"Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 - Ярослав Яловецкий

– Не хочет он возвращаться! Да ты хоть представляешь, сколько твой отец работает, чтобы каждый месяц присылать тебе деньги на проживание в твоем Сеуле? И что вас всех туда тянет?! – повысила голос женщина, услышав ответ, так как отец, видимо, решил не играть в испорченный телефон и включил громкую связь.

На самом деле он не хотел возвращаться вовсе не потому, что желал остаться в Сеуле. Просто здесь, в городе, таких существ, как то, что сейчас мелькало в воде, почти не было. Возможно, они избегали загазованного воздуха и суеты, а может, просто не любили городской шум. Но там, на семейной ферме, все было иначе. Чон Ук даже боялся выйти из дома – стоило этим тварям заметить, что он их видит, они почти всегда начинали его преследовать и дразнить.

А ещё там, у подножия горы, рядом с которой располагалась их земля, находился камень, от одного вида которого Чон Уку становилось не по себе. Как-то раз, убегая от одного из странных созданий, когда он вышел поздно вечером по просьбе отца на улицу, он увидел там человека, прикованного цепями к камню. Тот лишь молча сидел и смотрел на луну.

– Ладно, пап, я перезвоню, – сказал Чон Ук, снова повернулся к пруду и замер, уставившись в большие круглые, словно рыбьи, глаза, которые почти в упор смотрели на него. В нос ударил отвратительный запах несвежей рыбы.

– Человек, ты меня видишь? – произнесло, побулькивая, создание с утиным носом.

Чон Ук даже не повел бровью, его взгляд устремился куда-то вдаль. Затем он словно что-то вспомнил, поднял телефон и просто уставился в светящийся экран.

– Человек, ты меня видишь? Человек, ты меня видишь? Человек, ты меня видишь? – не унималось существо.

«Ну что ты ко мне пристал-то?!» – Чон Ук чуть ли не рыдал в душе, изо всех сил стараясь не выдать себя. Он еще с детства научился притворяться, что ничего не видит. Иногда это помогало – эти странные существа отставали. А иногда – нет.

Одно из таких созданий даже поселилось в стареньком здании деревенской школы, в которую он ходил. Оно часто пугало его, неожиданно выскакивая из-за угла с криком: «Нашел!» – а затем убегало, будто пытаясь играть с ним в прятки.

Чон Ук каждый раз замирал в ужасе или вскрикивал. Однажды его родители даже отвезли его на обследование, заподозрив что-то неладное. Врачи ничего не нашли, а вот в школе за ним закрепилось прозвище «Припадочный Ук».

– Ты меня видишь-видишь-видишь! – радостно завопило существо с утиным носом, запрыгав вокруг Чон Ука, когда тот невольно отшатнулся, когда клюв щелкнул в паре сантиметров от его лица.

– Давай играть! Давай играть! Давай играть! – продолжало кричать водное создание.

«Жизнь – боль», – простонал в мыслях парень. – «Отстань! Ну прошу! Уйди в свой пруд и играй там с рыбами и лягушками!»

– А ну, брысь! – раздался басистый голос, и рука, вокруг которой были обвиты буддийские четки, с размаху ударила существо.

– Больно, больно, больно! – заверещал утконосый и со всего разбега бросился в пруд, после чего исчез под водой.

– Интересно… ты же его видел? – сказал мужчина, пристально посмотрев Чон Уку в глаза.

Парнишка с недоверием посмотрел на этого человека. Он был одет в черный плащ, одну руку обвивали четки, а во второй он держал старый кожаный портфель. И хотя парень видел его впервые, лицо мужчины почему-то показалось ему знакомым.

– Извините… – Чон Ук не нашел ничего лучше, чем извиниться. Он отвернулся и быстрым шагом направился прочь – от пруда и от этого странного человека.

– Вот же мелкий засранец... Такой же невоспитанный, как и он, – пробурчал человек в черном, когда парень почти скрылся за поворотом дорожки, ведущей к выходу из парка.

«Да что сегодня за день такой? Сначала эта нечисть, а теперь еще и этот странный мужик...» – думал Чон Ук, все ускоряя шаг, пока и вовсе не сорвался на бег.

– Да стой ты! – рявкнул мужчина и со всего размаху швырнул кожаный портфель.

– Да отстааааа… – протянул Чон Ук, когда портфель, словно снаряд, врезался ему прямо между лопаток. Он не удержался и упал.

– Я же говорил тебе стоять, не имеющий почтения к старшим засранец, – ругнулся мужчина в черном, поднимая и отряхивая свой портфель. – Знаешь, ты и правда весь в Сон Вона.

– Вы знаете моего отца? – Чон Ук с трудом поднялся на ноги, скривившись от боли.

– «Вы знаете моего отца?» – передразнил его человек в черном. – Конечно, знаю! Как-никак, он мой младший брат. Только не говори мне, что он тебе обо мне не рассказывал. Хотя, от него можно и не такого ожидать – этот мелкий гад всегда отличался скверным характером.

"И у кого тут еще скверный характер?" – подумал Чон Ук, пытаясь дотянуться до места, куда врезался довольно увесистый портфель.

– Не рассказывал, – покачал головой Чон Ук.

– Вот же… Ну тогда запоминай: я твой дядя, Тэ Гун, – сказал он, будто снимая воображаемую шляпу. – А теперь давай, что принес?

– Держи… – парень уже начал доставать из пакета продолговатый предмет, но вдруг вспомнил. Быстро пошарив по карманам, он протянул измятый конверт. – Отец просил, чтобы вы сначала прочитали это письмо.

– И зачем? Я же с ним пару часов назад разговаривал… – пробормотал Тэ Гун, с недоверием вскрывая конверт. Он достал письмо и начал читать.

– Да делать мне больше нечего… Вот же хитрожопый… – ругался он, косясь на Чон Ука и пробегая глазами строчки. – Да не пойти ли тебе к черту? Это наше общее наследство!

Прочитав письмо, мужчина скомкал его и просто выбросил, а затем протянул руку:

– Ну что, я прочитал. А теперь давай мне этот меч, и я пойду.

И да, предметом, который нужно было передать, был старенький меч, который лежал на шкафу и пылился долгие годы, и Чон Ук просто решил, что отец решил его просто продать.

– Отец сказал отдать его вам только если вы согласитесь с тем, что было в письме, – сказал Чон Ук, дословно выполняя указания отца, и убрал продолговатый предмет, обмотанный тканью, за спину.

– Да как на такое можно согласиться?!