Ворошиловский стрелок. Книга 1 - Дмитрий Найденов

одежду, даже палатки кто-то притащил, правда, для обмена, но и на это она пошла, понимая, что в лесу они будут очень нужны. Нашли зерно, муку, немного консервов и картошки, правда, прошлогодней, но вполне съедобной. Семь десятков ополченцев, будут обеспечены продуктами на месяц точно, с её слов. Но в целом она молодец, с чем я её и похвалил, но долго общаться нам не дали, подошла основная часть 205-й дивизии и меня позвали в штаб, но перед этим я успел заполнить боевой журнал, пусть и впопыхах, но понимал, что он может сыграть решающую роль в предстоящем разговоре.

— Товарищ Станкевич, вас просят пройти в штаб дивизии, — сказал подошедший сержант Рытнев, и я не стал задерживаться, только захватил с собой боевой журнал.

— Товарищ майор, привёл командира ополчения, — произнёс Рытнев, когда мы вошли в большую палатку, которую успели собрать за пол часа на окраине леса, прикрыв маскировочными сетями.

— Алексеев Михаил Иванович, майор, командир 226 мотострелкового полка и сводной группы других частей 205-й дивизии, представьтесь, — произнёс немолодой майор, с усталым лицом и пронзительным, но твёрдым взглядом.

— Командир добровольно отряда народного ополчения имени Ворошилов.

— Рассказывайте всё про свой отряд и про трофеи, — приказал майор, строго смотря на меня.

— Вот, боевой журнал, с первых дней формирования отряда, где отмечены все значимые события боевых столкновений с немецкими захватчиками. Отряд сформирован 24 июня 1941 года в районе железнодорожного переезда в районе деревни Людбищены в составе двух комсомольцев и одного добровольца, с этого момент аи начался боевой путь отряда, и он лучше любых слов, расскажет о нём, — ответил я коротко, протягивая журнал майору.

— Ну, что же, давай посмотрим, что вы там навоевали, а то про ваш отряд какие-то небылицы рассказывают, — произнёс майор и, положив его на стол, наклонился, читая, так и не присев.

Чем дальше он читал, тем больше менялась его поза и выражение лица, а в какой-то момент он поднял на меня взгляд и спросил

— Это, те два обгоревших остова лёгких танка, что на углу деревни стоят?

— Да, повезло, подъехали вплотную, явно рассчитывали быстро разобраться с нашей группой на двух мотоциклах, а угодили в засаду. Одна печаль, времени взломать крышки люков, у нас не было, пришлось спалить их, облив бензином, до сих пор жаба душит, так бы могли на них прямо в деревню въехать и навести там шороху, да не судьба видно, да и танком, честно признаться, ни разу не управлял, — тяжело вздохнув, ответил я, а видя, что майор, да и другие продолжают смотреть на меня не веря, добавил, — Да сами посмотрите, там отверстия от бронебойных патронов, как раз на месте водителя и стрелка, и винтовка имеется, могу доказать, что броня с 50 метров пробивается только так.

— Товарищ майор, я сам проверял, всё правда, да и убедился, как он стреляет. Когда он подбил лёгкий танк на дистанции, сбив ему гусеницу, — вмешался сержант, а майор, чему-то кивнув, принялся читать дальше.

— И кто вас научил фугасы делать, товарищ Станкевич? — задал следующий вопрос, явно добравшись до подрыва танка.

— Признаюсь честно и не помню, может, кто и показывал, может сам додумался, у меня после тяжёлой контузии всё и началось, что в руки не возьму, как родное, и как стрелять чуйка подсказывает и куда бить в танк, чтобы сразу в водителя попасть. Жаль, потом голова раскалывается, если на большие дистанции бить приходиться, там ведь столько факторов учитывать, в баллистике надо, что уму непостижимо, — ответил я, а майор, ухмыльнувшись, продолжил чтение.

Закончив, он аккуратно закрыл журнал, подержал его в руке и потом протянул мне.

— Достойный боевой журнал, могу сказать, что не каждый полк может похвастаться такими результатами и уж тем более, трофеями. Вот только что мне с вами делать?

— А с нами ничего не надо делать, не мешайте и всё на этом. Хотя если дадите в помощь пару толковых командиров, было бы неплохо, но командование отрядом не оставлю, пока не будет на то серьёзной причины, есть у меня хороший план, как осложнить жизнь немцам и заставить их держать здесь крупные силы.

— И какие это планы, не поделитесь с нами? — спросил майор, уже несмотря на меня как на пустое место.

— Устраивать диверсии, нападать на небольшие колонны снабжения, устраивать минные засады, подрывать переправы, мешая наладить нормальную логистику и много другого, — ответил я, уверенно глядя в глаза майору, который сейчас явно решал мою судьбу и судьбу отряда.

— Сколько тебе лет?

— Шестнадцать полных, но это не имеет никакого значения, Гайдар в моём возрасте полком командовал. Да, время тогда было другое, и я не полком командую, а отрядом добровольцев, так что справлюсь, — ответил, глядя в глаза майору.

— И вот что с тобой делать, в армию не призовёшь, отпустить как есть, так дров наломаете, дать тебе в помощь командира, да у меня все на счету.

— А дайте пограничника, сержанта Пащенко, по вашему войсковому статусу он равен младшему лейтенанту, тем более из структур, в лояльности которых сомневаться не приходится, а погранотряд его почти полностью уничтожен. Как раз по его профилю, найти тропу, ориентироваться в лесу, вычислить диверсанта, именно то, что мне в отряде остро необходимо. Вот и будет курировать нас со стороны военных ведомств и со стороны НЕВД, чем не кандидатура.

Сразу майор не ответил, а подумав, сказал,

— Интересное предложение, есть в этом что-то, а сам он не против?

— Не могу сказать, даже не думал до этого момента об этом, надо разговаривать с ним напрямую.

— Рытнёв, приведи сержанта, для разговора и немедля, — приказал майор, и посмотрев ещё раз на меня, спросил, — Сколько бойцов в отряде и какое вооружение.

— По штату семьдесят человек, не считая меня, моего заместителя, фельдшера и медсестры, гражданских не брал принципиально, но в будущем от этого никуда не деться, -ответил я.

— Это, ещё