Симбионт 2 - Валерий Михайлович Гуминский

лишь один вопрос, который хотелось задать полиции, вертелся на языке: почему до сих пор не прикрыта деятельность контрабандистов, а их работу должны выполнять законопослушные граждане Российской Империи?

Гость из Москвы

Басаврюк только сейчас осознал, насколько осень в степях отличается от осени в Москве. И в Уральске ему категорически не понравилось. Нет, сам город был неплох. Он активно строился, развивался, избавлялся от старых деревянных бараков и домов, облагораживался новенькими высотками, но… Холодный дождь, зарядивший с самого утра, когда он вместе со своими помощниками выехал из Оренбурга, напрочь испортил настроение. Всё вокруг стало серым и унылым. Тяжёлые тучи полностью завладели инициативой и словно грозились остаться на месте надолго.

И когда заляпанная грязью и потёками дождя машина остановилась возле гостиницы с отвратительным названием «Чаган», небесные хляби разверзлись ещё больше. Басаврюк растерялся. Он не взял с собой зонт, а бежать от машины до двери — ну, как-то не солидно. Да и не тот возраст, чтобы через лужи перепрыгивать.

— Сходи, попроси у кого-нибудь из служащих зонт, — распорядился секретарь, и Узбек, не говоря ни слова, вылез под проливной дождь. С непокрытой головой, засунув руки в карманы кожаной куртки, телохранитель неторопливо поднялся по крыльцу, о чём-то поговорил со швейцаром, с комфортом укрывающимся под широким навесом. Пожилой мужчина кивнул и с ловкостью факира достал откуда-то зонт. Узбек раскрыл его и вернулся к машине. Молча распахнул дверцу, держа зонт так, чтобы на Басаврюка ни капли не упало.

Швейцар изобразил лёгкий поклон и открыл дверь, пропуская возможных постояльцев. Узбек, отдал ему зонт и поспешил за человеком, с которого князь приказал глаз не спускать. Тем временем Басаврюк возле административной стойки выяснял, есть ли в наличии номера на одного и трёх человек. Секретарь даже мысли не допускал, чтобы кто-то из охранников жил с ним в одной комнате.

Номера нашлись, и Басаврюк нисколько не возражал, что его комната находилась этажом выше, чему у телохранителей. Надо будет, по телефону вызовет, если захочется куда-то выйти.

— Скажи Рейнджеру, чтобы поставил машину на стоянку, — Басаврюк забрал оба ключа со стойки и кинул один из них Гуляю. — Сегодня уже никуда не поедем. Мерзкая погода.

— Метеорологи обещали, что к ночи дождь прекратится, — администратор дал ненужную, в общем-то, информацию.

— Метеорологи могут обещать что угодно, но их задача — давать точный прогноз, — проворчал Галкин. — Где портье? Пусть проводит меня до номера.

Настроение у него в такие дни всегда портилось, но холодный воздух, витавший даже в холле гостиницы, окончательно превратило секретаря в желчного старика.

— Позвольте ваш багаж? — молодой парень в форменном костюме, на котором было вышито название гостиницы, появился как из-под земли, протянул руку к портфелю.

— Нет, просто покажите номер, юноша, — Басаврюк не собирался отдавать портфель в чужие руки, хотя в нём не было каких-то особо важных документов. Всего лишь необходимый набор для путешествия: электробритва, лосьон после бритья, зубная щётка и паста. А ещё запасные носки, пара рубашек. Возить с собой кучу одежды Тимофей не любил. В любой гостинице есть прачечная, где тебе постирают и почистят всё, что нужно. Если возникнет необходимость обновить гардероб, можно заглянуть в какой-нибудь местный магазин.

Узбек сопроводил секретаря канцлера до номера, лично проверил его и только потом разрешил войти. Портье скороговоркой пояснил правила проживания в гостинице, когда подают завтрак, обед и ужин, после чего Басаврюк дал ему чаевые, чтобы поскорее остаться одному. Юноша поклонился и выскочил из комнаты.

— Тимофей Матвеевич, без необходимости не покидайте комнату, — напомнил ему Узбек. — Дверь никому не открывайте, если в коридоре нет кого-то из нас. Захотите прогуляться — предварительно позвоните мне.

— Я понял, — сухо обронил Басаврюк и закрыл дверь за вышедшим охранником. Разделся, бросил портфель на столик, а сам устроился в кресле, устало закрыв глаза.

Тимофей Галкин ездил в командировки по заданию канцлера Шуйского без документов по одной причине. Вся нужная для работы информация находились в личном кабинете Басаврюка на княжеском сервере. Сетевые импланты позволяли просматривать её, даже комфортно расположившись в кровати за сотни километров от рабочего места.

Но сейчас Галкин внимательно читал последние городские новости, развалившись в кресле. Его в первую очередь интересовали громкие происшествия, связанные со стрельбой на улице и возле университета. А также, что произошло в больнице. К удивлению Басаврюка, последний случай вообще не освещался в криминальной хронике. Как будто ничего и не произошло. По двум первым были скупые строчки, что следствие продолжается.

Послав сообщение князю Шуйскому, что прибыл в Уральск и приступает к работе, Басаврюк заказал ужин в номер. В ожидании официанта позвонил Узбеку, чтобы кто-то из охранников к этому моменту был возле двери. Раз канцлер приставил к своему секретарю охрану, она всегда должна находиться рядом. Будут ли парни караулить его всю ночь, или только сопровождать на улице, самого Тимофея не волновало. Он считал, что его личность никого в Уральске не интересует. Подумаешь, приехал какой-то пожилой дядька, желчный и ворчливый. Может, ему город не нравится или самочувствие плохое? Дружинины о его появлении в Оренбурге, конечно, знали, но вряд ли могли предполагать об истинной цели приезда важного московского гостя. А Басаврюк намеренно с ними не встречался, чтобы не насторожить Главу рода и службу безопасности. Главное, чтобы старший Дружинин не мог связать приезд секретаря князя Шуйского с событиями, развернувшимися вокруг его сына.

После ужина Басаврюк не сидел долго в Сети. Он ещё раз просмотрел все криминальные сводки за последние полмесяца и обратил внимание на новости о похищении девушек. Оказывается, пропали две студентки, учащиеся университета «Уральский», буквально на днях. Полиция до сих пор не напала на след, отчего у горожан появились справедливые вопросы к эффективности работы правоохранителей. Оказывается, в Уральске похищения приобрели характер эпидемии. Дотошные журналисты даже статистику привели. За последние пять лет в городе и окрестных сёлах пропало — по официальным, причём, данным — тридцать шесть девушек в возрасте от пятнадцати до двадцати пяти лет. Бездействие полиции уже какой год вызывает вопросы у населения.

Басаврюк поморщился и прекратил читать. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять: местная полиция погрязла в коррупционных схемах, а губернатор или в доле, или ему подсовывают иную информацию. Уральск находится рядом с Жузами, где до сих пор сильны родоплеменные отношения, где право сильного превалирует над законом. А ещё из Жузов можно довольно легко пробраться в Бухару,