Обходной путь - Илья Ангел

— пояснила Ольга и, подвинув Ванду, вышла вперёд. — Диана, — прочитав бейдж на груди сотрудницы «Элизиума», она обратилась к ней. — Эта девушка маг, я беременна от мага, а остальные, — она обернулась и посмотрела поочерёдно на молчавшую Алину, которую до сих пор мутило после «Колеса обозрения», решившего сломаться в тот самый момент, когда они достигли высшей точки, и Лену, с детским восторгом присоединяющуюся ко всем нелепым развлечениям, которые Ольга придумывала. — Остальные замужем за магами.

— Я поняла, оставайтесь здесь, — вновь широко улыбнулась Диана и вошла в ту самую железную дверь, закрыв её перед девушками.

— Вообще нисколько не подозрительно, — протянула Лена, приложив палец к губам. — Ты так и не сказала, зачем им эта информация?

— Чтобы защитить источник мага и ребёнка мага, — Ольга посмотрела на Лену, словно не могла понять, почему подруги так долго соображают.

— Мы не беременны, в отличие от тебя, — возмутилась Алина, делая глубокий вдох и сразу же пожалела об этом, потому что затхлый воздух попал в лёгкие и её начало тошнить ещё больше.

Она с рождения боялась высоты и никогда никому в этом не признавалась. Наверное, зря. И теперь её мучили не только комплексы по поводу этой довольно распространённой на самом деле фобии, но и жуткое головокружение на фоне мощной панической атаки.

— Никогда не стоит быть такими категорично уверенными! — Ольга подняла указательный палец. — Особенно в подобных делах.

— Извините за ожидание, — к ним вернулась Диана и протянула четыре простеньких медальона на обычной серой верёвке. — Наденьте и не снимайте до конца вечера. Потом на выходе отдадите мне. Приятного вечера. Надеюсь, наше шоу для самых дерзких и смелых женщин оставит у вас незабываемые впечатления, — подождав, когда гостьи наденут артефакты, она распахнула перед ними двери и широким жестом пригласила войти.

Ольга зашла первая и сразу же направилась к столику, расположенному недалеко от сцены. Сама сцена была расположена в центре огромного зала и была ярко освещена софитами. Столики же напротив, стояли в тени, и было довольно сложно разглядеть сидевших за ними гостей.

— Вы же знаете, что мошенники обладают внутренним чутьём, — проговорила Алина, посторонившись немного в сторону, чтобы пропустить группку вульгарно одетых женщин, спешащих занять столик, потому что свободных мест оставалось всё меньше и меньше. — И это чутьё мне подсказывает, что ничем хорошим этот вечер не закончится.

— Да ладно вам, подумаешь, довольно странный клуб с каким-то не совсем правильным шоу. Расслабьтесь уже, — улыбнулась Лена и решительно выдвинула стул, садясь рядом с Ольгой.

— Тоже верно, чего зря паниковать раньше времени? — кивнула Ванда и села напротив Орловой, сразу же беря в руки лежавшее меню. — Интересно, чем здесь кормят? — задала она риторический вопрос, вчитываясь в непривычные и непонятные названия.

— Я бы не рисковала здесь есть, — немного рассеянно проговорила Ольга. — Это место довольно специфично, и еда здесь, хм, экзотичная, не для всех подходит.

— Что может случиться от обычного салата? — отмахнулась от предупреждения Ванда, не евшая с самого утра, если считать за еду тот перекус в буфете суда, откуда её забрал Артур.

— Я тебя предупреждала, — фыркнула Ольга. — Мне апельсиновый сок со льдом, — сделала она заказ подбежавшему к ним пареньку.

— Бокал красного вина полусладкого, самого лучшего из того, что у вас есть, и вот этот салатик, — Ванда ткнула пальцем в непроизносимое название.

— Отличный выбор, — одобрительно закивал официант. — «Лаззат» сегодня особенно удался, а баклажаны в составе просто манифик, — и он закатил глаза, изображая восторг.

— Мне бы выпить тоже не помешало, — произнесла Алина. — Эта встреча с Клещёвым все силы из меня вытянула. Вот же дотошный, себялюбивый придурок, — поморщилась она. — Давайте мне тоже, что и ей, — она указала рукой на Ванду.

— Девочки, — Ольга с обидой посмотрела на официанта, ловко расставляющего на столе заказанное. — Вы же не оставите меня одну наедине с этим соком? Мне же нельзя пить что-то крепче этой оранжевой гадости, — поморщилась она, сделав глоток из стакана.

— Ну нам-то можно, — ответила Ванда и вновь сбросила вызов зазвонившего телефона. — Ладно, ты права, — улыбнулась она и отодвинула от себя уже принесённый ей бокал с вином. — Сегодня твой день и твои правила. Но бокальчик пускай здесь постоит, вдруг пригодится.

— Кто тебе весь вечер звонит? — наклонилась к Ванде Лена и выхватила вновь зазвонивший телефон у подруги из рук. По столу прошла лёгкая вибрация, и в голове у девушек появился лёгкий шум, а по телу начала распространяться несвойственная лёгкость.

— Отдай, — попыталась дотянуться до телефона Вишневецкая и едва не упала с накренившегося стула.

— Артур? Хм, а почему ты так сильно не хочешь ответить? — прочитав высветившееся имя, спросила Лена у нахмурившейся и явно раздосадованной Ванды.

— Потому что я с ним рассталась. Я поняла, что у нас нет общего будущего, и решила бросить эти токсичные отношения до того, как они затянутся и расставание станет болезненным, — выкрикнула Ванда и выхватила свой телефон у задумавшейся Лены, сразу же отключив его.

— И ты сообщила это ему прямо в лоб, например, обычным сообщением? — хихикнула Алина. — А что так? Твои мечты о нормальном парне разлетелись в дребезги, когда на тебя тараном наехал твой бывший, которого ты тоже бросила практически по переписке?

— Не в этом дело, — пробурчала Ванда, притягивая к себе тарелку с салатом, выглядевшим довольно аппетитно, и начиная ковыряться в нём вилкой. — Артур замечательный человек, просто я совершенно ничего к нему не чувствую. Совсем. Когда я сегодня столкнулась с Гараниным, я испытала бурю эмоций от облегчения, что с ним всё хорошо, до такого гнева, что я даже не знаю, что именно спасло его от смерти. Скорее всего, то, что под рукой не было ничего тяжёлого, и осознание, что этого козла всё равно вернут.

— Да, прав был Дима, когда говорил, что у тебя ничего с нормальным парнем не получится, — протянула Лена. Они с Наумовым не так давно как раз обсуждали эту тему, и она тогда пыталась доказать, что Ванда вполне способна на обычные отношения. Но Дима оказался прав, впрочем, как всегда. — А как