Пришествие ночи 1-6 - Питер Гамильтон

эфире, бортовой компьютер рапортовал, что его следящие радары приближались к перегрузке, определяя множественные цели. Каждая из белых точек обозначалась пурпурной пиктограммой, которая указывала ее траекторию и местоположение. Три из них, пылая красным цветом, быстро приближались.

Это были не помехи. «Леди Мак» вошла в середину огромного пояса обломков. Первый кусок ударился о фюзеляж, вызвав звук, похожий на звон церковного колокола.

— Болью, сообщите об ущербе!

— Его нет, капитан. Обломок был слишком мал, чтобы пробить обшивку. Вандерваальсовы генераторы нас защитили.

— О, Господи! Что это за дерьмо?

Джошуа ввел в бортовой компьютер новый набор инструкций. Жужжание обычных сенсоров утихло. Вместо них из корпуса выдвинулись мелкие и прочные боевые антенны. Заработали программы определения целей.

В основном обломки были сплавленными кусками металла — не больше снежинок и, как правило, радиоактивными.

— Тут произошло жестокое сражение, — сказала Сара. — Это обломки боевых ос. Точнее, большинство из них. Я думаю, диаметр облака осколков достигает сорока тысяч километров. Оно рассеивается. Центр почти свободен.

— Я не получаю ответа на наш опознавательный код, — сообщила Болью. — Маяки Транквиллити отключены. Мне не удалось найти ни одного источника искусственных сигналов. Радиообмен между кораблями отсутствует.

Центр облака имел координаты, которые Джошуа знал наизусть. Это была орбита Транквиллити. Однако сенсоры «Леди Мак» видели там только пустоту.

— Оно исчезло, — прошептал молодой капитан. — Они взорвали Транквиллити! О, Боже! Нет! Иона… Мой ребенок… Там был мой ребенок!

— Нет, Джошуа, — твердо сказала Сара. — Транквиллити не был разрушен. Иначе облако имело бы большую массу.

— Но где же тогда обиталище? Куда оно, черт возьми, исчезло?

— Я не знаю. От него не осталось никаких следов. Вообще ничего не осталось.

Питер Гамильтон

Обнажённый Бог. Феноменл не бросили

О серии Дисфункция реальности

В астовской «Золотой библиотеке фантастики» появилось сразу два тома британского фантаста Питера Гамильтона (Peter F. Hamilton, 1960 — ) - «Обнаженный бог. Феномен» (перевод Н.Омельянович) и «Обнаженный бог. Финал» (перевод Г.Усовой). На самом деле это две части одного романа «Обнаженный бог» («The Naked God», 1999; номинировался на «Locus»-2000), завершающего цикл «Пришествие ночи» («Night`s Dawn»).

Ранее в этом цикле вышли «Дисфункция реальности. Увертюра» («The Reality Dysfunction: Emergence», 1996) и «Дисфункция реальности. Угроза» («The Reality Dysfunction, Part Two: Expansion», 1996), «Нейронный Алхимик. Консолидация» («The Neutronium Alchemist: Consolidation», 1997) и «Нейронный Алхимик. Конфликт» («The Neutronium Alchemist: Part Two», 1997; перевод Даниэля Смушковича).

При всем количестве названий на самом деле это всего лишь трилогия («The Night's Dawn Trilogy»). Во всяком случае, изначально, в Британии, это было трилогией, но американские издатели разделили пополам два первых романа — «The Reality Dysfunction» (номинировался на «Locus»-1989) и «The Neutronium Alchemist», получив, таким образом, пять томов (после издания «Обнаженного бога» США в мягкой обложке — шесть).

1

Джей Хилтон крепко спала, когда электролюминесцентные ленты терапевтической палаты, моргнув, дошли до полного накала. Простенький сон с улыбавшейся мамой, подобно статуэтке из цветного стекла, разлетелся на тысячи ярких осколков.

Свет больно ударил по глазам. Джей заморгала и в недоумении подняла голову. В знакомой обстановке почудилось что-то недружелюбное. Девочка испытывала страшную усталость. По всему видать, до утра еще далеко. Рот разодрала зевота. Рядом зашевелились и другие дети, раскрывая мутные от сна глаза. Среагировали на свет голографические наклейки с забавными изображениями. Анимационные куклы сочувственно заворковали, когда детишки в испуге прижали их к себе. Двери распахнулись. В палату торопливо вошли медбратья.

Один лишь взгляд на притворно улыбающиеся лица, и Джей стало ясно: случилось что-то страшное. Забилось сердце. Уж не одержимые ли? Неужели и сюда добрались?

Медбратья вынимали детей из постелей и вели их по центральному проходу к дверям. Жалобы и недоуменные вопросы игнорировали полностью.

— Учебная тревога, — объявил старший медбрат. — Живо собирайтесь. Выходите из палаты и ступайте к лифтам. Быстро. Быстро, — и громко хлопнул в ладоши.

Джей сбросила тонкое стеганое одеяло и поспешно спрыгнула с кровати. Быстро оправила запутавшуюся в ногах длинную ночную рубашку. Она уже готова была присоединиться к выстроившимся в проходе детям, когда заметила за окном блуждающие огоньки. Каждое утро, с тех пор как она очутилась здесь, Джей просиживала возле окна, глядя на Мирчуско, на беспокойные зеленоватые облака, окружавшие газовый гигант.

— Опасность.

Беззвучное слово произнесено было так быстро, что Джей едва его уловила, хотя тут же ощутила присутствие Хейл. Девочка невольно оглянулась по сторонам, предполагая увидеть ковыляющего к ней детеныша киинта. Но нет… кроме медбратьев, подталкивавших детей к выходу, в комнате никого не было.

Прекрасно понимая, что поступает непозволительно, Джей подошла к большому окну и прижалась носом к стеклу. Лента крошечных бело-голубых звезд обвилась вокруг Транквиллити. Звездочки эти двигались, тесно охватывая обиталище. Теперь она разглядела, что это вовсе и не звезды: они удлинялись. Огни. Блестящие маленькие языки пламени. И их сотни.

— Подруга. Моя подруга. Угроза жизни.

Никакого сомнения. Это Хейл. В словах ее слышалась огромная печаль. Джей на шаг отступила от окна. За стеклом, против места, к которому она только что прижималась лицом, извивались странные серые вихри.

— В чем дело? — спросила она, обращаясь к пустому пространству.

За окном вспыхнул каскад новых огоньков. Прихотливо разбросанные в пространстве шары распускались, словно цветочные бутоны. У Джей даже дыхание захватило. Счет шел уже на тысячи. Огни скрещивались и расширялись. Потрясающе красиво.

— Подруга. Подруга.

— Началась эвакуация.

Джей нахмурилась. Второй беззвучный голос подобен был слабому эху. Джей показалось, что принадлежит он взрослому киинту, вероятно, Лиерии. Джей встречалась с родителями Хейл всего несколько раз. Выглядели они устрашающе, хотя и были с ней любезны.

— Предназначение. Два.

— Нет, — твердо откликнулся взрослый голос. — Запрещено.

— Предназначение.

— Нельзя, детка. Сочувствую человеческим страданиям. Но требуется послушание.

— Нет. Подруга. Моя подруга. Цель. Два. Утверждаю.

Джей никогда не думала, что Хейл может быть такой непреклонной. Это даже пугало.

— Пожалуйста, — нервно спросила она. — Что происходит?

В окно ворвался поток света. Казалось, над Мирчуско взошло солнце. Пространство ожило и расцвело. Взрослый киинт сказал:

— Началась эвакуация.

— Утверждено.

На Джей накатила торжествующая и слегка виноватая волна. То были чувства, овладевшие детенышем-киинт. Джей знала, что, судя по реакции взрослых, Хейл угрожает Большая Неприятность. Девочке захотелось дотянуться до нее и успокоить. Не имея возможности сделать это и желая подбодрить подругу, она мысленно послала ей сияющую улыбку. И тут же ощутила движение воздуха, словно на нее пахнуло сквозняком.

— Джей! — окликнул ее один из медбратьев. — Поторопись, детка,