Убежище Ксинори - Хамки

Вкус словно наполнял его, а окружающая реальность застыла. Не в силах пошевелить даже пальцем, боясь «расплескать» разливающееся по телу блаженство, он просто сидел и пытался запомнить хотя бы тысячную долю этих ощущений.

«Ууууууф…»

Мир вокруг начал медленно возвращаться в норму.

«Сколько же я просидел «под кайфом»?.. По ощущениям – не меньше пары часов…»

– Ничего себе! – протянул Макс, когда способность контролировать язык вернулась к нему.

– Как ощущения? – усмехнулся хомяк.

– Невероятные! – воскликнул парень. – Сколько времени прошло?

– Секунды три.

– Что?! Ты шутишь?!

Макс удивлённо уставился на девушек – они выглядели не менее потерянными чем он сам. Только Финна, знакомая с эффектом этого вина, заливалась весёлым смехом.

– Да, эта «сивуха» действует именно так. Несколько часов кайфа у себя в сознании и лёгкое опьянение на несколько секунд в реальности. Но вкусное, согласись?

– Ну… Да… – признал очевидное Макс.

– Макс! – испуганно пролепетала Лика. – Почему тебя два?!

– Что? – встрепенулся он.

– Комната плывёт… – пробормотала девушка, слегка пошатываясь.

– А, точно, умари же очень сильно реагируют на искусственный алкоголь… – покачал головой Хамки.

Лика попыталась встать, но ноги подкосились, и Макс, вскочив, лишь чудом успел подхватить её и не дать растянуться на полу.

– Макс, я не могу стоять… – прошептала она, всем весом вися на парне.

– Топай отсыпаться, алкашня, – закатил глаза Хамки.

– Хоть бы предупредил… – проворчал Макс. – Ладно, я отнесу Лику в её комнату.

– Я тоже пойду, полежу, наверное… – сказала Эйка. Она встала и пусть и неуверенными шагами, но самостоятельно направилась к дверям. Бывшую Обречённую может и развезло, но хотя бы не «срубило на корню».

Макс не без труда поднял Лику на руки – весила она килограмм под сто – и пошёл к выходу из рубки.

Глава 49. Кто прав и кто виноват

Доставив уже сладко спящую Лику в её каюту, Макс отправился к себе и мгновенно отрубился, едва коснувшись кровати, хотя хотел просто потянуться. Видимо, так подействовало иномирное вино, ведь его «день» до этого продлился меньше двух часов.

* * *

Когда он открыл глаза, за «окном» мерцали звёзды, а живот настойчиво напоминал о том, что пора подкрепиться. Парень встал с кровати и привычно потянулся к тарелке с едой. Боковым зрением он успел заметить, что на столе пусто, но когда полностью перевёл взгляд – еда была уже на месте. Меню точь-в-точь повторяло всё, уже опробованное им ранее.

– Они что, на одном этом корме целыми поколениями живут? – удивлённо проворчал он.

– Ну, на, – раздался в голове знакомый смешок, и рядом с уже привычным натюрмортом возникла стеклянная тарелка, на которой лежал длинный шампур с ещё слегка шипящим от жара шашлыком!

– Еда! – округлил глаза Макс.

«Чёрт, неужели я превращаюсь в Хамки?!.. Эх, ещё бы картошечки фри к шашлычку-то…»

Плюс одна тарелка на столе, на этот раз с картошкой фри. Макс аж глаза протёр.

– Хамки, спасибо! – вслух рассмеялся он.

– Всегда пожалуйста, – оказывается, даже мысль может быть «чавкающей», а не только физический голос – видимо, саланганец тоже что-то ел. – Голодные годы закончились, НОРА работает нормально. Я её настроил на твои мысленные частоты в пределах каюты – захочешь поесть – просто подумай о нужном блюде, и она тебе его подаст… Кстати, если хочешь – приходи ко мне, постоим на балконе – тут красиво.

– С удовольствием! – отставив подальше овощи, Макс навернул шашлыка с картошкой фри, запил это стаканом холодного светлого пива (на Салангане ТОЧНО есть сухой закон? Или для гостей можно?) и растянулся на кровати с блаженной улыбкой. Получить своё любимое блюдо в другом конце Вселенной он и мечтать не мог. – Ну, пора и честь знать, пойду, послушаю, что кормилец скажет.

* * *

Макс вышел на балкон, и двери за ним бесшумно закрылись. Хамки уже ждал человека, сидя на широких перилах и глядя на звёзды. Прохладный ночной воздух казался неподвижным, словно они были на веранде, а не высоко над землёй.

– Зачем ты меня позвал?

– Ты ведь хочешь поговорить, я прав? – не оборачиваясь, спросил Хамки.

«Вообще-то прав, но как он догадался…»

– У тебя на лице всё написано, – хмыкнул фиолетовый. – Не ты один можешь эмоции различать… Подозреваю, что ты хотел рассказать мне какой я плохой, и как неправильно живут саланганцы?

«Вот зараза…»

– Ты точно не лазил мне в мозги? – проворчал Макс. – Вообще-то именно такие мысли меня и посетили.

– Макс, мне иногда трудно помнить, что у тебя есть разум, – вздохнул Хамки. – Ты живёшь на планете, где убийства в социуме – в порядке вещей, войны – не прекращаются ни на мгновение, а нехватка денег может стать причиной смерти из-за отсутствия медицинской помощи. И ты хочешь рассказать мне «как правильно»?

– Не передёргивай, – нахмурился Макс, которого собеседник первой же фразой поставил в полностью проигрышное положение. – Но то, что рассказывала про вас Финна – неправильно! Назвали белкой – разнесли планету! Это вообще, как называется?

– Оскорбление, – пожал плечами Хамки. – Вероятнее всего, целью был сам оскорбивший, но ненастроенное саланганское оружие имеет свойство стрелять без ограничений по мощности, вот планету и смело.

– То есть ты согласен с тем парнем, который просто взял и…

– Он – не белка, Макс, – сурово сказал Хамки. – Как и я не хомяк. Мы саланганцы. И будь на моём месте кто-то другой – ты реально испарился бы после первой фразы, которую ты произнёс, появившись на Салангане. Уясни уже! Нет крыс, нет белок, кроликов и хомяков – мы все саланганцы. Если не в курсе, у нас есть четыре подтипа – внешне, повторюсь, внешне, они похожи на тех зверьков, которых я озвучил. Но на этом сходство со зверями заканчивается. Мы – один вид, нам не важно, как выглядит любой из нас. И сравнение с грызунами для нас оскорбление. А, учитывая, что я тебе говорил о нашем отношении к другим видам, оно для нас является веским мотивом для убийства разной степени массовости. Если хочешь знать, то из-за «белочек», «хомячков» и прочих «милых кроликов» погибло множество планет. Потому что настраивать оружие, когда у тебя подгорела задница – как-то не с руки…

– И ты поддерживаешь этот ужас?! – воскликнул Макс. – Я ушам не верю! Хамки, это неправильно! Это несправедливо!

– Макс, ты идиот, – покачал головой фиолетовый. – И как любой идиот, живёшь в выдуманном мире. Нет во Вселенной никакого «правильно»! Не существует никакой справедливости! Сами эти термины вообще не должны существовать, применительно к нашему бытию!

– Что за чушь? Хамки, ты крышей двинулся?!

– Не я, Макс. Ты. Кончай