Чёрная Душа - Владимир Геннадьевич Поселягин

ему все кавалерийские части, выведя их из состава армии, вот тогда немцев будет ждать большая беда. Для начала маршал сформирует партизанские бригады из жителей оккупированных территорий, где те займут свои районы. А кавдивизии бросит в тыл, разрушать коммуникации противника. В этом он настоящий гений, о чём и говорю. Там где машинами и танками не пройти, нужны топливо и снаряды, кавалеристы всегда будут иметь транспорт, и перемещаясь, уходить от преследования, атакуя гарнизоны, железную дорогу, станции. Да они полностью обрушат немцам тыл, снабжать передовые войска не смогут. Только вот, то что я говорю, это мечты. Никто маршала на такое место не поставит. Выскочек не любят.

- Это вы о чём? - спросил диктор, что за время моей речи и бледнел и краснел, и вообще явно был на нервах, но вот постарался прервать меня, чтобы ещё чего не наговорил, и у него получилось, только вот я это всё рассчитал и вёл его, всё по моему сценарию шло.

- Кстати, поясню. Вот вы спрашивали про награду. Как раз пора описать, тогда и помёте что имел ввиду, говоря про выскочек. К сожалению, такой выскочкой стал и я, за что и последовало наказание.

- Это так связано? - задал вопрос директор, сам подводил его к этому.

- О, и ещё как. Я до плена, и после, с опытом месяца боёв, когда сам в бой на танке шёл, это совершенно два разных командира. Кем я был до пленения? Обычным карьеристом, что по чужим головам шёл наверх, штабист и теоретик, считал себя правым во всём, где единственное верное мнение, это моё, не прислушиваясь к советам командиров штаба. Дельных, надо сказать. В общем, тип ещё тот. Знаете, у меня много поговорок есть, и там такая избитая фраза: Я бы с ним в разведку не пошёл. Так вот, я сам бы с собой в разведку не пошёл. Сейчас, с тем подполковником Гиль, до плена. И спину ему бы не доверил. Само пленение произошло шестнадцатого июля. Дивизия готовилась к передислокации, снимаясь с позиций, поэтому взял все три наличные машины, в дивизии больше не было, я направился к штабу полка. Приказы вёз, и провести инспекцию по растратам, сигнал был. Ехали по опушке, а тут стрельба, боец повис раненый на руле. Немцы появились, вытаскивая нас из расстрелянных машин. Восемь убитых, пять раненых и десяток бойцов и командиров были взяты в плен. Я даже сейчас не могу описать своего состояния. Ведь раньше слыша как другие части попадали в окружение, в плен, дивился. Ну как такое может быть? Ну со мной такого ни когда не произойдёт, как я смелый, инициативный и умный командир, сама скромность, и в плен. А тут стою, даже не знаю как описать своё состояние. Наверное, ближе всего подходит слово - потерянный. Пока солдаты обыскивали меня, документы собирали, о сопротивлении даже и не думал. Даже не вспомнил. Это сейчас буду бороться до конца, опыт боевой получил, не теряюсь, а там всё так внезапно произошло. Взвод немцев был. Вот они пленных построили и повели в лес. Там брешь в обороне, через которую они просочились. Да и как оборону удержать, в дивизии было три тысячи бойцов и командиров, опорными пунктами стояли, а не сплошная оборона. А тут два бойца в камуфляже появились из-за деревьев и кинули в нас по предмету. Я думал ручные гранаты, закрыл глаза, прощаясь с жизнью. Оказалось какие-то спецсредства, вспышка и грохот по ушам. Многие пленные, да все, потеряли сознание, как и сами немцы. Попадали там где стояли. А сам оглушён был, как контужен. Стою, вроде цел. Открыл глаза, а бойцы ножами немцев режут. Ловко так. Я сам нагнулся к немцу, из-за голенища сапог потянул рукоятку ножа и двоих рядом заколол. Первые мной убитые немцы. Пусть беспомощные, но убил их с немалым удовольствием. А бойцы оказались из разведки. То ли армейского, то ли фронтового уровня. Я тут же сообщил о машинах у дороги и раненых там. Как бы не добили. Бойцы туда рванули. Смотрю, пленные из моих людей шевелится начали, вот так поднял, вернул вещи и документы, у фельдфебеля были, вооружились трофейным оружием, и бегом обратно. А там раненые лежат, без сознания, и все немцы вырезаны. А бойцов я больше не видел. Исчезли. Вот так я десять минут и побывал в плену. Это был шок. Это по сути там жизненную оплеуху мне отвесили, голова мотнулась, кровавые брызги во все стороны полетели. И знаете, я тогда задумался, и начал много анализировать. Можно сказать протрезвев. Самоуверенность ушла, стал к бойцам и командирам прислушиваться. А тут на меня мои должники интенданты вышли, а дивизия с армией в окружении, уже по сути ничего нет, вот через знакомцев и стал получать что нужно, и снабжать дивизию. Танковую роту создал из новейших машин, три тяжа и семь средних. А командира для неё у меня не было, сам и командовал, параллельно управляя штабом дивизии. А как командовать танками? Я не умею. Теория есть, уставы, инструкции, но применять их тоже нужно уметь.

- И как вы справились? - спросил диктор.

- Думать много пришлось. Уставы и инструкции сразу выкинул. Как показал опыт с начала войны, они совершенно не работают. Вот вы, например, знаете о купном танковом сражении, в районе Дубно и Луцк, где участвовало больше трёх тысяч танков, проходившее с двадцать пятого до тридцатого июня? Таких сражений пока больше не было. А не напишут об этом в газетах, не расскажу по той причине, что это сражение мы с треском проиграли. Наши потери больше двух тысяч танков.

- А немецкие танкисты какие потери понесли? - спросил диктор.

- А немецкие танкисты потерь не понесли, - сказал я и захохотал. - А они просто не этот бой не пришли. Наши танкисты вели бои с пехотными дивизиями Вермахта. Как оказалось, простые пехотинцы отлично умеют бороться с вражеской бронетехникой, с нашей, то есть, и жгли наши танки пачками, стоя в обороне. Так что это действительно крупное танковое сражение, но танки были только с нашей стороны. Это сражение серьёзно отрезвило наших военачальников, полагающих, что они такой лавиной, как в кино, сломят любое сопротивление. Почему немцы так легко справились? Много причин. Они имеют другую структуру управления частями. Для начала связь, у нас её просто нет, и многие приказы преступно запаздывают, их отправляют посыльными. У них же радиосвязь развита, и они реагируют на любое