее, что ли. Если в первом крыле Франт не мог избавиться от ощущения, что очутился в хлеву, то этот воспринимался как цех на заводе. Правда, соотношение технический персонал — служба охраны склонялось в пользу последних. И вооружены они посерьёзнее. Марку винтовок, что бойцы держали в руках, Франт с ходу определить не смог, понял только, что калибр крупный. Гораздо крупнее, чем у СВДК.

— Здесь у нас полигон, — Фрэнк начал знакомить куратора с хозяйством. — Изучаем уязвимость высших форм заражённых и разрабатываем методы эффективного поражения. Вся работа ведётся внизу, можем спуститься. Посмотрите ближе, сами попробуете.

— Мне и отсюда хорошо видно, — решительно отказался от предложения Франт. Да и на что