Полет алого дракона - Галина Дмитриевна Гончарова

Майя хихикнула в трубку.

– Буду. Я, правда, сначала побаивалась. Сама понимаешь, самооборона – штука сложная. Сам не заметишь, как виноват останешься. Мне-то ничего, а вот вас я могла подставить. А сейчас, похоже, все нормально будет. Скобкин сыночка любит, но Лешка так нарвался, тут и отец его может полететь, и карьеры лишиться, и вообще… Мы согласились все замять, шума не подняли, а что с сыном делать – пусть сам разбирается. Отец, конечно, проконтролирует, но старший Скобкин благодарен, а младшего убрали надолго и основательно. Так что буду рада видеть.

– И я тебя, – вежливо сказала Далина.

Рада?

Посмотрим, что дальше будет. Но у нее пока свои дела.

– Костя, денег у нас хватает, так что давай готовиться к отъезду.

– Давай. А куда едем?

– Поближе к Змеиному урочищу. Найди нам, пожалуйста, там место, на месяц-другой.

– Запросто. На какую сумму я могу рассчитывать? Что у нас вообще по деньгам?

Далина и скрывать не стала. Но общая сумма выходила весьма приличная. Умар не поскупился, плюс призовые за выигрыш, плюс ставка, которую сделали от ее имени, плюс трофеи из особняка, да и вчера из карманов у Скобкина Далина кое-что нагребла. Карточки не брала, а налички там было неплохо – так, пара минимальных окладов точно, и несколько золотых побрякушек она с поганца сняла. Цепочку с крестиком, толщиной в палец, браслет, печатку… тоже найдется, кому продать. А пока пусть полежит в запасе.

Костя подумал.

– Свое жилье нам купить не хватит, но снять – запросто. Даже на год. И пожить этот год спокойно.

– Вот садись и ищи. Чтобы нам никто не мешал. Может, деревня какая или еще что… город пока не нужен.

– Ладно. А ты что?

Ответить Далина не успела. Зазвонил телефон. Иногда она старую сим-карту вставляла, вот и сейчас решила поинтересоваться, вдруг кто важный? А всплыло это…

Надо заканчивать с этим цирком! Наверное.

Или еще чуть-чуть их помучить? За Дашку.

Далина оскалилась и приняла вызов. Драконы – мстительные.

– Слушаю.

– Даша, нам надо увидеться.

– Нина Викторовна, чего вы ко мне прицепились?

Судя по зубовному скрежету, собеседница сейчас поцарапала клыками телефон.

– Даша, ну нельзя же так! Ты мать моей внучки…

– Которую вы таковой не признали. И не собираетесь.

– Даша, ну ты же понимаешь, обстоятельства бывают разные…

– Нет, не понимаю. Для меня все просто: или вы нас признаете, или нет. Я не навязываюсь, так что идите с миром, но… да-да, именно туда.

– Не груби мне, дрянь!

– Вы ради этого звонили?

– Н-нет, – взяла себя в руки противная тетка. – Даша, это не телефонный разговор.

– Почему?

– Я все объясню при встрече. Еще раз прошу, из уважения к моему возрасту, удели мне время.

– Если требуют уважения к возрасту, значит, больше в человеке уважать нечего, – вздохнула Далина. – Ладно. Где и когда?

– Я могу через час подъехать…

– Не-не, я так свободно своим временем не располагаю. Завтра в шесть или послезавтра в два, у меня есть окно. Какое вас устроит?

– Завтра в шесть. Кафе «Взбитые сливки».

Далина поморщилась.

Она, как дракон, предпочитала мясо во всех видах, и побольше, и можно даже с кровью. А вот это все сладкое… Съесть можно, но невкусно.

– Хорошо. Я буду.

– С Василисочкой?

– Нет.

– Смотри сама. Если тебе есть, с кем ее оставить.

– Завтра в шесть. До свидания.

– До свидания, – мрачно попрощалась собеседница.

Далина отключила сотовый и подумала, что Даша была не в своем уме.

Вот это – в свекрови?

Ладно бы там был невероятно умный и красивый сын, который обожал Дашку и не спускал ее с рук! Но ведь и Вовочка кроме внешности и подлости ничем похвастаться не мог.

И смысл с этими людьми связываться?

Бежать от них надо подальше. И побыстрее.

Даша не сбежала, а Далина запросто. Или сбежит, или сожрет. И совесть ее мучить не будет.

Ардейл, замок Ланидиров

– Нам надо поговорить.

Ридола кивнула.

Надо? Сам созрел? Отлично! Она поговорит, ей несложно.

Беннет переминаться с ноги на ногу не стал, рубанул, как клинком:

– Если я отсюда уйду, могу я забрать вас с малышом?

– Куда? – чуточку удивленно поинтересовалась Ридола.

– У меня найдется куда. Драк Истанар заставил меня задуматься.

Ридола едва не съехидничала: скажите, пожалуйста, какое достижение! Драк Истанар кого хочешь и заставит, и подставит, там опыта на сорок Беннетов хватит. Но смолчала. Даже язык чуточку пожевала, чтобы не вылез, раздвоенный.

– Если раньше я был вынужден следовать за Клаусом, то сейчас у меня появился выбор.

– И?

– Я хочу его использовать. Клаус… был моим другом. Но я понимаю, что сейчас он идет в пропасть. Если я расскажу ему то, что сам узнал, он взбесится, его реакция будет непредсказуемой. Я… я не хочу рисковать.

– Правильно. Ты сам видишь, твой друг быстро скатывается в безумие… может, еще лет десять он продержится, все же сил у него хватает, но не более того. Род ему не простит. Сына-то он отдал… Он собирается к родовому алтарю?

– Пока нет, так что время у нас есть.

– Как соберется – поставь меня в известность. Надо будет подготовиться.

Беннет кивнул.

– Сделанного не исправить. И я понимаю, что Клаус может наворотить вовсе уж плохого.

– Может.

– Я успею раньше. Может, пара-тройка месяцев, чтобы вывести средства, найти для нас место и спокойно там жить… до второго представления алтарю.

– А потом?

Ридола обдумывала этот вариант. Получалось неплохо, тем более часть алтаря она может взять с собой и провести ритуал там. Об этом даже Беннету сообщать не обязательно. Главное-то что? Что и она, и ребенок, и даже алтарь будут в безопасности.

– Я смогу защитить малыша. И вас смогу. Мне хватит и денег, и связей…

– Далина хотела уехать. Не успела.

– Вы были в курсе ее планов?

Ридола вздохнула и принялась сознаваться:

– Я уже говорила, что Далина была обречена на смерть. И если бы она не пошла к алтарю сама…

– Она пошла?

– Она сказала, что жутко боится, но если все равно умирать? Чуть раньше, чуть позже… она тогда еще даже девушкой не стала.

Беннет кивнул.

В его приюте девочек не было. Мальчиков и девочек содержали по разным местам, чтобы не получить новый приплод. Драконы в юном возрасте жутко похотливы, так что особенности женского характера оставались для него тайной. Но, наверное, в десять-двенадцать лет сделать такой вывод и принять неприятное для себя решение – это серьезно.

– Даля пошла к алтарю. Я не