Фантастика 2026-83 - Алекса Франс

class="p1">Медленно и путано крестьянин начал нескладно врать. О Кургане, Заряне и Дарене. Он часто и обильно потел понимая, что воительница не верит не единому его слову. Наконец он выдохся и замолчал. В комнате густо пахло потом и смертью. Глядя в весёлые глаза воительницы, мужчина отчётливо увидел холм сырой земли на ближнем погосте.

– Так где, ты говоришь, сейчас мой воспитанник?

— Нууу….ээээ….ушёл …он

— А куда?

— Ммм…нууу…в лес куда то…

– В лес, значит? – Сирина улыбнулась ещё шире. — Ну кто бы мог подумать!

– Госпожа, – староста поник головой. — Прости нас, госпожа!

— За что? — удивилась Сирина. — Нет!

Она резко взмахнула рукой, не давая старосте открыть рот.

– Дай-ка я сама догадаюсь, о чём это ты… — она задумчиво почесала испачканный в грязи подбородок. -- Может, потому, что вы, остолопы деревенские, курган раскопали и зло оттуда древнее выпустили? Да нет, это же пустяки, о чём тут можно беспокоиться?

– Я не…

– Заткнись! – рявкнула она. – Ещё одно слово и я глаза твои поганые вырежу!

Староста громко и протяжно пукнул. Наряду с потом в комнате запахло отнюдь не ромашками.

– А может, потому, что я воспитанника своего здесь ненадолго оставила? Просила, чтобы вы дали ему кров, еду и женскую ласку? – Сирина улыбнулась ещё шире и подмигнула старосте.

Крестьянин почувствовал, как под ним расплывается пятно мерзкой жижи. В комнате теперь воняло так, хоть топор вешай. Воительница же казалось этого не замечала.

– Вы не платите дани князю. Мы не выдаем крестьян его людям. С Лесу выдачи нет! Слышал про такое? Кивни, если ещё понимаешь, о чём я!

Староста истово закивал.

– Пару раз в год мне да Ярхе вы приносите мёд, муку, одежду, да кое-какой скарб железный. Иногда лесная хозяйка берёт кого-то из детей малых. С вашей деревни за последние девять лет всего двоих взяла. Это что, МНОГО? Может, у князя в услужении вам лучше было?! ОТВЕЧАЙ, сволочь!

– Нет… – прошептал староста,– нет…

– Тогда за каким хреном вы курган раскопали?!

Крестьянин промолчал и отвел глаза.

– На меня смотри! Слушай и запоминай! Первое – мой воспитанник попал в беду. Если с ним случилось что-то плохое…он ранен или убит, то я вернусь сюда, выволоку тебя на улицу, отрублю руки и ноги, прижгу раны, да так и оставлю. Второе – если ещё раз кто-то из твоей деревни потревожит какой-нибудь курган, то я приду к вам вместе с волками. Знаешь, как они до мяса бывают охочи? Особенно до мякенького детского?

Староста почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота. С невероятным усилием он сглотнул. Вроде бы отступило….

– Запомни мои слова! – Сирина стукнула ладонью по столу с такой силой, что тот треснул. Затем резко встала, шагнула к выходу и скрылась во тьме.

К Огненной купели она прилетела, когда на небе уже начали гаснуть звезды. Над поляной висели густые клубы светящейся бледно-жёлтой пыли и с высоты нельзя было разобрать, что там творится внизу.

Спикировав вниз, Сирина приземлилась на краю поляны и обернулась воительницей. Дыры в земле, из которой били языки пламени, больше не было. Поляна же выглядела так, как будто великан со всей своей дурной силы ткнул огромным кулаком прямо в её середину.

– Дарен! – позвала она

Нет ответа.

Воительница прошла через поляну, прикрывая ладонью глаза от наседающей со всех сторон пыли.

– Кхе, кхе, пфф…тьфу, – прокашлялась она. – Дар…

Сирина увидела его. Прислонившись спиной к дереву, её воспитанник мирно спал. Абсолютно голым.

« – А он возмужал, – подумала Сирина и тряхнула головой, в которую полезли совсем неподобающие мысли»

Отварчик Ярхи не только боль убирал и сил прибавлял. Воительница чувствовала на своём лице словно приклеенную улыбку и ничего с собой не могла поделать! Да ещё вот мысли всякие странные…

Она наклонилась над Дареном и потрогала лоб. Не горячий. Видимых ран на теле тоже нет. Хорошо. Сирина не стала его будить. Непростой это был сон, ох, не простой! Воительница посмотрела на стремительно светлеющее небо.

– До Утёса я его не успею донести, – пробормотала она. – Никак.

Она шагнула под сень дубов. Воительница вспомнила, что пролетая над лесом, она заприметила одиноко бредущего лося. Вот он то сейчас и пригодится!

– Хочешь чего-то большого и светлого? Вымой лося! – прошептала Сирина шутку, ставшую старой ещё за сотни лет до её рождения.

Лесного великана она отыскала довольно быстро. Ещё не сбросивший рога матёрый самец с буровато-чёрной шерстью, высоконогий, с мощной грудной клеткой и плечами казался несколько неуклюжим на вид. Сирина знала, что подобное впечатление обманчиво. Сохатый может двигаться очень быстро, а здоровой самец вполне способен убежать от волчьей стаи. Да и копытом может приложить так, что мало не покажется!

Сирина заметила на боку зверя белую полоску шерсти. Там, видно, шрам недавний был. Похоже, ей встретился один из немногих лосей, выживших в битве Лесов.

Сохатый меланхолично что-то жевал и косился на воительницу одним глазом. Убежать даже не пытался. Похоже, зверь почуял настрой Сирины и понимал, что если дёрнется, то это закончится плохо. Возможно, даже смертельно.

Она медленно развела руки в стороны, показывая, что угрозы нет.

– От имени лесной хозяйки, прошу, помоги!

Лось жевал.

– Я не желаю тебе зла. Идём со мной.

Лось продолжал жевать.

– По-хорошему прошу, – голос Сирины зазвенел. – Пока ещё по-хорошему.

Сохатый поперхнулся и чихнул. Воительница в первый раз в жизни увидела, как чихает лось. Это оказалось довольно…необычным зрелищем. Зверь медленно повернул голову и печально посмотрел ей в глаза.

– Ой, да ладно тебе, – Сирина махнула рукой. – Дело-то пустяковое. Иди за мной.

Она развернулась и углубилась в лес. Спустя пару мгновений воительница услышала за спиной шорох. Лесной великан следовал за ней.

Выйдя на поляну, она склонилась над Дареном. Его поза не изменилась, а сон был по-прежнему глубок. Ставший рядом лось фыркнул. Ему не нравился запах пота и крови, исходивший от Сирины.

– Самой противно, – буркнула воительница. Она скинула с плеч остатки полушубка и осталась в одних лохмотьях, которые когда-то были нижней рубахой. Сорвала и их.

Если бы сейчас мимо проходил кто-нибудь из крестьян, охотников или дивьев, то он наверняка бы замер, пуская слюни и глядя на её идеальные формы и тонкую талию. Но в эту чащобу