Фантастика 2026-111 - Сергей Витальевич Карелин

Никон положил меня на что-то мягкое и воздушное, как облако. Глаза у целителя были карие и пронзительные, нос с горбинкой, несколько мелких шрамов на лице и тёмные с проседью волосы.

— Да, потрепало тебя, парень, — задумчиво произнёс он, водя надо мной руками.

Забыл, с кем говорит, но напомнить ему о субординации сил не было.

А затем в моё тело полилась чужая, но дружелюбная энергия. Она слегка холодила, но благодаря этому эффекту уходила боль. А болело у меня практически всё. Не знаю даже, существовал ли на теле хоть один клочок кожи, который не был повреждён в драке. Пятки, например, или ягодица. Хотя бы правая. Но нет. Поэтому, чтобы хоть чуточку отвлечься, разглядывал облака на небе и верхушки сосен. Редкие. Значит, лежу я не очень далеко от места боя. Немногие деревья уцелели.

На щёку легла чья-то тёплая рука, и сбоку появилось лицо Марины.

— Привет, Коль, — сказала она дрожащим голосом и улыбнулась. — Давай уже, приходи в себя.

Да я вроде никуда и не выходил. Это во-первых. А во-вторых, со мной всё в порядке, чтобы слёзы лить. Так, потрепало, как сказал целитель.

Его, кстати, звали Семён. Просто Семён, без отчества и фамилии. И оказался он крайне неразговорчивым. Зато весьма умелым. Целый час корпел надо мной, после чего я смог хотя бы сесть на радость окружившим нас людям. Потому что не фиг валяться. Дел целая куча. А потом ещё и осмыслить произошедшее.

— Ох, мама, роди меня обратно… — выдохнул я, придя в вертикальное положение.

Боль с новой силой нахлынула, но уже другая. Более здоровая, что ли.

— Шутит, значит, поправится, — кивнул Семён и с чувством выполненного долга на потном лице сел задницей в снег. — Никон, есть ещё раненые?

— Нет, Семён. Остальные либо на пути в госпиталь, либо им уже не помочь, — отвечал старый сотник, снявший свою броню.

Быков стоял немного сбоку от меня, а на его лице застыла печаль.

— Тогда надобно силы восстановить, — крякнул целитель и присосался к фляжке, от которой несло травами и спиртом. Так вот откуда запах.

Как уже упоминал, я находился всё в том же лесу, но в стороне от места сражения. Небольшой импровизированный госпиталь расположили на обрывистом берегу. Внизу озеро, вокруг поваленные и поломанные деревья, несколько моих дружинников с лёгкими ранениями собирают трофеи и складывают неподалеку прямо на землю. Артефакты, оружие, ещё пригодная к использованию броня. Так же заметил несколько дружинников Деникина, привязанных к деревьям. Умудрились в плен попасть.

А лежал я, оказывается, на перине из… Альфачика⁈ То-то она была такой тёплой и мягкой. И я уже знал, кто это сделал. Один самодовольный гигантский паук, зависший сейчас между деревьев неподалёку в самодельном гамаке. Как я догадался? Во-первых, моя связь с животными ещё усилилась. А во-вторых, по паутине, которая крепко держала Лютоволка. Очень злого Лютоволка.

— Господа… — крякнул я, вставая на ноги. Марина помогла мне не упасть. Хотя, как помогла. Я просто испугался, что придавлю её, когда она бросилась мне под руку, и удержался на ногах. — И дама. Разойдитесь немного в стороны.

Когда они сделали это, я разорвал путы на лапах и пасти Лютоволка. Взбешённый, он тут же вскочил, повалил меня на спину, чем вызвал очередной стон боли, облобызал лицо шершавым и тёплым языком, а затем бросился мстить. Альфачик выстрелил из пасти молнией и попал прямо в зад расслабленному пауку. Тот вылетел из гамака как ужаленный и прыжками стал спасать свою восьмилапую шкуру от злого Лютоволка.

Я видел это вверх ногами, так что зрелище вызвало улыбку.

Ладно. Теперь делами надо заняться. Вечером отосплюсь. Для начала узнаю, что со мной произошло. С этим вопросом я обратился к тому, кто только что целый час водил надо мной руками, латая внешние и внутренние повреждения.

— Вы основательно сожгли ваши мана-каналы, господин Дубов, — отвечал Семён, встав. Силы вернулись к нему, как и ко мне. А ещё он вспомнил, кто из нас барон. — Инсектом и маной не рекомендую пользоваться ближайший месяц, если не хотите окончательно потерять способность управлять маной.

— Месяц? — удивился я.

— Месяц, господин барон, месяц. Повреждения сильные. Что мог я сделал, и теперь нужно дать организму восстановиться. Рекомендую начать с продуктов, богатых маной, — например, вина. Слышал об одном сорте, который вывели на виноградниках недалеко от Пятигорска. Там какой-то участок даже зимой не замерзает и выдаёт крупные и сладкие ягоды, богатые маной. Бешеных денег стоит, но… средство будет весьма полезным.

— Кажется, я знаю, о каких виноградниках идёт речь, — пробормотал я, припоминая. Похоже, речь шла о том участке, где рос сын, если можно так сказать, Маши. На моих виноградниках. А значит для меня это вино будет бесплатным. — Марина?

— Считай, что оно уже едет сюда, — решительно заявила девушка, вновь меня приобняв.

— Что ещё, целитель?

— Лёгкие медитации, если владеете Духовными практиками, — пожал плечом Семён. — Если всё сделаете как надо, то мана-каналы исцелятся через пару недель. Но! — ткнул он пальцем в небо. — Никакого использования Инсекта! Отдых, отдых и ещё раз отдых.

— Ясно, — потёр я подбородок и вздрогнул. До ушей донесся раскат грома, а затем пронзительный визг. Похоже, Альфачик снова попал кое-кому по мягкому месту молнией. — Вы много знаете о том, как лечить такие повреждения, Семён. Уже видели подобное?

Я хотел узнать больше о том, что пережил.

— Видел я такое всего однажды, — кивнул целитель и снова приложился к фляжке. — Когда служил в крепости на границе с Саранчой. Один аристократ, имени которого я даже не знал, вошёл в это состояние и в одиночку отбил крепость у Саранчи. Враг тогда смог прорваться и захватить весь двор, а гарнизон засел во внутренних помещениях. Того дворянина вместе с парочкой простолюдинов Саранча зажала в угол. Он несколько часов сдерживал силы Саранчи, пока к нему пытался пробиться гарнизон крепости. Но враг был слишком многочисленен, а подкрепление из соседних крепостей задерживалось. В итоге, когда казалось, что всё кончено и их уже не спасти, произошло нечто…

Он перевел дух, сделал еще глоток и продолжил:

— Я не знаю, как описать это словами, хоть и был прямым свидетелем. Дворянин вдруг обрёл невиданную мощь и в одиночку противостоял целым ордам Саранчи. Его сила была столь велика,