Авантюрист - Владимир Геннадьевич Поселягин

Тюфяк же требовал просушки. Спать на голой земле, лишь с одним одеялом, или на мягком тюфяке – выбор был очевиден. Затем пришёл черёд одежды парнишки, в восточном стиле. Чёрная кожаная жилетка, надетая прямо на голое тело, красная османская шапка, широкие синие шаровары из шёлка, почти не просвечивающие, и сандалии. Это был весь его гардероб. Привет, Аладдин! У него, правда, жилетка была другого цвета. Всё это я успел высушить и надеть. Поразмыслив, я достал шлюпку и оставил её. Она была неказиста, да и велика, да и вёсел к ней не было. Рассчитанная на два десятка человек, она весила около восьмисот килограммов. В порту Константинополя я найду себе что-нибудь получше, с мачтой и парусами, и не одну – запас плавсредств необходим.

Оказалось, что столица Османской империи находилась гораздо ближе, чем я думал. Я ошибся, приняв виллы за окраины города. Но я долетел, причём даже до порта. Теперь предстояло найти подходящее судно. Ночь мне поможет.

Да, ночь – это определённо моё время. Я умыкнул одномачтовую парусную лодку, рассчитанную на шестерых. Пока хватит. Затем я прошерстил склады в порту, богатые дома. А почему бы и нет? Меня местный гражданин, весьма родовитый, попытался обратить в рабство. Ну и пусть его соплеменники расплачиваются. В общем, я набрал и золота, и превосходного оружия. Думаю, по пути я его продам и куплю всё необходимое. Далее, на берегу, меня ждали медитация и последующий полёт на одеяле вглубь Чёрного моря. А вы что думали, я реально собирался делать такой огромный крюк? Да ещё и под парусом? Я всё равно лечу на одеяле, днём или ночью, неважно, если нет свидетелей. Прямо через Чёрное море, через множество земель, ведь это делает мою цель гораздо ближе. Вот так, ограбив османов, я начал путешествие.

Думаю, доберусь за месяц. Я пролетаю около ста семидесяти километров за ночь. Как быстро я доберусь? Месяц я взял с запасом. А медитировал я в шлюпке, потом дальше летел. Когда рассвело, я оказался примерно в тех местах, где произошёл захват галеры. Там, на дне лодки, я и уснул. Лодка дрейфовала со спущенным парусом. Как только отдохну, и если рядом никого не будет, полечу дальше. Я знатно пограбил османов, если что, свободного места в хранилище больше нет. Я увозил часть казны хана. Или кто он там? Доберусь до бункера в том мире, где прошла ядерная война, с моим невольным присутствием, и там скрою. А пока ночь прошла, я выспался, поел и полетел дальше.

На горизонте виднелась точка, чей-то парус, но это не свидетель. Так что, не скрываясь, я летел дальше. Вот так я и делал по сто семьдесят, сто восемьдесят километров в сутки, с отдыхом, не перетруждался. Даже немного продолжал совершенствовать тело, уделяя медитации час в сутки. Добрался до тех мест, где в будущем будет Анапа, и далее летел над сушей, но в основном по ночам, отсыпаясь днем.

За десять дней я добрался до Казани, её Иван Грозный ещё не взял. Здесь я неплохо закупился походными вещами, взял шатёр, ибо гнус надоел. Продал часть добычи из Константинополя – брали очень неплохо. Я использовал иллюзию пожилого торговца-османа. Купил меховой одежды, зимней, особенно весенне-осенней, шкуры, на чём спать. Два дня я провел в Казани, и потом снова полетел. Ну а что говорить про остальной путь? Летел, где по прямой, а где леса – над водами рек. Пару раз меня всё же засекли, рассматривали, таращась с открытыми ртами, но и всё.

К началу августа добрался до пирамиды. Отлично, она на месте, и почти рабочая. Искин в спячке. Очнётся, ничего. Поставив шатёр, обустроил лагерь, и только потом начал копать туннель. А вход у всех пирамид всегда с юга, так что я знал, где. Вот и здесь так же оказалось. Прокопался. Стал удалять пересохшую землю из портального зала. Когда очищал стены, подавая пси-силу на пси-платы, я пробудил искина, пообщался с ним.

Тот меня просканировал и сообщил, что со мной уже был заключён договор, он действующий, аура та же, поэтому нужно закончить годовой объём работ. Двадцать первый гипермаяк я вернул в строй два месяца назад. Ещё три привести в порядок – и договор на этот год выполнен, можно отдохнуть. Неожиданно. Хотя да, два месяца назад я как раз закончил с маяком в мире ветки Царр, потом попал к рабовладельцам, что надели мне ошейник, хотели обратить в рабство. Я оттуда со станции сбежал и погиб. Перерождение уже в этом мире, пока добирался до маяка… Всё верно, два месяца получается и прошло. Интересная информация о перерождении. Вот оно, значит, как? Ну ладно, работаем с маяком. Двадцать вторым.

За три дня я закончил, и искин поставил метку в моём договоре, что работа сделана. Прямо из этого мира я ушёл в мир ядерной войны. Там весна, но что-то температура особо не росла, где-то минус тридцать было. Похоже, третья волна ракет что-то сдвинула в орбите планеты, может, теперь широта этих мест ближе к Северному Полюсу? Поди узнай. Однако добрался до бункера благополучно. Сделал крюк и заглянул в тот, что китайцы использовали. Тела их на месте, но видно, что серьёзно мародёрили. И это не китайцы – они бы своих похоронили. Наши были, оружие и боеприпасы прибрали, почти всю технику увели. А вот сам бункер им был не нужен, из него тоже всё вывезли, скорее всего, на китайской же технике. След остался солидный, по нему можно найти наших, но я пока решил этого не делать.

Посетил свой бункер. Оставил тридцать тонн золота и серебра из казны правителя османов, припасы и готовые блюда. Чуток оружия. В принципе, всё. Вернувшись, я перёшел на гипермаяк мира из ветки Царр. Это второй мир этой ветки. Там, где меня ловили и убили, появляться я не хочу. Хотя там всё наверняка успокоилось, уничтожили дикого. Но миров много, прошлый мне не понравился, всё равно найду, что мне нужно.

Тут тоже вода была. Искину в мире с прошедшей ядерной войной придётся убирать морскую воду, разливающуюся по полу после моего ухода. А так, поработал двое суток, вернул маяк в строй, что искин подтвердил. Двадцать третий. После этого, покинув пирамиду, я под водой поплыл к берегу. Никаких отличий от первого мира этой ветки, где мне довелось побывать, я пока не засёк. Похоже, и тут планета заповедная, после восстановления из планеты-свалки.

Добравшись до берега, преимущественно