"Фантастика 2025-140". Компиляция. Книги 1-30 - Алекса Корр

Девушка окончательно стушевалась и разогрелась от волнения так, что вспомнила о существовании у нее веера и принялась обмахиваться, чтобы остыть и не пропотеть драгоценное платье. Ей было ужасно стыдно за все то, что она наговорила, но увы, вернуться в прошлое и промолчать там она уже не могла.

«Начинать серьезное дело с позора — как это типично для меня», — сокрушенно подумала она.

«Зато, считай, отстрелялась, — хмыкнул ее незримый собеседник. — Хуже уже не будет. И вообще, должен ведь твой муж знать, что ты псих, верно? Хорошо, что мы ему рассказали. А то неизвестно, что он там думал по твоему поводу».

Марина подумала и признала, что в этом есть доля истины.

Однако, пауза в разговоре затянулась.

— Простите, Ксавьер, — решила Марина первой заполнить неловкую пустоту. — Вы, наверное, должны были жениться на ком-нибудь более…

Она замялась, не зная, как описать психически здоровую даму, привычную и к шелкам, и к драгоценностям, и к светским раутам.

— … более родовитом? — закончил за нее Ксавьер.

— И богатом, — добавила Марина.

— Да, должен был, — подтвердил мужчина. — Но так даже лучше.

— П-почему? — растерялась Марина.

— Вы, по крайней мере, красивая, — сказал он.

В салоне повисла тишина. Марина ожидала чего угодно, но не такого ответа. Красива? Она?

— Не шутите так, — смущенно попросила она, догадываясь, что Ксавьер просто хотел ее подбодрить. — Мне неловко. То есть, я понимаю, что Вы хотели меня поддержать. Но я в этом, право слово, не нуждаюсь.

— Вижу, Вы мне не верите, — сказал Ксавьер. — Однако Вы объективно красивее всех тех породистых девиц, которых прочили мне в жены пять лет назад.

Он слегка хмыкнул и подался вперед — видимо, чтобы она лучше видела его лицо и поверила в искренность слов:

— К Вашему сведению, принцессы прекрасны только на портретах. В жизни дух захватывает вовсе не от их красоты, а от поразительного сочетания уродства и тупости. Поверьте, по обоим показателям Вы дадите им фору. Стоило лишиться наследия только ради того, чтобы жениться по собственному выбору, а не из-за общественного давления.

Марине нечего было ответить на подобную откровенность. Но ей вдруг стало очень хорошо от осознания, что Ксавьер не сделал ей одолжение, женившись.

«Да, ты у нас одна такая уникальная, кто радуется, что мотивы сделанного для тебя доброго дела были эгоистичными», — фыркнул внутренний голос.

«Отвали! — отмахнулась она. — Меня только что красивой назвали».

«Ага. В сравнении с уродинами», — тут же подколол ее внутренний голос, но без особенной язвительности: он тоже был вполне доволен мотивами Ксавьера, но на свой лад.

— Но все же, зная Вас, я предполагаю, что моя внешность была не единственным доводом для заключения брака, — смущенно сказала Марина.

— Разумеется, — кивнул Ксавьер. — На самом деле объективных доводов за и против было примерно поровну. Мое мнение о Вашей внешности субъективно, но оно качнуло чашу весов в сторону согласия.

«Марина, молчи! — предупредил ее внутренний голос, поняв, что она сейчас спросит. — Давай просто запомним, что мы для него красивые, и оставим эту тему».

Но она все же спросила:

— И что это были за доводы? Вы не подумайте дурного, я не сомневаюсь во взвешенности Ваших решений. Просто не вижу никакой выгоды для Вас. Ну, кроме смехотворного «приданого».

— Если подбирать точное слово, то таким словом будет «перспективы», — подумав, сказал Ксавьер. — Вы имеете свойство постоянно улучшать все вокруг себя, даже когда в этом нет никакого смысла. Мне… этого не хватало. Не хватало рядом человека, который куда-то движется, а не просто плывет по течению.

«День откровений, — присвистнул внутренний голос. — Во его сегодня прет. Я в шоке. А эмоциональный фон чувствуешь? Ксавьера сегодня неслабо штормит. По-любому, оценил твое белье!»

«А ничего, что он едет в самое логово аристократов, пребывая в весьма дурном статусе? — возмущенно напомнила Марина. — Другой бы на его месте грыз бы ногти от волнения, а Ксавьер всего лишь разговорился».

«Ты, давай, не отвлекайся на споры со мной, — одернул ее внутренний голос. — Пользуйся, пока Ксавьер добрый: тяни информацию из этого тихушника».

Марина информацию тянуть не собиралась, но с тем, что пауза слишком затянулась, была согласна. Поэтому добавила, просто чтобы поддержать разговор:

— Не уверена, что от меня есть какая-то польза, начиная с приезда в Крамарин: я слишком неопытна для общения с высшим светом. Вечер у Гарденов нам это продемонстрировал: ни одна моя мысль или идея не нашла отклика в душе тех, кому я их высказывала.

Марина неловко улыбнулась.

— Это естественно, — кивнул Ксавьер. — Потому что Вы говорили. А надо было слушать.

— Хм, — Марина чуть нахмурилась.

— Люди, что постоянно посещают подобные мероприятия, обычно молчат, — пояснил Ксавьер. — Много болтают лишь новички — молодежь или те, кого только-только допустили в свет. Оказавшись на подобном мероприятии, они торопятся высказать все, что вертится на языке. Опытные закулисные игроки для того и приглашают таких людей, чтобы быть в курсе всех событий.

Марина зарделась. Она вдруг осознала, как глупо выглядела на вечере Гарденов со своими пафосными речами и эмоциональными беседами. И осознала также, что Тельпе там оказался тоже не случайно: похоже старик Гарден специально пригласил их с проректором в одно время, чтобы они «сцепились языками» и выболтали чуть больше, чем могли бы в обычных условиях.

— Боже, какая я дура, — не выдержав, вслух сказала она.

— Все приходит с опытом, — заверил ее Ксавьер. — Сегодня просто постарайтесь молчать и наблюдать. Такое поведение сделает Вас светской львицей куда быстрее, чем богатый наряд или красивые речи.

— Я не хочу быть светской львицей! — торопливо открестилась Марина от этой чести.

— И все же вы ею станете, — возразил Ксавьер.

— Почему? — удивилась Марина.

— Светская львица — это не просто красавица, которая знает все сплетни города, — пояснил Ксавьер. — Это женщина, что умеет мыслить. Объективно оценивать ситуацию. Не поступаться принципами, но и не быть упрямой, когда эти принципы оказываются ложными. Женщина, что оценивает не отдельных людей, а общность, и видит роли, которые играют окружающие. Разве это не то же самое, чем Вы занимаетесь в классе?

Марина задумалась. Смутно, но она все