Застрявший в Темном Пальце - Антон Викторович Текшин

Поэтому наш отряд остановился за несколько десятков метров до подножья, и принялся выкашивать засранцев на расстоянии. Я особо не помогал нашим стрелкам, приглядывая за верхней кромкой стен. Кое-где там торчали тяжёлые орудия, которыми грех не воспользоваться. Устройство у них самое примитивное, а взвод тетивы происходит с помощью двуручного ворота. Любой дебил справится.

Чутьё меня не подвело, и свой колчан я потратил на мелькнувших наверху дикарей. Попал далеко не по всем, но точно их расшугал. А там кое-кому надоело стоять без дела, и он без команды ринулся вперёд, будто грузовик. Сравнение вовсе не для красного словца — столкнувшиеся с роботом бедолаги разлетались по сторонам почище сбитых кеглей. Многие уже не вставали, при всей своей живучести.

Сумрак с явным неодобрением обернулся ко мне, но я всё-таки решил поддержать атаку. Большая часть дикарей уже получила свою порцию металла, остальных Красный смял всего за полминуты. Каждый взмах гигантской палицы обрывал чью-то жизнь, а иногда сразу две. Силищи в нём как в том автопогрузчике, который шутки ради запустили с горы. Только посмеяться уже некому. Тех, кто сумел зацепить его крючьями на палках, он просто сдёргивал с места, только пятки сверкали, а накинутые арканы рвал в клочья.

Металлических сетей, которые так любят использовать окраниты, никто не прихватил. Кроме местного варианта боло — нескольких железных шаров, сцепленных тросом. При всей своей кажущейся простоте оружие весьма коварное. Удачным броском можно и латника опрокинуть или хотя бы притормозить. Будь робот в гордом одиночестве, у людоедов ещё оставался шанс закидать его со всех сторон, но с нашей помощью он спокойно добрался до выбитых ворот. Пусть основу их составляли деревянные брусья, снаружи они были оббиты металлом. Так просто не сломаешь, учитывая солидную толщину, но тут снова не обошлось без взрыва. Створки разметало на части, повредив даже свод и соседние стены. Тараном такое точно не сделаешь. Ближайшие защитники, в лучшем случае, схлопотали контузию, и порыв стал неизбежен. Дальше всё решило численное превосходство.

Обычный воин может прихлопнуть двоих-троих дикарей за раз, полагаясь на выучку и броню, но никак не десяток. А тут, может, и больше перекос вышел, судя по многочисленным останкам. Дикари явно пригнали сюда сразу несколько племён. Кое-где кости лежали чуть ли не накатом — шагу негде ступить, чтобы под ногой не хрустнуло. Стальной снегоступ я каждый день обматывал портянками, но тот всё равно стучал по камням не хуже подковы. А уж по костям…

Зато я теперь пинаться могу не хуже арабского скакуна. Так припечатаю — мать родную позабудешь. Правда, до рукопашной на этот раз не дошло.

Ещё хуже дела обстояли во внутреннем дворе, куда первым ворвался робот. Дикари пытались его хоть как-то притормозить, но с тем же успехом можно пободаться с танком. Результат вышел примерно таким же. Нам оставалось лишь добивать раненных и отражать наскоки тех, кто не попал под раздачу. Как я и предполагал, досасывать объедки осталось не так уж и много. Чуть больше полусотни рыл. Ещё столько же мы успокоили за стенами. Будь на их месте самые занюханные бандюки, атаковать их в лоб я бы не рискнул. Но туземцы сами бросались на копья и клинки, не испытывая ни страха, ни сомнений. Даже у животных есть какой-то инстинкт самосохранения, а тут самый последний оставшийся на ногах утырок с раной в боку продолжал яростно наседать на ребят, пока не схлопотал удар от Хокана. Бывший телохранитель по настоянию Сумрака вооружился тяжёлой вариацией катаны, которая мало чем уступала полноценной сабле, и могла снести даже голову с плеч. При условии, что ту ничего не защищает. Даже добротное костяное ожерелье могло спасти своего носителя, но не в этот раз.

Охотники строились максимально компактно, оставляя минимум пространства. Да ещё и предпочитали горючие материалы, вроде той же древесины, которой в округе достаточно. Поэтому поблизости не осталось ни одного крупного дерева. Пожару тут явно было где разгуляться. Лишь одна сторожевая башня стаяла поодаль, на каменистом возвышении. Добираться туда приходилось либо по мосту, либо штурмовать крутой склон.

Выглядела она не очень презентабельно — угловатая, с плоской крышей и странной архитектурой. Нижние два этажа вообще не имели окон, закатанные наглухо, а третий и последний опоясывала узкая горизонтальная бойница. Я бы отнёс постройку к более ранним временам, тем более в этом районе на пластиковых картах имелась небольшая отметка поселения. Охотники ничего подобного и близко не возвели.

Постоянных жителей насчитывалось не больше полусотни человек, а прочие кочевали между обширными охотничьими угодьями и другими укреплениями. Кто-то добывал еду, кто-то занимался торговлей или просто куролесил у мятежников. А те, в свою очередь, могли сослать сюда своих залётчиков за особые достижения. Если штрафник отбывал положенное наказание, он мог вернуться, в противном случае тому оставалось пытать счастья где-нибудь ещё, кроме Синкаана.

Когда последний дикарь стараниями Хокана прекратил голосить, я отчётливо услышал металлический лязг за мостом. А где шум, там и жизнь, верно? Поэтому мы пошли на звуки, не забывая на всякий случай поглядывать по сторонам. Но в обугленных завалах никто не скрывался. Оставшиеся в живых упыри собрались как раз у башни, которая вновь приняла на себя роль последнего оплота.

Интересно, сколько подобных сцен она пережила за тысячи лет?

Увы, даже наш механический долгожитель вряд ли знал хотя бы примерный ответ. Его, кстати, прямо сейчас дружно теснили к обрыву, не считаясь с потерями. Новых противников назвать дикарями язык уже как-то не поворачивался. Отличались они как внушительными габаритами, так и грубыми доспехами. Некоторые заковались в металл с головы до ног и размахивали вполне годным оружием. Не хватало им лишь дисциплины.

Стоило нам появиться на мосту, как некоторые берсерки тут же бросили своих товарищей и побежали в нашу сторону, громыхая на каждом шагу. В итоге робот всё же сумел пойти в контратаку, калеча примитивных латников. Окончательно их раскидать мешал настоящий гигант с шаровидным шлемом, как у водолаза, от ударов которого скелету приходилось то и дело уворачиваться. Орудовал мордоворот каким-то невообразимым рубилом, толщиной не меньше ладони. Таким и металлическую конечность можно запросто повредить, а обычную перебить даже в броне. И весила эта дура наверняка побольше, чем тяжеленая гордость Доски.

Шечка встретила самого быстрого и удачливого бегуна, которого не смогли остановить наши стрелки. Один болт застрял в наплечнике, второй чиркнул по