В преддверии Перестройки - Алекс Русских

Но это не значит, что я телевизионщикам за просто так идею подарил, еще чего не хватало. Когда я узнал о приглашении, то вспомнил про множество самых разных шоу, которые с успехом были запущены в 90-х и 2000-х. Сейчас их еще нет. Очень меня привлекла возможность продать американцам их же наработки.

Я Майклу сразу несколько концепций реалити-шоу набросал, включая «Охотников за контейнерами», «Охотников за домами». Потом припомнил передачи «За стеклом», «Реальный мир», «Полицейские», «Свидание вслепую», «Голос», «Главные домохозяйки Лас-Вегаса», «Остаться в живых». И, напоследок еще и про «Золотую лихорадку» мысль в голову пришла, тут передача тем ценна, что съемки должны проходить на Аляске.

Все эти предложения мы систематизировали, записали и оформили на Майкла, но с отдельным договором, что половина прибыли зачисляется на мой счет. Стаффу идеи тоже понравились, так что его контора подключилась к пропихиванию новых развлекательных передач на ведущие каналы.

«Неспящими в Анкоридже» удалось заинтересовать Columbia Pictures, которая в прошлом варианте как раз и сняла этот фильм, только шестью годами позже. Договор с советской стороной достаточно широкий, так что Стафф вполне может вести переговоры с кинокомпанией. Сценарий у него на руках, плюс мои заметки о личностях героев и артистов, которые лучше подойдут на роли. Впрочем, я не парюсь, если в итоге получится лента, отличающаяся от запомнившегося мне оригинала, то пусть так и будет.

Кстати, мы очень плотно с Майклом поработали над возможными комиксами по «Людям в черном» и «Матрице». Я некоторые сцены набросал, как и внешность героев и расписал несколько сценариев. Остальное пусть делают профессиональные художники. В общем, для агентства Стаффа только по моему направлению работы хватит минимум на год, учитывая все оставленные книги, сценарии, наброски комиксов, концепции телепередач и компьютерных игр. Ну, а в следующем году я им еще подкину материал, что-то вспомню, что-то придумаю.

* * *

В декабре у нашей группы занятия закончились, осталось только сдать экзамены. Я вовремя вспомнил, что местная медицина сейчас куда лучше, чем в Союзе, тем более в провинции. На всякий случай сдал анализы и прошел обследование. Мало ли, а то были у меня контакты сексуального рода, не хотелось бы привести чего нехорошего. Заодно и стоматологию посетил, тоже в порядке обследования. Пришлось заплатить, зато сейчас уверен, что все у меня в порядке. Нет, конечно, стоматология и в Магадане есть, но вот качество. У нас зубы сверлят сейчас без обезболивания, мол, потерпеть можете. Нет уж, не хочу я такого ужаса.

Наша студенческо-преподавательская группа помимо экзаменов в декабре готовилась к убытию в СССР. Тот еще цирк, когда народ на всю сэкономленную валюту приобретает разрешенные к провозу вещи. Пришлось мне помогать найти товары подешевле. Урбану я три сотни баксов одолжил, объяснив, что у меня осталась небольшая сумма из тех, что мне по договору причитались.

— Нет, Саша, не возьму, тебе ведь тоже подарки нужно покупать, — заявил мне преподаватель.

Нет, я, конечно, понимаю его деликатность, но пришлось напоминать, что все это чепуха:

— Василий Петрович, давайте не будем. У меня еще почти тысяча гринбэков на счету, их тратить нужно, а провести много все равно не удастся. Да у меня и так целая проблема будет с таможней. Одни пленки и рукописи чего стоят, книги еще. Только добрый десяток томов с автографами авторов везу. Это ведь все проверять будут. Поэтому валюты с собой брать много не буду. Сотни три долларов хватит, все равно по официальному курсу поменяют, а это копейки.

В общем, уговорил. Правда, наш разговор остальные согруппники услышали. Пришлось делиться, выделил по сотне долларов на нос с обязательством вернуть в СССР рублями тоже по госкурсу. Ну, не отдадут, так не отдадут, переживу, мне еще за «Марсианина» и рассказы деньги в Москве получать, так что не критически.

Проблема в том, что я не могу легально ввести советские рубли в СССР. У меня в бумажнике полторы сотни было, когда наш самолет угнали на Аляску. Теперь у меня никаких справок нет, ладно бы с другими пассажирами возвращался, но я-то еду один. Какие конкретно мне выдадут справки в посольстве, я пока не знаю. Зная наших чиновников, стоит сразу настроиться на изрядный геморрой.

Ирина Дольских вообще порадовала, предложив мне часть своих вещей отдать, а она на месте заберет.

— Ой, — говорит, — Я так хочу еще пару костюмчиков прикупить.

Ага, сейчас. Мне тоже нужно подарки везти. Не поймут меня родные, если я приеду без подарков. Сказать, может, ничего не скажут, но, что я жлоб подумают, это уж точно.

— Извини, — говорю, — Но перевозить вещи для третьих лиц запрещено. Мне проблем не нужно, а костюмы я уже детские купил, у меня три брата. Так что брать некуда.

Чемодан я себе подготовил с подарками. Поэтому вежливо, но твердо наглой девице отказал. Оно ведь по нашим правилам я могу провести только купленное для личных потребностей и подарков на 100 рублей, еще и небольшое количество недорогих сувениров.

Ну, еще могу взять 250 сигарет, а вот алкоголь уже нельзя — это право только для тех, кому 21 год исполнился. Что интересно, мы считаемся лицами, которые находились за границей по служебным делам, а не туристами, поэтому можем провести больше товаров без пошлины. Например, туристам всего пол килограмма жвачки можно в Союз взять, а нам аж по два кг. Привезу, конечно, ребятня будет рада.

А так список не очень большой. Могу (да и повезу, пожалуй) магнитофон, радиоприемник. Верхнего трикотажа пять штук разрешено, джинсовых костюмов три, а брюк или юбок джинсовых — два. Ткани, ковры, мохеровую пляжу — не, это не ко мне. Вот зонтиков пять положено, пять и возьму — хорошие, японские, автоматические. Большой у нас дефицит. И еще два калькулятора можно. Ну, тоже беру. Вот, собственно, и все.

Но товары и подарки — это так, мелочи. Я же целый архив с собой тащу, а согласно Правилам таможенного контроля в СССР «любые произведения печати, рукописи, кино — фотопленки и т. п. обязательно должны быть предъявлены лицами, следующими через границу, для таможенного контроля». Это, как говорится, не обсуждается. А «пропуск их производится в соответствии с действующими специальными правилами и инструкциями о порядке досмотра и пропуска указанных предметов».

Вот так. И нужно учитывать, что прямо на месте никто просматривать пленки и рукописи не будет, слишком их много. Это значит, что вещи придется оставлять на таможне