Застрявший в Темном Пальце - Антон Викторович Текшин

словно птичья лапка, но в протезировании он явно не нуждался. Не повстречай нас, может, и вырастил бы руку заново. Увы, у меня подобный процесс так и не запустился. Диета, видать, не та. Но я не жалуюсь, ведь искусственные части тела не раз выручали, и вообще — быть киборгом круто. От барышень отбою нет, да и в бою проще. Особенно, когда ты не занимался фехтованием с пелёнок…

Показавшееся вдали море так и манило искупаться, смыть с себя грязь и грехи, но я прекрасно помнил, чем это закончилось для Саши и других пловцов за ракушками. Спасибо, мне и мокрой охапки травы хватит. Впрочем, здешние обитатели смогли отомстить за утопленников сполна. Береговую линию усеивали всевозможные кости, от совсем небольших до гигантских. Некоторые достигали таких размеров, что захотелось протереть глаза. Желательно, спиртом.

Я, конечно, понимаю — в воде расти гораздо проще. Земные киты тому живой пример, но тут плескались существа гораздо крупнее. Не припомню, встречались ли у нас во времена динозавров такие твари. Скорее всего, нет. Под одной только грудной клеткой мог устроиться весь наш караван, включая немаленького клетконосца. Рёбра в обхвате могли посоперничать с вековыми деревьями.

Страшно представить, какими животные были при жизни.

Ребят, к слову, тоже проняло. По словам Сумрака, огромные кости порой выбрасывало на восточном побережье империи во время сильных штормов, но не в подобных количествах. На юге они встречались куда чаще, только в виде ископаемых. В том числе, окаменевших. А здесь большая часть останков не успела потемнеть от времени. Одним словом — свежак.

Кажется, мы невольно обнаружили кормовую базу людоедов, о которой я столько размышлял. А ведь идея-то лежала на поверхности! Если у тебя есть динамит, рыбачить можно где угодно, хоть в местном океане. После крупного взрыва даже Ктулху всплывёт кверху жабрами. Проблема только с выловом дохлых туш, но тут на помощь приходят местные гигантские отливы. Из-за близости спутника, перепады воды порой достигают нескольких десятков метров. Поэтому имперские портовые города стоят либо далеко в пустыне, либо на скальном возвышении.

Одного ихтиозавра хватит всему племени на неделю-другую. А мелкую рыбёшку можно вялить и сушить, заготавливая впрок. Ничего хитрого в этом нет — с тем же копчением на костре куда больше мороки. И даже если часть пищи пропадёт, неприхотливые дикари её всё равно употребят. Падаль они тоже жрут без проблем.

Приближаться к этому грандиозному кладбищу мы не стали, повернув по указке господина Гоу на север. Да и не особо-то тянуло на пляж, если честно. Залежи костей уходили в обе стороны, насколько хватало моего зрения. Харчевались тут не один год, и можно лишь гадать, сколько ещё останков скрывает искрящаяся вода. И опять же, никого из живности в округе. Ни птиц, ни каких-нибудь крабиков. Совершенно мёртвое море.

После очередного мыса побережье окончательно скрылось за холмами, однако расслабляться не стоило. По всем признакам этот участок полуострова был куда оживлённее, чем холмы близ Синкаана. По ночам вдалеке сияли огни, а однажды на краю спутникового снимка я разглядел временное стойбище. Вытоптанная наглухо помойка, в центре которой торчала пара десятков примитивных шатров и навесов. Ткань дикари особо не жаловали, предпочитая слегка выделанную кожу. Воняла та — хоть мёртвых выноси, однако местных это не парило.

А вот я всё больше загонялся с каждым новым переходом. По всем расчётам наш вояж выходил за рамки приличия. Это уже не рейд по тылам, а глубокое проникновение. Денёк-другой, и мы вполне могли выйти на остроконечный мыс, венчающий полуостров. Местность здесь не столь изреженная, как в Ревущем лабиринте, поэтому движению она почти не мешала. С другой стороны, здесь меньше естественных укрытий.

И вот, на исходе второй недели мы, похоже, пришли куда надо. Ещё до того, как «специалист» объявил это через помощника, Сумрак увидел нечто странное. Скаут частенько двигался в авангарде, выискивая возможную угрозу, и предупреждал нас о передвижениях людоедов. Однажды мимо протопала толпа голов на двести, не иначе как с кормёжки на берегу. Мы затаились и остаток дня провели в небольшом ущелье, дабы ветер ненароком не разнёс наш запах.

— Там впереди какая-то штука у скалы, — заявил разведчик, вернувшись из очередного захода. — Вроде укреплений.

— Лагерь? — уточнил я.

— Не похоже. Да и материал странный. Не дерево и не камень, хрен поймёшь издалека.

— Древние руины, — кивнул присутствовавший при разговоре Акам. — Я оповещу господина.

— Никакие это не развалины, — буркнул ронин.

Агент его слушать не стал и вскоре вернулся с приказом выдвигаться прямо туда. Однако спешить мы не стали, прогулявшись для начала пешочком, с доверенными людьми дабы не палить мои способности.

Первым делом я взглянул на место с высоты. Упомянутая скала нашлась без труда, будучи окружённой куда более ровной местностью. Как будто столбик из камня сбросили прямо с небес. Размером с городской квартал. Лишь утолщённая осыпь у подножья указывала на естественное происхождение. Я подобные штуки в Техасе видел, где они торчат прямо посреди прерии. Только здесь автомобильная трасса отсутствовала, вместе с придорожными забегаловками. Зато у столовой горы виднелась кольцевая пристройка из странного бежевого материала. Не такого яркого, как песчаник, но куда светлее известняка.

Лишь присмотревшись к ней собственными глазами, я понял, что это всё те же останки. Сотни, тысячи костей, уложенных друг на друга без малейшего просвета. Высокие стены формировали что-то вроде полукруглого рыцарского замка, чьи обитатели вряд ли обрадуются нашему появлению.

А может, и наоборот…

Глава 26

Помнится, у нас на Земле тоже возводили постройки на костях. Иногда — буквально. Я и сам как-то раз посещал в Чехии знаменитую церковь, где всё убранство состояло из выбеленных человеческих останков. Жутковатое зрелище, особенно люстра с черепами. А в Париже существует целая сеть катакомб на месте бывших каменоломен, где веками складировали покойников со старых кладбищ. В итоге тех набралось несколько миллионов — за день всё не обойдёшь.

Но это всё-таки отделка. А тут мослы стали основным и чуть ли не единственным строительным материалом. Разнообразие наблюдалось только среди них самих. Гигантские кости составляли фундамент и опорные элементы, включая вертикальные колонны из рёбер или бивней — хрен поймёшь. Средние выполняли роль поперечных балок или даже секций, а «мелочь» заполняла неизбежные пустоты. Картинка издалека рябила, и отдельные детали сливались воедино, поэтому точные размеры прикинуть было трудновато.

Однако и без лазерной рулетки я прекрасно видел, что толщиной каждая из стен запросто уделывала любую каменную, да и высоту имела приличную.