Чёрная Душа - Владимир Геннадьевич Поселягин

прошла, было о чём подумать. Да мыслей много было, но мы приехали. В планах было тут заночевать и с утра уже в Управление кадров КА, за новым назначением, потому как и в штабе нашей Двадцатой армии никто не знал куда меня направят.

Дом был многоквартирный, не удивительно, раз номер квартиры за сотню ушёл, тот большой. Во дворе дети носились, вообще много тут пожилых на скамеечках отдыхало, шум от детворы. Некоторых выкрикивали из окон, зазывая домой. А ко мне от ватаги детишек, что гоняли футбол, вдруг рванул парнишка лет семи-восьми. Глянул пси-зрением, убедился, восьми лет щегол.

- Папа!

Тот с разбегу врезавшись в меня, обнял, я же прижал того к ногам, держа за спину, второй рукой гладил по вихрам. Ну вот и проводник до квартиры.

- Будь мужчиной, не показывай чувств при людях, - строго сказал я, и уже подобревшим тоном добавил. - Я тоже рад тебя видеть.

Никакой неприязни или ненависти я к мальчишке не испытывал. Их можно не любить на расстоянии, а вот так вживую, всё это куда-то уходит. Пока же Вадим, так звали мальчонку, суетился вокруг, я расплатился с возничим, подхватил шинель, перекинув через руку, и в другую руку чемодан, и кивнул Вадиму:

- Веди.

Тот открыв рот, восторженно разглядывал награду, и не обращая внимания как на нас глазеют со стороны, повёл к нужному подъезду. Под перестук копыт двух коней, извозчик покатил прочь со двора, к арке. Я же здороваясь с соседями, многие если не знали Гиль, всё равно приветливо отвечали, с интересом разглядывая. Один мужичок, в светлом костюме, что так любят носить чиновники, под Сталина, поливая клубу под окном из лейки, поинтересовался нейтрально:

- Надолго к нам?

- Завтра в управлении узнаю.

Ну а дальше к нужной квартире. Второй этаж был. Вадим сходу распахнул дверь и стал кричать, что папа приехал, из санузла выглянула женщина, удивлённо и обрадованно увидев меня. Судя по виду, там стирка шла. Я уже шинель повесил на вешалку, ну и дальше была радость встречи. Квартира не большая, но не коммунальная, что уже радовало. Видимо как слушателю военных курсов выдали Гиль, а семья так и живёт, пока тот служит. Дочка Галина оказалась старше, лет десяти, но тоже была рада отцу. Хорошо встретили, дети всё рядом со мной возились. Правда, душ принял, с сыном, пока заменяю старшего Гиль, буду их так называть, его намыл, сам намылся, для Вадима это важно, впрочем, и спать те легли с нами, устроив истерику под улыбку супруги Гиль, что с пониманием смотрела на это. Так что лишили её сладкого. А что, вполне ничего женщина. Конечно же, про подарки я не забыл. Заранее приготовил и раздал как детям, так и супруге Гиль. Причём также выдал той пачку советских денег, чтобы дети не видели, пятнадцать тысяч рублей. Велел завтра положить на счёт в сберкассе. Если его нет, открыть. Пусть храниться, вдруг понадобятся? Взяла не чинясь, для семьи же. Ну а что, не бросать же? Про награду спрашивали, первая у их отца и мужа. Поэтому кратко описал, что командуя танковой ротой, прорвался к немцам в тыл и разгромил штаб дивизии, и даже убитого немецкого генерала вывез. Был бы живой, что больше получил, но и это неплохо. Да и ещё воевали. Дети всё же, без подробностей рассказывал.

Утром, всё же достав в арке «эмку», без свидетелей, обычную чёрную, вполне свежую, прошлого года выпуска, добыл с одного из немецких пунктов сбора, привёл в порядок, а то в столице без машины швах. Даже документы есть, сделал копию от моей бывшей дивизии, как будто та за ней оформлена и передана мне во временное пользование. У меня несколько бланков можно на разные машины оформить, смогу продлевать. Так что проверку пройдёт. Разве что запрос в дивизию вскроет эту небольшую махинацию. Дождавшись супругу и детей, а подъехал к подъезду, сначала сына в садик, а дочку в школу, та помогает в школьном саду, потом жену у сберкассы высадил, а сам к Управлению. Там оставил машину в ряду таких же, оформился у дежурного и к кабинету, куда был направлен. Документы сдал и ждал в коридоре. Я тут во многих жизнях бывал, в курсе, что и как, да и сканером отслеживаю. А через полчаса вызвали, вручая направление. Изучая его, я удивлённо поднял брови, стараясь унять бешенство. Меня понизили, перевод был с командира танковой дивизии на командира стрелкового полка. Впрочем, ничего не сказал, хотя явно ожидали, молча кивнул и к выходу. Потому как в голове сразу начал формироваться план мести. Интересная идея мне пришла в голову, тем более на дорогу давали две суток, можно завтра отбыть, и сегодня день я потрачу на дела. Заодно и ответку кину тем, кто решил меня так унизить и оскорбить. Не было за мной вины, вот в чём дело. Это чья-то месть. Глава 17

Да, меня аж потряхивало, козыряя командирам, когда в ответ, младшим по званию, когда первым, для старших, дошёл до машины, и сразу устроился за рулём. Документы и всё необходимое к ним, уже в маг-хранилище, пока же аккуратно сдав назад, хорошо смотрел, чуть мне в корму не въехал «ЗИС» гружённый, водятел зевнул, и возмущённо посигналив, покатил прочь. Сначала заехал в редакцию газеты «Известия». С тем как немцы наступают, нужны позитивные новости, их есть у меня. Более того, используя трофейный фотоаппарат и немалые запас плёнки, я вёл фотоархив. В основном для себя лично, память имеет свойство терять многие элементы, кому как не мне это знать? В основном описывал, как моя танковая рота воевала, фотокарточки моих бойцов на фоне танков, ну и мои часто мелькали. Я пиарил себя, чего уж тут. Раньше я бы делал это чтобы быстрее взлететь выше, но тут уже другая причина. Я говорил про месть. В редакции сделали копию журнала боевых действий моей роты, с сухими строчками потерь со стороны противника и наших, ну и у меня взяли интервью. И изучив фотокарточки, отобрали самые интересные. Делая на обратной стороне пометки, кто там и где было, в каком бою. Обещали завтра мощную статью втиснуть. Так что с этой стороны заход удачный, глянем, как завтра всё пойдёт. Отсюда же, испросив разрешения, позвонил в редакцию Гостелерадио, телефонистка соединила. Там напросился на прослушивание как автор песен, музыки и стихов, для себя писал. Но вот решил и людям показать. Мол,