Призрачная свобода - Александра Торн

— Может, они слишком занервничали. Что вполне объяснимо, если Магринья оставил их тут, как вы говорите, в качестве дымовой завесы и больше не выходит на связь.

— А пока мы будем искать Джемму, Фиалковская улизнет с планеты вместе с заложниками, эмбрионами и архивом, — АльНилам вывел на панель изображение Тар Мариат, вращающейся вокруг желтой звезды Ульмани. Красные точки, обозначающие колонии султаната, сгрудились жалкой кучкой на краю северного континента.

— Если террористы на джетах направились в неосвоенную глубь материка, то мы их там никогда не найдем, — горестно вздохнул вад-принц.

— Однако для того, чтобы покинуть колонии, им неизбежно придется вернуться к цивилизации и сесть на поезд, — сказал Мурад. Что бы ни угрожало Джемме, он куда больше тревожился из-за риска провалить миссию. Султан не прощал принцу ошибок и жестоко за них наказывал. А Ирфан всего месяц назад вышел из больницы после инцидента на Альвионте.

— Но они могут также затаиться среди флорофауны и переждать, — заметил АльНилам. — Интересно, есть ли у похитителей связь с группой Фиалковской? Может, действия малолеток координирует кто-то постарше? — он склонил голову набок, размышляя. — Тогда, вытащив Джемму, мы убьем двух зайцев одним выстрелом, главное — не промахнуться.

В дверь кабинета застучали. Вад-принц прикрыл лицо платком и нажал на кнопку, чтобы впустить Аль Сагира.

— Эфенди! — выпалил он. — Мы нашли их машину! Последняя запись — сегодня, в девять утра! Они бросили авто у старого спуска в дренажную систему и затащили заложницу внутрь!

— О! — выдохнул АльНилам. — Это уже неплохо! Подготовьте тридцать человек. Возьмем их прямо в логове.

Альмонзея, столица колоний Корпорации «МТ» на Альмонзис

Фонтейн отбросил простыню. Луч лазера прошел точно от правого к левому виску, оставив нетронутым лицо Клод, на котором застыло по-детски удивленное выражение.

— Урожайный день на трупы, верно? — сухо спросила Фрина, как будто это он был виноват.

«Это Авилес», — Акс не мог объяснить, почему был так уверен в том, что именно лидер группировки убил девушку. Хотя если бедная дурочка встречалась с ним и видела его лицо или даже просто переписывалась, то была обречена.

— Контейнера при ней не было?

— Нет, мадам, — ответил Акс. — Видимо, она не успела его достать. Или не смогла, если он спрятан там, где я и Келлерман установили круглосуточное наблюдение.

Анна Дмитриевна опустила руку на плечо Клод, словно та спала, и ее еще можно было разбудить.

«Ублюдок, — в бессильной ярости подумал Акс, — ей же еще и двадцати пяти нет!»

— Пришлете мне отчет о вскрытии, доктор, — сказала Лаврова и вышла из морга. Фонтейн поспешил следом — он чувствовал, что Фрина сейчас не в настроении с ним общаться.

— Группа наших солдат будет участвовать в операции по захвату террористов, если вы не отмените приказ…

— Убейте его, — бесстрастно произнесла начальница поезда.

— Слушаюсь, мадам.

Фан хотела взять выродка живьем, чтобы допросить, но желание Лавровой — закон, и к тому же Акс хотел своими руками свернуть ему шею.

— Журналист не пострадал, насколько я поняла?

— Нет. Хотя, думаю, Авилес все же надеялся застрелить обоих.

— Какой в этом смысл? Он должен понимать, что мы уже допросили юношу и провели все необходимые параллели.

— Убийство щенка — приятный бонус, особенно для таких мстительных ублюдков. Вытаскивание журналиста из поезда было предлогом, чтобы заставить выйти Клод. Авилес не мог добраться до нее, пока она в экспрессе, а выйти просто так она не могла.

— Этот контейнер все еще здесь, — пробормотала Лаврова. Это Акса тоже тревожило. Он был уверен, что это все — плоды их операции в «МТ Экспресс». Скорее всего, Ги Монтелу перед тем, как отправиться на самоубийство, успел написать своим, и они занервничали. Авилес приказал Клод вывести из поезда журналиста, чтобы убить ее после того, как она окажется на перроне, и тем самым оборвать единственную связь между поездом и его группировкой. А если бы Агилер по поведению девушки не догадался, в чем дело, то Авилес прикончил бы и Росса.

Зато теперь было ясно, как террористы смогли пронести на борт контейнер. Но где же он теперь? Неужели девчонка зашила этот чертов тубус в матрас начальницы поезда⁈

Они дошли до лифта, и Акс нажал кнопку вызова. В это время солдаты СБ и подчиненные Келлармана обыскивали кабинет, приемную, личное купе начальницы поезда и купе диспетчера. Фонтейн хотел посмотреть, как у них идут дела, и проследить за безопасностью пассажирского купе, которое временно заняла Анна Дмитриевна.

— Может, она была не одна, — вдруг сказала начальница.

— Почему вы так думаете?

— У Клод диплом инженера, а не программиста. Когда бы она успела научиться подделывать записи с видеокамер, если ее стажировка диспетчером почти не оставляла свободного времени?

— Ну мало ли… какие-нибудь онлайн-курсы…

— У нас особое ПО, обращаться с ним не учат на каких-нибудь курсах. Все специалисты ИТ-департамента проходят переподготовку.

Лифт распахнул блестящие двери, и Акс невольно выступил вперед, закрывая начальницу. Кабина была пуста, а он-то уже готов был увидеть дуло пистолета…

— Замена куска видеозаписи — не настолько сложная задача, — сказал Фонтейн и нажал кнопку «командный вагон». — Я поговорю с Келлерманом. Он сам взялся изучить подделку.

— Дело не в сложности самой задачи, а в том, как девушка, не имеющая ни подготовки, ни прав доступа, смогла пробраться в хранилище данных с видеокамер и подменить кусок записи. При чем в том же день, когда она повредила модули связи между командным постом и навигационной панелью. Ведь чем больше временной зазор — тем выше риск, что ее поймают.

— Нужно еще раз проутюжить персонал ИТ-департамента. Келлерман не обрадуется.

— Проверки проводятся не для того, чтобы доставлять ему радость, — сурово ответила Лаврова. — Займитесь этим сегодня же.

— Как только я проверю наших ребят в командном…

— Прямо сейчас.

— Да, мадам, — покорно ответил Фонтейн и скорректировал маршрут лифта, добавив вагон ИТ-департамента.

* * *

Ларс Келлерман, как и предполагал Фонтейн, не обрадовался. Шеф ИТ-департамента, уподобившись недовольному моржу, вздул пышные усы и сухо процедил:

— Конечно, раз так угодно