Стеллар - Роман Прокофьев

и ощутив пылающую, реактивную мощь ее пси-ауры. Обе женщины выплескивали А-способности в сторону горящего, окутанного густым облаком дыма обрыва, где кишели скрежещущие Ши. Мертвых химер там явно уже было больше, чем живых, но их все равно оставалось достаточно, чтобы покончить со всеми нами.

— Грэй! Отступаем в Башню! — крикнул Кастор, — Здесь мы их не удержим!

— А что потом? Там они нас сожрут!

— Будем держаться до последнего и ждать подхода Бина Ши! — ответил Знаменосец, — Других вариантов я не вижу, астра фатида!

И он и я знали, что это очень плохой сценарий. Связи с Софией не было, когда придет Рой и придет ли он вообще — большой вопрос. Дозорная Башня — экстрамерный аванпост, а не крепость вроде Кратера, мы не сможем удерживать ее бесконечно. Мое пси-поле транслировало, что и Кастор, и все остальные прекрасно понимают, в какой заднице мы оказались. Первый Легион проигрывал сражение, он отступал! Несмотря на ауру Знамени, некоторые Инкарнаторы источали отчаяние и страх, в других закипел темный, безумный кипяток мортидо, решимость третьих дрожала, рассыпалась, сменяясь растерянностью. Но во многих еще лучилась странная экзистенциальная надежда — и обращена она была на источник ослепительного света на потерянном рубеже.

Они смотрели на меня. И ждали чуда.

Ну что ж…

— Есть еще один вариант, Кастор!

— Прорыв? Если выбора не останется, Грэй… сделай то же, что в Ургенте. Лучше так, чем быть сожранными Тьмой!

Я отрицательно покачал головой.

— Нет! Мы еще не проиграли битву! Эффектор. Он там, я его чую. Мы должны его уничтожить!

Кастор взглянул на джаггернаут, нависающий уже в нескольких милях. Неумолимая живая гора медленно ползла к нам, периодически выпуская из своего чрева свежие подкрепления. Эффектор уже не скрывался, от его ментальной мощи сбоили вокс-каналы и дрожал системный интерфейс. Могучая Тварь, но мое пси-поле и аура Знамени пока смягчали враждебное воздействие.

— Нам туда уже не пробиться, — ответил он.

— Вам — да, но я могу попробовать. Как тогда, в Городе, с «Титаном», помнишь?

— Протаранить его? У джаггернаута шкура покрепче. Когитор говорит, что шансов нет, — ответил Кастор, — Вероятность… отрицательная.

— Грэй уже много раз доказывал обратное, Кастор! — внезапно вмешалась Арахна, — Астра фатида, пусть вероятности катятся в Разлом!

— Пусть, — согласился Кастор, — Делай, что должно, Грэй! Мы прикроем здесь. Айве!

Я взмыл вверх, видя, как за мной двумя крыльями собираются уцелевшие вингеры. Мало их осталось — меньше половины, да и не нужно было столько, все равно численное преимущество на стороне ксеносов.

Я отослал «Бореи» и «Гермесы» в распоряжение Кастора — прикрывать отступление, вытаскивать уцелевших, а сам заложил длинный вираж, заходя в зону Разлома и падая за его рваный край. Со стороны могло показаться, что я сбегаю, отдаляясь от поля битвы, но все было наоборот.

Многим, наверное, посчитали бы мою идею глупым самоубийством. Но только не мне! Я, Грэй, реинкарнация Прометея, привел Первый Легион сюда, и они пошли за мной, зная, что идут на верную смерть. Я не мог позволить им погибнуть, даже если шансов не оставалось.

Атаковать джаггернаут имело смысл с фланга — он уже был на перешейке, приблизился в узком месте к краю каньона. Огромная, отвратительно кишащая полусфера казалась ползущим муравейником, бронированным, как сто тысяч «Титанов». В А-диапазоне был прекрасно виден кошмарный клубок щупалец, сплетающихся и расплетающихся, образующий некий сложный узор, призрачная проекция которого простиралась далеко за пределы самого джаггернаута. Я не сомневался, что вижу азур-активность эффектора. Любой Заклинатель, даже я, на таком фоне показался бы сущим ребенком.

Нырнув в Разлом, я резко ушел в пикирование, снизу облетая массивную скальную полку, на котором возвышалась Дозорная Башня. Это требовало времени, но позволяло максимально близко и, как я надеялся, неожиданно выскочить возле самого врага. По черному, пронизанному азур-жилами камню скользили стенолазы, используя такой же маневр, чтобы забраться нам в тыл, но это уже не имело значения.

Мико, сними аварийную защиту с азур-накопителя Доспеха. Придется использовать его по полной…

Мико: Ты уверен, Грэй? Такое применение надолго выведет из строя «Аватар» и может даже полностью разрушить Доспех!

Я был уверен. Отдав необходимые инструкции нейросети, активировал амплификатор, сделал разворот — и помчался вверх, вертикальной свечкой, набирая максимальную скорость. Требовалось действовать быстро и филигранно, используя все возможные А-способности. Нейросеть вывела последовательность применения и молитвенно сложила ладошки, волнуясь гораздо больше меня.

А мне… мне вообще не было страшно. Атакуя Бродяг под Энджело, ныряя в пасть Сциллы, тараня мятежный «Титан» или пробиваясь в гнездо Прайма я ощущал одно и тоже — адреналиновую дрожь и злую готовность драться насмерть. Не только за себя — за всех тех, кто стоял за мной.

Я всегда знал что такое любовь, ненависть, счастье. Знал цену человеческой жизни. И знал, что намного ценнее ее.

А вот этим Тварям этого никогда не узнать. Даже все проценты вероятностей, дерьмо Ангела, будут на их стороне!

Я на огромной скорости выскочил из Разлома, как пробка из бутылки с праздничной шипучкой. Корректируя траекторию в полете, ринулся в сторону куполообразного живого монстра. Уже не в одиночестве, заранее выпустив добрый десяток «Азур-Двойников», атаковавших джаггернаут по разным направлениям. Эффектор вряд ли получится обмануть этим трюком, а вот самостоятельные боевые единицы вроде ведьм или крикунов, кишащих на шкуре джаггернаута — вполне!

Успел бросить последний взгляд на поле битвы: большая часть Инков уже находилась возле Башни, узкой цепочкой втягивалась в экстрамерность. Кастор и его отряд медленно откатывались назад, сдерживая Моро Ши, еще несколько групп делали то же самое возле Разлома. Джаггернаут заполз на перешеек, по нему в упор работали защитные системы аванпоста и мощнейшие А-способности Первого Легиона, но гигантские азур-молнии и огненные разрывы не причиняли никакого вреда противнику, лишь высвечивая окружающую его непроницаемую азурическую защиту.

Противодействие эффектора пошло сразу. Мощнейшее, на нескольких уровнях! Я блокировал холодные парализующие пси-щупальца «Драконьей Волей», превратившись в единый заряд надситуативной решимости, закрутился «Протуберанцем», отражая зенитный огонь Бина Ши.

Эффектор пытался использовать нечто вроде психокинетики, чрезвычайно мощной, но мои собственные «Азур-Манипуляции» позволили предугадать удар, избегнуть смыкающегося захвата, активировав «Азурический Контур». Золотой Геном Руха подействовал как нужно — я мгновенно преодолел большую часть расстояния между нами, атакуя подобно молниеносному пернатому хищнику.

Джаггернаут вырос, заняв все доступное пространство. Он состоял из тысяч сомкнутых единым панцирем высших химер, этакий многослойный кокон, покрытый морем кишащей мелочи. Я разглядел их во всех подробностях в последний миг, активируя все, что можно для усиления. Наверное, засиял перед ударом, как солнечная пуля, входящая в плоть