Срыв печатей - Арис Вега

Этого мгновения Владу хватило.

Его пальцы мгновенно сомкнулись на первой из трёх золотых сфер Сфинксов.

ХРУСТ.

Влад с силой раздавил хрупкую скорлупу сферы прямо в окровавленной ладони.

В ту же секунду его охватило густое, светящееся золотое марево.

«Лечилка» Сфинксов сработала мгновенно: рваные раны на спине затянулись, внутреннее кровотечение остановилось. Магический импульс вернул смещённые рёбра на место и убрал угрозу повреждения лёгкого. Но кости ещё оставались сломанными — каждое движение отзывалось в боку глухой адской болью.

Но этого хватило, чтобы вернуть чемпиону силу.

Влад развернулся к набегающему Скале. Его лицо было бледным, но собранным. Он знал: это его последний шанс переломить ход боя. Нужно выдать абсолютно всё.

Левая рука Влада взметнулась вверх. В воздухе прямо перед лицом гиганта с невероятной скоростью расцвели сразу три сложнейшие магические мандалы, наложившиеся одна на другую.

— ЗНАК ТРИЙНОГО ИМПУЛЬСА! — ревели трибуны.

Влад не просто ударил — он выжал из своих каналов последнюю каплю силы. Из центра мандал вырвался концентрированный силовой таран. Скалу, весившего почти двести килограммов вместе со своей магией, отбросило назад. Каменный доспех на его груди дал трещину.

Не давая гиганту прийти в себя, Влад превратился в синеватый вихрь.

Каждый его выпад был хирургически точен. Он больше не бил по корпусу — сабля-копия молниеносными, порхающими уколами разила по суставам, под колени, в сухожилия кистей, в подмышечные впадины — туда, где каменная защита была наиболее тонкой. Синие искры и тающие перья заполнили весь центр арены.

Скала взревел от боли и досады. Подсечённый под правое колено, гигант тяжело и сокрушительно опустился на одно колено, растеряв весь свой надменный вид.

— НЕВЕРОЯТНО! ГРИФОН ВОЗВРАЩАЕТСЯ! НА ГРАНИ ТРИУМФА! — надрывались динамики.

Толпа сошла с ума. Тысячи глоток хором выкрикивали единственный клич:

— ГРИФОН! ГРИФОН! ГРИФОН!

Влад взмыл в воздух над стоящим на коленях титаном. Его коронный прыжок. Прямо в полёте, зависнув в высшей точке, чемпион коротким, почти незаметным жестом сформировал и запустил кинетический Знак Тарана. Силовой импульс сгустком спрессованного воздуха врезался Скале прямо в область груди.

От удара гигант качнулся назад, инстинктивно вскидывая голову. Защитный ошейник сдвинулся, открывая незащищённый участок под подбородком. Этого мгновения было достаточно. Остриё сабли устремилось строго в единственное уязвимое место.

Удар снизу вверх, прямо в основание мозга. Для обычного смертного это означало бы мгновенную смерть. Но физиология Воплощённых давала раненому драгоценные двадцать секунд «золотого окна» — время, за которое сфера или медики успевали запечатать рану до того, как угаснет искра жизни. Для турнира это был идеальный, чистый нокаут… Точная, ослепительная победа… Но только для настоящего Чёрного меча.

Влад видел, что испещрённая трещинами сабля держится на честном слове и не переживёт ещё одного контакта. У него оставался ровно один выпад. Влад вложил в этот финальный удар всю свою душу, всю силу своего астрального Грифона.

А в Пасти Черепахи в эту самую секунду Василиск впервые за весь вечер потерял своё стальное хладнокровие. На ту самую долю секунды, пока Влад летел в прыжке с занесённым клинком, пальцы Илая с такой дикой силой впились в подлокотник кресла, что драгоценные перстни больно надавили на кожу. Его тёмные зрачки мгновенно схлопнулись в узкие вертикальные змеиные щёлки и в них мелькнула лихорадочная вспышка настоящего, животного страха: «Если этот упрямый ублюдок сейчас пробьёт каменную броню… всё кончено. Весь мой план — к чертям!»

Острый кончик под треском и давлением кинетического импульса коснулся кожи. Металл, изнурённый блоком молота, финальными трещинами и колоссальной нагрузкой, не выдержал.

Рассыпался!

ДЗИНЬ!

Истерзанная матовая сабля-копия разлетелась на сотни мелких, безжизненных металлических осколков. В руках Влада осталась лишь бесполезная рукоять.

«Не выдержал…» — пронеслась в голове Влада единственная, короткая мысль. Он знал. Но до последнего надеялся.

И только когда мёртвый металл со звоном рассыпался пылью по арене, Илай с глубоким, тихим выдохом медленно откинулся назад на спинку кресла, разжимая побелевшие пальцы. План выстоял.

Над Гротом повисла короткая, оглушительная тишина.

Главный комментатор Сокола заикнулся в микрофон, растеряв весь свой глянцевый азарт:

— Э-э-э… Невероятно! Клинок Грифона… Магическая сталь не выдержала кинетического резонанса?!

В ту же секунду по тайному закрытому каналу связи сработала автоматическая директива Илая для операторской группы. Дроны «Future & Beyond» мгновенно взмыли вверх и сменили ракурс, уводя операторский кран с крупного плана рукояти и рассыпанных обломков. Экраны показывали клубы каменной пыли, дикий восторг трибун, тяжелый силуэт Скалы — всё что угодно, но ни одного чёткого кадра с фальшивой сталью. Для зрителей у экранов это выглядело безупречной трагедией: легендарный меч просто не выдержал колоссального напряжения боя.

Скала медленно поднял тяжелую голову. На его бледном, базальтовом лице не было ни злорадства, ни издевательства. Лишь суровое, профессиональное уважение воина к воину — и четкое понимание приказа Илая.

У него была возможность отключить Влада одним сокрушительным ударом молота в висок. Один удар — и Влад в отключке, бой остановлен, нокаут. Но Скала намеренно не бил в голову. Потеря сознания завершила бы поединок слишком быстро. А Илай заказывал не скорую победу — он заказывал публичный, затяжной урок.

— Прости… — тихо, практически беззвучно произнёс Скала.

И наотмашь выбросил тяжелейшую каменную ладонь.

Гигант сбил Влада прямо в воздухе и с размаху грохнул его о монолит арены. Земля содрогнулась.

Скала наступил тяжелой босой стопой, напитанной магией базальта, прямо на левое запястье Влада.

ХРУСТ.

Кости сложились под чудовищным весом. Влад заскрипел зубами, но не издал ни звука.

Следующим движением тяжелый гранитный обух молота обрушился на правое колено Влада.

СТРАШНЫЙ ХРУСТ — сустав сложился, чашечка треснула.

Скала остановился, видя, как Влад, хрипя от адской боли, пытается отползти по сухой пыли, гребя одной целой правой рукой и оставляя за собой широкий кровавый след.

Правая рука цела. Влад в сознании. А значит, формально по жесткому регламенту