Пекло. Полярный предел - Сергей Анатольевич Панченко

— Как думаешь, сколько нам еще идти?

— Две недели.

— Много. — Супруга взяла Роберта за руку. — Люди уже строят планы, что будут готовить из рыбы, которую выловят в море.

— Интересно, они её голыми руками собрались ловить? Нам нужны лодки, снасти какие-то. А я вообще не рыбак, понятия не имею, как ее ловить. Вот с водорослями всё гораздо проще, нырнул, нарезал, сварил. В холодец вместо рыбы можно и насекомых наловить, питательно. А помнишь, как мы реально обсуждали с коллегами возможность перехода на белок насекомых? Народ бы ел котлеты, сосиски, колбасы из такого белка, а мы бы, белая кость, продолжали есть нормальное мясо. А жизнь вон как повернулась к нам, уже и сами готовы питаться чем угодно, хоть коровьими лепешками, лишь бы с голоду не умереть. У меня даже в желудке заурчало от мысли о холодце с насекомыми. — Роберт положил руку на урчащий живот.

— Хорошо, что ты это понимаешь и не бьёшься в истерике, спрашивая за что тебе эти мучения. Всё, что мы хотели для других, получили сами. Мы сейчас как в чистилище, отрабатываем карму, чтобы нас пустили в рай.

— Какой рай, к морю бы пустили, уже хорошо. А то там святые угодники оккупировали самые рыбные места и не пускают нас грешных.

— А ты им не сказал, кем работал до катастрофы?

— Соврал, что мы ученые.

— Поверили?

— Один не поверил. По разговорам догадался, что мы бывшие чиновники. Я даже не понимаю, чем моя речь или умение держаться выдают прошлое? — Признался Роберт. — Вроде выгляжу, как последний бродяга, говорить стараюсь, как простые люди.

— Простые так не разговаривают. Внутри нашей общины никогда не научишься говорить, как они. Мы тут вымуштрованные необходимостью сдерживать себя, потому что это залог долгой и счастливой жизни в теплом местечке, а люди привыкли говорить открыто и легко отказываться от маленьких зарплат и сомнительных перспектив карьерного роста.

— Я понял, чуть мне что не понравилось в общении с незнакомцами, надо сразу посылать их на три буквы.

— Не вздумай. — Пригрозила супруга маленьким кулачком, собранным из костлявых пальцев. — Твое умение лавировать и организовывать нам еще пригодится.

— Давай уже спать, а то у меня все мысли на еду перескакивают. — Роберт прижался к тощему ребристому боку супруги. — Господи, хлеб наш насущный дай нам на каждый день… и избави нас… от лукавого. — Он засопел.

С утра подул пронизывающий северный ветер. Родители стали кутать своих детей в зимние лохмотья, а сами накрылись постельным бельем. Здешний климат был намного суровее мягкого подмосковного, ставшего еще мягче после катастрофы. Ярко светило низкое солнце, но тепла не давало. Роберт осмотрел общину перед тем, как выступить.

— М-да, как немцы под Сталинградом. — Оценил он внешний вид соплеменников. — Так не бывает, чтобы всё было хорошо, и погода, и кормовая база.

— А мы почему не спросили, откуда у них шкуры на одежду? — Физрука осенило поздней мыслью. — Нас весь скоро эти тряпки не спасут.

— Оленьи и медвежьи, это же очевидно. — Ответил Роберт.

— Насколько я знаю, в этих краях нет ни тех, ни других. — Явил Физрук несвойственные ему знания. — Не с Новой Земли же они приплыли.

— А может и приплыли, кто их знает. Что тут происходило я не могу представить, даже предполагать не стану. Будем надеяться, что бог не оставит нас и в этом случае. Для чего-то он нас сберег.

— Да, шеф, осталась одна надежда на бога. Ничего предопределенного. — Физрук покачал головой. — Надеюсь, он сейчас нас слышит.

— Ладно, отставить нытьё. Дозорный отряд вперед. — Скомандовал Роберт.

Дождался, когда они скрылись за неровностями рельефа и двинули общину следом. Чтобы не встретится с местными жителями, у которых такое количество чужаков могло вызвать агрессию, шли параллельно морскому побережью, то есть прямо на восток. К полудню солнце начало греть и народ немного пришел в себя. До этого брели молча, нахохлившись как воробьи на морозе. Дозорный отряд дал знак, что впереди есть какая-то опасность. Вымуштрованная учебными тревогами община залегла в складках, чтобы их не было видно со стороны. Один из бойцов отряда вернулся с докладом.

— Роберт Яковлевич там непроходимое место, топи и активная вулканическая деятельность. — Доложил он.

— Это ладно, обойдем. Я решил уже, что мы напоролись на чужую общину.

— Там есть следы, свежие.

— Куда ведут? — Роберт напрягся.

— На юг, вдоль топи. Они как будто тоже обходили ее.

— Значит, и мы пойдем по их следам, но осторожно, чтобы не догнать. Большой отряд?

— Нет, три человека. — Доложил боец.

— Тьфу ты, а я уже напугался. Тогда можно и догнать. Интересно было бы пообщаться с ними. — Роберт встал в полный рост. — Община, подъем, ложная тревога, продолжаем движение.

Чижов, лежавший рядом, зевнул и медленно поднялся.

— Блин, я бы полежал еще пару часиков под теплым солнцем. Меня так пригрело. — Произнес он устало и зевнул еще раз.

— Как доберемся до места, будем валяться сколько душе угодно. — Пообещал Роберт.

— Ага, а кто работать будет? Как говорят психологи, нет прошлого и будущего, надо жить в моменте. А момент сейчас очень подходящий для сна. Здоровый дневной сон, как у меня в кабинете. — С ностальгической тоской в голосе произнес Чижов.

— Твои психологи со своими советами сейчас червей кормят. — Хмыкнул Физрук. — Сразу видно, кто умеет себя заставлять, а кто нет.

— Заставляй, не заставляй, а отдыхать надо. — Чижов облокотился на плечо своей жены. — Эх, когда уже этот исход закончится?

— Когда-нибудь закончится. — Пообещал Роберт. — Давай, вперед, идите внимательно. — Отдал он распоряжение бойцу из дозорного отряда.

За невысоким перевалом открылся вид на черную долину, накрытую туманом испарений. Подобные ей места встречались и ранее. В щели расколовшейся литосферы из недр земли поднималось тепло. Недалеко от поверхности оно нагревало воду под высоким давлением, превращая ее в суперрастворитель. Такая вода напитывалась минералами и пробивалась на поверхность в местах, где это было возможно. Там образовывались поля клокочущих грязевых вулканов и гейзеров. В зависимости от того, какие минералы встречались по пути, таким и получался окрас долины. Встречались синие, зеленые, желтые, рыжие и даже такие черные долины с коническими трубками, из которых выбивался пар. В будущем подобные районы, уже успокоившиеся, могли стать источниками добычи природных ископаемых.

Роберт увидел следы, оставленные самодельной обувью с плоской подошвой, и повел общину по ним. Дозорный отряд не затаптывал их, чтобы глава мог самостоятельно сделать какие-нибудь выводы. Интересно было узнать, зачем эти люди здесь находились. По виду место совершенно