Отморозок 11 - Андрей Владимирович Поповский

Вика промолчала. Для журналистки, знакомой с темой не понаслышке, с такой постановкой вопроса спорить было трудно.

Вахо продолжил:

— Потапов гораздо хуже меня. Он прикрывается государством. Использует погоны, подчиненных и свое служебное положение чтобы фабриковать дела, давить со стороны прокуратуры и следствия. Я хотя бы играю своими деньгами, своим положением и своими людьми. А он берет все это у государства которому должен служить и пользуется им как личной дубиной. Это не служба. Это отъем имущества с использованием служебного положения.

— Красиво звучит, — кивнула Вика — Особенно из ваших уст.

— Правда не становится ложью, от того, что ее произносит человек со сложной биографией, — обезоруживающе улыбнулся Вахо.

— Вы хотите, чтобы я сделала материал о Потапове?

— Да.

— Почему именно я?

— Потому, Виктория Сергеевна, что вы умеете писать. Я признаться, с удовольствием читаю ваши статьи и не только я. У вас есть имя и репутация. Вам поверят. Если удар пойдет через вас, Потапову не поздоровится. И еще одна причина. У вас есть личная заинтересованность, чтобы не бросить дело на половине пути.

— То есть, я удобный для вас инструмент?

— Да.

Вахо ответил мгновенно, без паузы. Вика сильно сжала ручку в пальцах. На секунду ей просто захотелось встать и уйти.

— Вы, хотя бы понимаете, как это звучит?

— Конечно, — кивнул Вахо — Именно потому и говорю вам все это прямо в глаза. Вас может коробить слово «инструмент», хотя именно вы его произнесли. Но подумайте. Сейчас мы все инструменты в руках у кого-то. Если только не пытаемся стать игроками сами. Иван — инструмент давления на меня. Вы — мой ответ на давление. Я для вас — инструмент, который может помочь вам вытащить Ивана. Я просто предлагаю вам перестать прятаться за благозвучными формулировками и взглянуть на ситуацию с широко открытыми глазами. Я все равно помогу Ивану, но вместе мы это сделаем лучше.

Вика хотела ответить резко и хлестко, но остановилась. Каладзе снова говорил неприятные вещи, но, если вникнуть, он был прав.

— Я не публикую заказуху, — наконец сказала она.

— И правильно делаете, — кивнул Вахо.

— Даже ради мужа. — добавила Вика

— И это меня полностью устраивает. — улыбнулся Каладзе — Заказуха нам не поможет. Она вас же и сожжет, и вы перестанете быть рычагом или «инструментом», как вы сами выразились. Нам не нужна фальшивка. Нам нужен настоящий, проверяемый и убойный материал, от которого просто так не отмахнешься.

— И у вас есть такой материал? — Вика кольнула взглядом собеседника.

— У меня есть много материалов. Но начинать нужно не с самого громкого.

— Почему?

— Потому, что большой заряд нужно правильно закладывать. Если сразу взорвать все, и не в нужном месте, то можно не пробить стену, а только поднять пыль. Сначала нужно просто пошатнуть положение Потапова. Показать, что в его активе не только служба государству, но еще и грязные делишки и сеть личных корыстных интересов, которые прикрываются служебным положением. Нужно дать обществу, редакциям, прокуратуре и его личным врагам повод повнимательней посмотреть в его сторону.

— И что вы предлагаете первым?

Вахо взял с диванчика лежавшую рядом черную кожаную папку, потом положил на нее тонкую серую папку без надписей и положил это все перед Викой.

— Рижский рынок.

Вика взяла документы не сразу.

— А что с ним? — поинтересовалась она.

— Весьма доходное место. Торговля, склады, палатки, стоянки, оптовики, неучтенная наличка. Кто контролирует рынок, тот каждый день держит в руках живой кэш.

— И Потапов его контролирует?

— Не лично. Такие как он деньги с киосков не собирают. Для этого есть промежуточные этажи.

— Кто?

— Владимир Игнатов, подполковник. Работает под непосредственным руководством Потапова и является его правой рукой. На самом деле кроме работы на государство он является фактическим владельцем охранного агентства «Рубеж». Костяк — бывшие воины-афганцы, спортсмены, несколько бывших милиционеров. Формально занимаются охраной. Фактически — это крыша рынка.

— Афганцы?

— Да, это очень удобно. Людям с боевым опытом в новых реалиях нужно куда-то идти, чтобы приложить свои специфические навыки и способности. Одни идут в охранные агентства. Другие в бандитские бригады. Зачастую те и другие отличаются только наличием или отсутствием определенных бумаг.

— Говорите со знанием дела, — хмыкнула Вика и открыла папку.

Внутри лежали таблицы с итоговыми суммами, копии договоров, несколько заявлений, фотографии, выписки и столбики фамилий.

— Что это? — подняла она голову посмотрев на Вахо.

— Договора охранного агентства «Рубеж» с рядом торговых структур на Рижском рынке. Официальные платежи небольшие. А вот во второй папке уже интересней. Там расписки, копии черновой кассы и показания людей, которые платили сверху. Там же многое о связи Игнатова с руководством рынка. Дальше несколько обращений в милицию по поводу вымогательств, которые странным образом вскоре отзывались заявителями.

— Откуда это у вас?

— Из разных мест.

— Это не ответ.

Вахо усмехнулся.

— Единственный, который я могу вам дать.

Вика снова углубилась в просмотр документов. Потом подняла глаза.

— Если я не смогу найти независимые источники подтверждающие ваши документы, материал не выйдет.

— Разумеется. — спокойно кивнул Вахо.

— И, если я увижу, что вы мне подсовываете вашу личную коммерческую войну, под видом расследования, материал тоже не выйдет.

— Вот поэтому мне и нужны именно вы, — улыбнулся Вахо.

— Вы понимаете, что Рижский рынок — это не Потапов, а всего лишь его человек Игнатов?

— Отлично понимаю, — кивнул Вахо — Но Игнатов — это ниточка к Потапову. А за ниточку можно и потянуть…

— А если ниточка оборвется?

— Значит, возьмемся за другую.

— У вас их много?

— Достаточно.

Вика вздохнула и кивнула.

— Хорошо. Чего вы хотите от первой публикации?

— Чтобы публично прозвучала фамилия Игнатова и место его службы. Чтобы стало ясно, что подчиненный генерала Потапова, используя служебное положение, занимается фактическим крышеванием и поборами. Чтобы люди, которые прикрывают Игнатова, поняли, что следующими могут назвать уже их.

— А Иван? — Вика холодно смотрела на Вахо.

— По Ивану работа идет и будет идти вне зависимости от результата публикации и вообще ее наличия.

— Хорошо, — кивнула Вика — Я возьму материалы, изучу, проверю. Но ничего не обещаю.

— Мне не нужно обещаний,