"Фантастика 2026-164". Компиляция. Книги 1-32 - Дмитрий Ромов

— Открывай, Халк. У вас тут сплошной «Марвел», в натуре.

Он не ответил. Молча потянул дверь за ручку. Я перешагнул через порог и вошёл в небольшую и неуютную комнатку. Решение по Пауку было уже принято. Оставалось это дело как-то оформить…

4. Бешеный

Комнатёнка была грязной и ни к какой романтике не располагала, превосходя по отталкивающему эффекту даже картины, увековеченные в фильмах Тинто Брасса. Кушетка, покрытая несвежим покрывалом и всё. Стены, покрытые волнистым поролоном, чтобы гасить ненужные звуки, небольшое окно, умывальник. И толстая дверь, обитая мягкой тканью.

У окна стояла девчонка и поза её говорила о чём угодно, но никак не о радости от рабочего процесса. Она тут явно не по призванию оказалась. Когда я вошёл, глаза у неё расширились от удивления. А испуганной она и до меня была. Её фигура, поза, взгляд, выражение лица — всё говорило о страхе.

— Первый клиент, — бросил с издевательской усмешкой Семён. — Ни в чём ему не отказывай.

Он потоптался несколько секунд и вышел, хлопнув дверью. Я услышал как тихо повернулся ключ в замке. Девчонка нервно сглотнула и, не зная что делать, уставилась на меня.

— Тебя как зовут? — спросил я.

— Нэнси… — робко ответила она.

— Понятно, — усмехнулся я. — А я Зорро. Так что теперь всё будет очень хорошо.

Она нахмурилась, не понимая, чего я от неё хочу.

— Я… — выговорила она, замолчала, перевела дух и оттарабанила заученную фразу, — скажи, чего ты хочешь, сладкий… Я всё сделаю, Зорро…

И при этом чуть не заплакала. Я покачал головой и нахмурился. Говорила она, будто по бумажке читала.

— Да ладно, можешь всю эту хрень из должностной инструкции пропустить. Я так понимаю, ты против своего желания здесь находишься?

Она похлопала глазами.

— Не бойся, не скажу я ему ничего. И тебе ничего делать не буду. Сколько вас тут, горемык подневольных? Или есть такие, кто по собственном желанию?

Она покачала головой, но рассказывать не торопилась.

— Я могу тебе помочь, — сказал я, — но для этого мне нужно кое-что знать.

Нэнси снова покачала головой.

— Ты не сможешь, — прошептала она. — Только хуже сделаешь…

— Ты знаешь Рахмона? Кто это?

— Постоянный клиент Паука… Богатый таджик. Козёл… Бьёт девчонок. Танька вообще не вернулась…

Она замолчала и испуганно глянула на дверь.

— Не слушай сладкий… — сказала она и села на кушетку. — Это я прикалываюсь. Таньку Паук отпустил, вот она и не вернулась. Иди ко мне. Я сделаю всё, что ты захочешь.

— Тебе хоть восемнадцать-то есть уже, сестрёнка?

Она поджала губы, понурилась и ничего не ответила.

— Ладно, слушай. Мы можем посидеть с тобой и поговорить, у нас почти час времени. И я попытаюсь тебя вытащить. Либо я могу уйти прямо сейчас и сюда, скорее всего, придёт не самый приятный клиент. Рахмон, да?

Она кивнула, не поднимая головы.

— Сколько ты этому упырю должна?

— Сто пятьдесят тысяч на сегодняшний день, — прошептала она и глянула на меня.

Во взгляде её мелькнула слабая надежда. Но страха было намного больше.

— Я взяла тридцать у него в долг, мне за комнату надо было платить… зарплату задерживали. А когда пришла отдавать, долг был уже… Больше был…

— И сколько ты уже здесь находишься?

— Больше двух недель. Сначала просто чат-рулетка был, потом заставили стримы вести, ну… там всякое делать… Блин…

Она покачала головой и всхлипнула.

— Трейси отказалась и… Её избили так, что…

Нэнси замолчала и посмотрела на меня, как забитый щенок.

— Об этом нельзя говорить, — прошептала она.

Я внимательно оглядел комнату. Камер не нашёл. Да и темно здесь было для нормальной съёмки.

— Камеры в других комнатах, — прошептала она, догадавшись, что я ищу. — Здесь нет… Там занято сейчас. Рахмона обычно пишут. Потом продают… записи. Девчонки говорили…

— Ты местная, Верхотомская?

— Из области…

Я кивнул.

— Пора домой возвращаться, не думаешь?

— Если удастся живой выйти отсюда… У меня плохо получалось… Ну, вот это всё… Донатили мало… Он… грозил, если лучше не станет, будет меня клиентам отдавать… Он же ещё удерживает за проживание и питание. Десятку в день…

— Пипец, вот мразь. А где жилые помещения?

— Здесь… в подвале… У него крыша, защита… Девчонки говорили, что некоторым удавалось сбежать и они пытались на него в полицию заявлять, но ни у кого ничего не получилось… Всё схвачено, в общем…

— Сколько вас?

— Сейчас семеро… обычно больше…

— Ладно, скоро ты всё это забудешь.

— Нет, — она отчаянно помотала головой, и из глаз её потекли слёзы.

Я опустился рядом с ней на кушетку и приобнял за плечи.

— Ничего-ничего, — тихонько проговорил я, похлопывая её по плечу. — Всё пройдёт, знаешь? Это тоже пройдёт… Нэнси…

— Я Наташа… — всхлипнула она.

— Скоро всё закончится, Наташа, не плачь, а то горилла придёт, увидит слёзы, заподозрит что-нибудь. Не плачь. Считай, ты по-лёгкому отстрелялась, тебя же не трогал никто. Позор был конечно, но…

— Не–е-е-т… — тихо–тихо завыла она. — Семён с Юриком… каждый день ко мне… Вдвоём нас… наси…

Она заплакала, а моё сердце сжалось от жалости к этой глупой курице.

— Они всех девчонок…

— Всё-всё, моя хорошая, — сказал я и погладил её по голове. — Не плачь… потерпи немного, потерпи, посиди тихонечко. Как мышка. Ладно? Поняла? Чтоб ни звука. А уж я с этим Семёном поговорю по-свойски. Только смотри, ты никому не должна ничего рассказывать про меня. Идёт? Ни слова, ни полслова, ни одной буковки. Договорились?

Она несколько раз коротко кивнула и шмыгнула носом.

— Вот и умница, — улыбнулся я. — Ты где работала до этого всего?

— В кафе официанткой…

— Хорошо. Давай, знаешь, что сделаем… Ты вон туда к окошку отойди, ладно? И ещё, расскажи мне, сколько здесь охранников.

— На воротах, потом внизу четверо обычно и здесь двое. На самом деле ни разу никто на них не нападал.

Наташа-Нэнси ответила на мои вопросы, а потом встала к окну. Прошло только двадцать минут, как я сюда вошёл, но Семён уже заколотил в дверь. Я не сомневался, что так и будет. Поэтому был готов.

— Ещё полчаса!!! — крикнул я и отошёл