Хранитель Замка. Том 2 - Виктор Молотов

Он криво усмехнулся.

— Избавился. Первый раз приехал сюда взрослым и даже не вспомнил ничего. Убедил себя, что всё это было враньё. А после смерти вспомнил всё, отчётливо, до мелочей, — добавил он.

В первое утро он говорил призракам, что при жизни их не видел. Похоже, он и сам в это верил.

Прошлый прошёлся по кабинету, не касаясь пола.

— Хочешь знать, что именно? Мы играли в прятки, ты водил. Я забился в кладовую у кухни. Только нашёл меня не ты. — Голос у него сел. — Они полезли ко мне прямо из стен. Десяток лиц, и все улыбаются. Я хотел заорать и не смог выговорить ни слова.

Старик закрыл глаза. Пропасть между «продать» и «сжечь», над которой я думал ещё на лавочке у больницы, вырыли, выходит, в шесть лет.

— Они не специально, — тише ответил дед. — Хотели с тобой поиграть. Ты их не так понял, они ведь были к тебе дружелюбны. Они просто не понимали.

— Да-да, — передразнил прошлый. — Все мёртвые не понимают, что делают. Только после смерти. При жизни-то они всё понимали.

Он остановился прямо перед дедом. И продолжил:

— Даже не стану скрывать: именно поэтому я хотел твой замок продать. Из-за этого они меня и убили.

Старик вздрогнул.

— Ты не мог найти другого наследника? — процедил прошлый.

Он двинулся вдоль стены и прошёл сквозь тумбочку. Дерево на глазах потемнело сухой полосой сверху вниз и через секунду осело трухой.

Мраморный кот съехал вниз и глухо стукнулся о пол. Камень гниль не взяла.

— Нашёл бы, было б кого искать. Ты в роду остался последним, — признался призрак деда, глядя на мраморного кота. Этого кота Лев гладил полвека, каждый вечер.

— Ладно мелкие шалости, но убийство… — Лев помотал головой. — Не укладывается у меня это…

— Он погиб сам, упав с лестницы, — вклинился я. — Призраки лишь использовали его тело. Они хотели сохранить этот замок. Поэтому здесь я.

Прошлый коротко рассмеялся. Смех у него вышел злой, и запах гнили загустел.

— Это я во всём виноват, — Лев схватился за голову. — Я всё время им говорил, что нет ничего дороже этого замка.

— А теперь понимаешь, — хмыкнул прошлый. — Пора уже избавиться и от него. От всех обитателей. И вернуть моё тело.

Он кивнул на меня.

Система давно меня об этом предупредила: привязка носителя держится на целостности объекта. Рухнет замок, и тело может меня не удержать.

В одну из первых ночей он уже пробовал забрать тело напрямую. Правая ладонь у меня тогда сжималась сама, пока Система не заблокировала попытку.

— Тело ты, может, и вернёшь, — невесело отозвался призрак. — Только достанется оно мертвецу. У Крыса тоже есть такое тело. Ты уже мёртв.

— Он тоже был мёртв, — прошлый ткнул в мою сторону подбородком. — В чём разница?

— Разница в том, — дед запнулся, — что ради его призыва, видимо, кто-то отдал свою жизнь.

— Вы хотите сказать… — понял я.

— Да. Призраков здесь было гораздо больше. И они отказались от посмертия, чтобы спасти этот замок. Только так можно провести этот ритуал. Я же читал о нём, это мой дом. — Старик помолчал. — Цену они заплатили высокую.

Мне в день пробуждения назвали другую: несколько месяцев призраки не смогут показываться посторонним живым. Про тех, кого больше нет, четверо промолчали.

Эльза тогда призналась, что они воспользовались случившимся, и назвала это правдой, которая достаточно скверная сама по себе. Похоже, сказали мне не всё.

— Плевать, — тут же процедил прошлый. — Это моё тело, и я хочу его вернуть. Если понадобится, ради этого уничтожу всех остальных. Сам принесу их в жертву!

Так, а это мне уже совершенно не понравилось. Личный состав я ему отдавать не собирался.

Старик выпрямился и серьёзно ответил:

— Жертва должна быть добровольной.

Прошлый вцепился в спинку кресла Льва, и дерево потемнело под его пальцами. Через секунду она осыпалась трухой на сиденье, вместе с продавленной за полвека обивкой. Кресло я мысленно списал, ведь гниль прошла каркас насквозь.

— И это ещё не все нюансы, — продолжил дед. На настоящего внука он больше не смотрел: отвернулся к окну. — Ритуал этот можно провести лишь раз, чтобы вышло с живым телом. Что бы ты ни сделал, как бы ни уговаривал их и ни угрожал, ты останешься мёртвым. Мне жаль.

Только сейчас я заметил, что держусь за край стола, и разжал пальцы.

Прошлый замер. Контур у него пошёл рябью, и запахом погреба ударило в нос.

— Тебе жаль⁈ — сорвался он на крик. — Твой замок сломал мне детство! Из-за твоего замка я погиб! Кроме этого треклятого сарая ты ни о чём не мог думать. А потом ещё удивляешься, почему тебя убили.

— Откуда ты знаешь? — дед наконец поднял на него взгляд.

— Да они тут целыми днями об этом треплются.

— Это так, — подтвердил я. — Мы призвали вас для того, чтобы вы подсказали, кто.

Пламя опустилось на ладонь.

Кристалл-накопитель: заряд 23%.

— Не знаю, — честно ответил дед. — Единственное, что я понял после смерти: завещание я подписывал не своё. Точнее, оно было моим. Всё, кроме западной башни. А почему умер — сам не знаю. Наверное, что-то подсыпали в больнице… Или до неё, не знаю…

— Призраки не видели. Значит, единственной зацепкой остаётся завещание, — быстро проговорил я.

Огонь просел ещё на палец.

— А ещё копия есть? Которую делали до подписания? — спросил я.

Старик нахмурился.

— Черновик… Не помню, — признал он. — Пытаюсь вспомнить, а там пусто. Но она точно была. И Вайс о ней не знал.

Видимо, то же влияние, что подсунуло ему башню, прошлось и по его памяти.

— Кто-то хотел убить наследника таким образом, — кивнул я.

— Именно, — понял и дед.

В итоге его убила лестница, и разница, на мой взгляд, выходила невелика.

Накопитель и полсотни крыс ушли на ответ, в котором не хватало главного имени. Зато он подсказывал, где искать.

— Да и хорошо, что тебя убили! — выкрикнул прошлый. Голос у него ушёл вверх, в высокую, почти детскую ноту. — Ты это заслужил. Слишком много всего испортил.

— Думай, что