Полет алого дракона - Галина Дмитриевна Гончарова

– Не совсем так. Сильно играть с формулировками она не могла, но ей помог сам Клаус. Ему ведь нужен был сын с кровью алых, чтобы управлять алым кланом. Для этого он – сильный черный дракон, глава своего рода, – пообещал первенца в чужой род.

Беннет схватился за голову.

– Да его ж за это…

– Правильно. Первенцев не отдают, – подтвердила Ридола. – Кстати, алтарь Ланидиров согласился бы и на второго и третьего сына, но если Клаус уперся? Он сам этого хотел, и Далина проводила все ритуалы, и он участвовал. При этом Клаус не ушел в род Ланидиров, Далина не ушла в род Дубдраганов. Фактически она родила продолжение рода от лучшего из возможных – от главы черных. А что он ублюдок и полукровка – это еще и лучше оказалось. Силы и ярости у него хватило, чтобы подмять под себя клан, но с родовым алтарем он связан намного слабее, чем другие драконы. К примеру, тот же Беннет Драган.

Дракон с размаху шлепнул себя по лбу, в голове зазвенело.

– Почему я чувствую себя таким идиотом?

– Потому что умным человека делают не клинки, а знания. Можно перерезать всех умников, только от клятв это не освободит и откаты не уберет.

– И Клаус теперь обречен? Откат случится, просто не сразу?

– Он обращался к алтарю за это время?

– Нет. Он даже из замка Ланидиров не улетал… ну, вы в курсе.

Ридола кивнула.

– До рождения ребенка у него был шанс что-то переиграть. Он, кажется, обращался к алтарю… раза два за тот год, который Далина носила ребенка?

Беннет кивнул.

– Для Клауса это скорее формальность. Он еще удивлялся количеству ритуалов, которые проводила Далина.

– Правильно. Удивлялся, потому что не разбирался. Фактически после смерти отца Далина стала главой рода, она же последняя из Ланидиров. Проводила все те ритуалы, которые должен был выполнять ее отец, забеременела, проводила все ритуалы для сына, причем муж участвовал добровольно и сына после рождения к алтарю принес добровольно.

– Получается, Клаус себя приговорил?

– Не сразу, но по сути – да. Первое же обращение к алтарю его или убьет, или покалечит так, что он даже перекинуться не сможет.

– И я должен ему об этом сказать.

– Должен? Или хочешь?

Беннет прислушался к себе.

Нет, здесь и сейчас клятва ничего не требовала. Если бы он знал раньше, когда Клаус ввязывался в эту авантюру, то был обязан предупредить. Вот тогда это засчитывалось бы алтарем как защита. А сейчас – как?

Никак. Чего крыльями махать, когда уже голову оторвали? Все уже было сделано, оставалось принимать последствия.

– Клаусу еще можно как-то помочь?

– Вряд ли. Далина могла бы, но…

– Понимаю. Получается, Клаус погибает, не оставив наследника, и в клане начнется…

– И клан черных, и лично род Дубдраганов ждут тяжелые времена. Но они меня не волнуют. Да и тебя тоже не должны.

– Почему?

– Потому что Клаус не озаботился полноценно принять тебя в род. Ты же Драган, не Дубдраган!

– Род меня рассматривает как телохранителя главы, как кровного родственника, но дальнего порядка. Все верно. Клаус меня не принимал, выбрал из того, что предложил алтарь.

– А чтобы принять, нужны ритуалы. Опять же, возвращаясь к этому, сколько Далина с алтарем работала?

– Много. Я понял: мы с Клаусом самонадеянные идиоты.

Ридола пожала плечами.

– Вполне возможно, что вы – идиоты, которыми воспользовались, чтобы расчистить себе дорогу. Я не знаю, что творится в клане черных, но наверняка есть кто-то…

– …кто подхватит власть из лап мертвого Клауса?

– Да.

– Я попробую вспомнить. Наверняка есть.

– Опять же, двое мальчишек из приюта – и такая карьера. Может, вам кто-то помогал? Это и предательством не считается, если что, просто помощь. А решение стать главой черных, убить предыдущего главу – это уже решение лично Клауса.

– Нас использовали?

– Дурака всегда используют. Это закон жизни. Если у тебя не хватает знаний, тебя обязательно куда-то втянут.

Беннет растер лицо руками.

– Голова кругом. Но Далина не рассчитала всего, она умерла…

– Она рассчитала, что могла. Это намного больше того, что она могла получить, я знаю.

– Смерть?

– Иногда смерть – начало новой дороги.

Этого Беннет не понял и махнул рукой:

– Ладно, а что теперь мне делать?

Ридола ухмыльнулась:

– Если несложно, слетай передай письмо? Далина просила.

– Далина?

– Она рассчитывала, что у нее будет чуть больше времени после родов, но подстраховалась. Сможешь? Желательно никому об этом не рассказывая?

– Кому?

– Драк Истанар. Старший, Эддар Истанар.

– Не Тандилар?

– Нет.

– Письмо прочесть дадите?

Ридола молча извлекла из кармана свиток и сунула Беннету:

– Читай, не запечатано.

Беннет принялся читать. И спустя пять минут захлопал глазами.

– Это что?

– Описание похода и битвы. А что тебя удивляет?

– Ну…

– Далина с ним и раньше списывалась. Так получилось. Она и другим дракам писала, ей же надо было знать, что творится в клане. И о себе рассказывала. Истанару это было интересно. Походы, битвы, кто сделал, что сделал… Дракон, который не знает историю, лишится и хвоста, и чешуи.

– Но это же люди!

– И мы должны знать, что от кого можно ожидать.

Беннет только головой потряс. Мыслей в нее набилось так много и они были так плотно спрессованы, что даже на уши давили.

– Кажется, у меня мигрень начинается.

– Ничего страшного, обезболивающее в замке есть.

– Слов у меня нет. Письмо я отнесу и никому не расскажу. Даже Клаусу, если не спросит впрямую.

– Вот и отлично. И читай умную книжку, тебе еще с клятвой разбираться.

– Если Клаус умрет, клятвы меня и так отпустят. Автоматически.

– После чего ты станешь Драганом, младшей ветвью Дубдраганов, и получишь все, что к ним относится. Автоматически, – передразнила его Ридола.

Беннет застонал и покосился на рядом стоящее дерево. Растение его энтузиазма не разделяло. Болит у тебя голова? Так ты о камешек ей постучи, о стеночку! Они не живые, им не больно, а о древо такой твердой головой биться не надо, ему это ни к чему. Ему еще расти и расти.

Пискнул в колыбельке маленький Ланидир.

– Кормить пора, – кивнула Ридола. – Проводите нас в замок, драк?

– Конечно, драка.

Книга исчезла за пазухой у Беннета, письмо тоже. А больные глаза… и что? Ему вон как недавно досталось! Тут и глаза больные будут, и голова, и спина… Хорошо еще, сам ходит и разговаривает. Никто и не удивился даже.

Россия, наши дни

– Даша, зайди к начальнику. – Секретарша на пороге зала и себя показывала, и на других посматривала. А то ж! Могла бы и просто позвонить, но