Обратный отсчет - Токацин

— Бластер, — еле слышно прошептал Гедимин. — Кто за тебя снимет с носа бластер⁈

Зольт озадаченно посмотрел на него.

— Он что, решил нарушить правила?

— Надеюсь, нет, — буркнул ремонтник. «Надо было самому снять бластер!» — ему было досадно. «Ведь не удержится же от стрельбы…»

Пока Шекеш объясняла правила прохождения подводной трассы, Гедимин разглядывал цветные поплавки на воде. Они выстроились в несколько рядов, первый начинался в десяти метрах от берега, последний — в пятидесяти. Это был настоящий лабиринт — правила подводных заплывов усложнялись от раза к разу, зимой даже пришлось дать пилотам распечатки, и всё равно было много невольных нарушителей. Гедимин видел похожую распечатку у Линкена две недели назад и надеялся, что взрывник подготовится. «Глупо будет проиграть, запутавшись в правилах… и буйках,» — думал он, просчитывая наилучшее прохождение лабиринта.

— Гото-овсь… tza! — выкрикнула Шекеш, подняв рупор. Вода у берега на секунду вспенилась — корабли уходили на глубину.

— Теперь мы ничего не увидим, — Зольт сел на траву и похлопал по земле рядом с собой. — Садись! Вот поэтому я предпочитаю полёты. Рассказывают, ты когда-то входил в одно из лётных звеньев…

Гедимин кивнул, но садиться не спешил. Он внимательно смотрел на воду вокруг поплавков. Линкен отпустил рычаг на пульте и положил руку на клавиши — значит, корабль уже достиг лабиринта. Он на пару секунд обогнал ближайшего соперника, но среди пилотов оказались более быстрые, — даже при идеальном прохождении лабиринта на первые места надеяться не следовало.

Линкен стоял к Гедимину спиной, о том, что он делает, догадаться можно было только по характерным движениям плеча, — и сармат не мог понять, по какой траектории движется под водой корабль. У одного из буйков шевельнулась вода — кто-то поднялся слишком высоко и потревожил её, остальные шли на большей глубине. Линкен резко выдохнул и ещё несколько раз надавил на клавиши. «Разворот к берегу?» — ремонтник не был уверен в предположении, но многие пилоты — чуть раньше или чуть позже — повторили то же движение, видимо, этот манёвр рано или поздно приходилось выполнять всем.

Вода всколыхнулась, на долю секунды вскипела, и Айзек на катере схватился за свисток. Пронзительный сигнал пронёсся над озером, заставив всех вздрогнуть.

— Семнадцатый, всплывай! — закричала Шекеш на вышке. Гедимин стиснул зубы. «Всё-таки не сдержался…»

Чья-то подлодка показалась на поверхности среди поплавков. Это был тёмно-зелёный корабль с поперечными белыми «насечками». Всплывал он странными рывками, а уже на поверхности завалился на левый борт и остался так лежать, отключив винты.

— Кто пилот? — спросила Шекеш. Сармат под номером двадцать, покосившись на бесполезный пульт в руке, сунул его в карман и помахал судьям.

— Семнадцатый! — рявкнула самка. Линкен, на секунду оцепенев, очень медленно взялся за пульт. Миниатюрный «Дракон» всплыл перед ближним рядом буйков, в сорока метрах от повреждённой подлодки двадцатого.

— Корабль к берегу, — скомандовала Шекеш. — Дисквалификация до конца июня.

Линкен вздрогнул, поднял голову, и его рука судорожно дёрнулась к карману. Гедимин быстрым движением подобрал с земли камень — оглушить взрывника на таком расстоянии он не мог, но ещё удалось бы заставить сармата бросить взрывчатку мимо цели.

— Я прошёл буйки! — крикнул Линкен, вызвав сердитый гомон на берегу.

— Ты уже выбыл, когда подстрелил двадцатого, — отозвалась Шекеш. — Вали со старта и не мешай пилотам!

«Дракон» погрузился, но неглубоко — он шёл вдоль поверхности, и над ним вода вскипала. «Быстро идёт,» — одобрительно кивнул Гедимин. Через несколько минут Линкен выловил корабль и отвернулся от воды. Двадцатый пилот уже покинул шеренгу участников и сидел в стороне на фриловой плите, дожидаясь, пока его неуправляемую подлодку достанут из озера. «Надо будет подойти к нему после заплыва,» — подумал Гедимин. «Предложить компенсацию или помощь.»

Увидев, что Линкен поднимается по склону, двадцатый встал с плиты и шагнул к нему, преградив ему дорогу. Взрывник, не останавливаясь, оттолкнул его руку. Двое сарматов-зрителей подошли к нему и встали на пути; пилот схватил его за капюшон и попытался развернуть к себе. «Hasu!» — Гедимин почувствовал холод в груди. «Успею, нет?..»

Он почти успел — за два прыжка до цели он увидел, как падает, схватившись за горло, двадцатый пилот, а Линкен резко разворачивается к его заступникам. Их было уже не двое — пятеро, и ещё один, отломив кусок ограждения, торопился к ним. Гедимин отшвырнул тех, кто стоял ближе к нему, и ударил Линкена в лицо.

Он боялся попасть в висок и проломить кость — и удар вышел слишком слабым, чтобы взрывник потерял равновесие. Тот лишь качнулся, и в ту же секунду Гедимин почувствовал резкую боль в руке — острый фриловый стержень пробил мышцы. Вывернувшись, ремонтник схватил Линкена за плечи и повис на нём. Кто-то сзади ударил взрывника под рёбра, и тот, качнувшись из стороны в сторону, упал на Гедимина. Ремонтник перекатился вместе с телом — взрывник, получивший ещё несколько ударов в спину, сопротивляться не мог, только хватал ртом воздух. Гедимин придавил его к земле и заставил бросить заточку. Это была вторая — или, может, третья, ремонтник знал только, что один такой стержень торчит в его правом предплечье, и рука медленно наливается тяжестью. Гедимин вырвал штырь — кровь брызнула на комбинезон Линкена, и сармат дёрнулся.

— Бей! — крикнул ремонтнику незнакомый сармат с обломком ограждения. К месту драки, расталкивая зевак, уже бежали патрульные.

— Сармат ранен, нужен медик! — крикнул Гедимин им навстречу. Двое патрульных обогнули его; за ними быстро шёл поселенец в белом комбинезоне, а за ним ехала самоходная тележка. Ещё двое остановились рядом с ремонтником.

— В карцер до вечера, — один из них дёрнул Гедимина за плечо. Ремонтник вздрогнул от неожиданности и ударил его по руке раньше, чем успел подумать. Патрульные выхватили шокеры.

— Hasu! — взвыл Линкен, выворачиваясь из-под Гедимина. Ремонтник успел перехватить его, и они снова шмякнулись в траву.

— Что здесь? Драка с поножовщиной? — к патрульным присоединился их командир. С другой стороны из расступившейся толпы вышел Хольгер; остальные сарматы немного отстали от него.

— Тихо, это городской патруль, — шептал Гедимин Линкену на ухо, слегка придерживая взрывника за шею. — Хватит убивать сарматов!

— Я никого