Любительский шпионаж - Дайре Грей

проходит, а брак длится очень долго. Иногда намного дольше, чем любовь. Поэтому когда она уйдет, должно остаться что-то еще. Уважение, общие взгляды, преданность… Я хотела бы встретить человека, который не будет слишком романтизировать семейную жизнь, но сможет взять на себя ответственность и заботиться о близких. Будет достаточно добрым, чтобы не ожесточиться с годами и не превратиться в ворчливого старика. А таких людей не слишком много, особенно в маленьком городке.

Герр Шенбек тихонько кашлянул, прочищая горло.

— Неожиданно… Не часто встретишь столь…

— Практичный подход? — улыбнулась девушка, вспоминая, как матушка называла ее «совершенно не романтичной натурой».

— Я бы сказал «разумный», — он внезапно улыбнулся, но совершенно не так, как раньше. Как-то проще, словно что-то изменилось. — И если бы вы встретили такого человека, вы бы согласились выйти за него замуж?

— Мне потребовалось бы время, чтобы узнать его. И… ничего нельзя сказать заранее. Мы же не знаем, что нас ждет.

— Здесь вы правы, — задумчиво ответил кузен герцога, — но мы можем строить планы и надеяться, что удастся получить желаемое.

Клара смогла только улыбнуться, не совсем понимая, к чему ведет собеседник. Тот тоже вдруг замолчал, а спустя четверть часа, допив чай, ушел, пообещав вернуться вечером и поиграть с Аннабель. Стоило порадоваться, что встреча и разговор прошли так легко, но девушка ощутила странную печать от того, что все закончилось слишком быстро…

— Элементали! Он же моложе меня! — Георг отложил приборы и глотнул вина. — Как матушка могла…

Фразу он не закончил и бессильно покачал головой.

— Все не так уж плохо, — отметила Валенсия, аккуратно нарезая угря. В последнее время рыбы и морепродуктов хотелось постоянно. — По крайней мере мы можем не беспокоиться о появлении бастардов.

— Дорогая! — красноречивый взгляд супруга мог прожечь в ней дыру.

— Я всего лишь думаю о последствия, пока все совершенно невинно. К тому же, все знают, что покойный император не слишком одаривал супругу вниманием… Почему бы ей не почувствовать себя женщиной хотя бы теперь?

Вот чего она не могла даже представить, так это того, что станет защищать свекровь от мужа. И Георг видимо подумал о том же, потому что совершенно неожиданно усмехнулся и покачал головой.

— Пусть будет так. В конце концов, не мне ее судить. И… если она на самом деле выглядит счастливой… Пусть будет.

Меж темных бровей пролегла складка — его явно что-то беспокоило, но говорить супруг не собирался, как всегда оберегая ее от лишних новостей. Снова придется самой.

— Есть новости из Изрилионы?

Императрица рассказала о своих подозрениях относительно праздника и цели путешествия фройляйн Ланге уже давно, шпионы как раз могли что-то узнать.

— Пока нет. Наша агентурная сеть там не самая развитая. Пока сообщение будет доставлено, пока собрана информация… К тому же мы уже пытались собрать информацию. Если все правда, то ни в одной из тюрем Герхарда нет, но… это не дает никаких гарантий.

Валенсия кивнула, понимая, что размеры полуострова, который занимала страна, позволяют спрятать не только одного герцога. У каждого дожа имеется родовая вилла, куда сложно проникнуть, есть закрытые монастыри и резиденции кардиналов. Искать можно долго, но время не на их стороне.

— Стало известно что-то еще? — она спросила наугад, но заметила, как Георг нахмурился еще больше, а потом и вовсе откинулся на спинку стула и сделал приличный глоток из бокала.

— В Стальном море бушует шторм. По данным наших магов он продолжается уже два дня. И эпицентр бури постепенно смещается к берегам Изрилионы вопреки всем течениям, направлениям ветров и сезонной активности. Бальная оценка прямо указывает на вмешательство элементалей. Или одного. Самого сильного водного элементаля.

Валенсия отложила приборы и тоже пригубила из бокала. Воды. Вино сейчас пришлось бы к месту, потому что сказанное могло значить…

— Ты думаешь, фройляйн Ланге пересекает море?

— Я думаю, какой еще повод мог привлечь столь сильного элементаля в этот район, — медленно ответил император, продолжая цедить напиток. Бокал быстро опустел. — И если наша догадка правдива, то… Выживет ли фройляйн?

— Ее элементаль силен, насколько я понимаю.

Но хватит ли его силы?

— Силен… В Ференции зафиксировали слабые отголоски тьмы. И, учитывая, что они видны даже нашим магам, можно представить, какой реальный урон нанес прорыв. Сейчас теоретики строят модель, но уже ясно, что без сильного мага не обошлось. Ивон писала, что… мой кузен покинул стан противника. И, кажется, отправился по следам фройляйн Ланге.

Сразу же вспомнились патроны нового образца, которые теперь наверняка производили в одной из секретных лабораторий. По крайней мере от одного противника защита у девушки есть. И, учитывая шторм, ей удалось сбежать.

— Ему нужен элементаль земли.

— И я думаю, что будет, если он получит желаемое? — Георг не стал уходить от темы, неожиданно поделившись тем, что его тревожило. — Не проиграем ли мы эту войну?

Ответа у нее не было. Его и не могло быть. Иногда остается только ждать.

Но кто бы знал, как она ненавидит быть беспомощной!

Глава 27

О невозможном…

Над палубой светило солнце, которое ослепило и не позволило сразу оценить вид. Вильгельм проморгался и приложил руку козырьком ко лбу, чтобы разглядеть хоть что-то.

Вокруг простиралось спокойное море. Корабль покачивался на волнах, вовсе не столь ужасных, как прошлой ночью. А впереди, прямо по курсу, расположился берег. Скалистый, насколько можно рассмотреть, с небольшой, аккуратной бухтой, в которой прятался город. Здания из светлого камня отражали свет и почти плавились на солнце.

Но откуда? Порт Мелье выглядел иначе. Обратно они не вернулись, но до Изрилионы плыть три дня, а прошло только… Сколько? Сутки? День и ночь. Ужасно долгая ночь со штормом, который вымотал настолько, что сон показался спасением. И пусть тогда казалось, что утро не наступит никогда, оно все же пришло. И подарило берег.

Ничего не понимая, отставной капитан медленно двинулся по пустой палубе. Шлюпок вдоль борта не осталось ни одной, что было ожидаемо, а вот стоило взглянуть на капитанский мостик, и с губ сорвались сдавленные ругательства.

Надстройка оказалась смята. Будто по ней пришелся удар одного известного хвоста. Плашмя. Но как тогда они не затонули? И выжил ли кто-то из команды? Помимо технического персонала внизу. И кто управляет кораблем, если рубка уничтожена?

Рядом раздался душераздирающий стон, немедленно привлекший внимание.

Вилли заглянул в закуток к следующей лестнице и обнаружил одного из помощников капитана. Тот сидел прямо на палубе, вцепившись пальцами в волосы, и повторял одно и то же:

— Не может быть! Не может быть!