Такидзиро - Семён Афанасьев

— Именно. Чень так и сказал после Гонконга: пара безвестных операторов и два десятка детских леталок успешно парализовали всю гонконгскую полицию на его глазах в нужный момент. — Миёси-старший поморщился. — Резюмирую. С учётом нездоровой грызни между службами нашего государства, исполнители-китайцы вполне могут сподобиться на то, что сказала Йошида-сан. Вы понимаете, о какой именно грызне я сейчас говорю — с чьей подачей китайцам работать легче.

— Я услышал. Миёси-сан, можем только Хьюгу Хину-сан попросить дополнительно — у неё свой прихват среди ребят, приехавших в Атлетику по тридцать седьмому списку.

— Да. Понял. Точно. Спасибо. У меня с ней свои отношения, позвоню ей сам.

— Что-то ещё?

— Основная причина моего звонка. Места, где я живу и бываю, сколько себя помню, обычно под наблюдением. Где-то гласно, где-то негласно, кое-какие лица даже примелькались за годы. Друг с другом нарочито не здороваемся, но вполне себе перемигиваемся иной раз.

— Понимаю.

За главой одной из крупнейших гуми якудзы, разумеется, приглядывают, как и за всеми его мало-мальски значимыми "коллегами" — Моэко машинально кивнула. Как химэ она тоже сталкивалась, хоть и в безуспешных иной раз попытках запарковать машину у статусных ресторанов.

— Я всегда ретроспективно анализирую прошлый день, позапрошлый — помогает дисциплинироваться. — Отец продолжил. — Сейчас приводил мозги в порядок и понял — а я этого "пригляда" сегодня не наблюдаю. И, кажется, вчера вечером тоже.

— Ух ты.

— Особое звено Эдогава-кай, кроме прочего, всегда мониторит ситуационное окружение. В течение последних суток-двух кто-то пытался выяснить: группу крови моей младшей дочери, информацию о лекарствах её родной матери. Ещё в лицее Хикару-тян вчера был странный пожарный инспектор, который большую часть визита уделил схеме эвакуации при пожаре.

Моэко здорово удивилась: об этой группе не знала даже она до сегодняшнего дня.

— Левый? — Такидзиро напрягся.

— Да. Сятэйгасира направления связался с пожарной охраной: такого человека там нет, никогда не было и они никого не посылали.

— … но в школе ему на все вопросы ответили?

— Именно.

— Документы прикрытия, — выдал без перехода Решетников. — Государственная контора с документами прикрытия — с аферистом в школе бы разговаривать не стали. Миёси-сан, что ещё?

— Где-то даже смешно рассказывать.

— Внимательно вас слушаю.

— Полиция и таможня в порту и на выходе регулярно хлопают левый товар. Наши интересы там в топе, поэтому мы в курсе каждый раз по всем позициям.

— Контрабанда?

— Да. Изъятые товары уходят на склады вещественных доказательств, потом самое интересное. Через предсказуемые промежутки времени эти изъятые товары снова появляются на улице, — глава Эдогава-кай ухмыльнулся.

— После закрытия дела тот, кто должен уничтожить, продаёт через своих людей конфискат? — спутник развеселился.

— Да. Эти люди, все их каналы для нас давно не секрет — мы в порту старожилы. Как и для них не секрет, где найти молчаливого посредника, если нужно.

— Понял. И?

— Очередная партия "в продажу" не поступила, раз, хотя кое-кто её ждал. И не просто ждал, планировали перепродать через свободную экономическую зону гайдзинам, даже столбили сделку.

— Может, с той стороны забора просто навели порядок? — предположил метис. — Какая там была номенклатура?

— Спутниковые телефоны, защищённые китайские терминалы, очень хорошие аккумуляторы, — отец назвал марку.

— Армейские, — лицо Решетникова вытянулось.

— Это не всё. Ещё — контрабандные подделки документов из Китая.

— Их что, тоже потом сливают на улицу⁈

Миёси-старший красноречиво промолчал, точнее, выдержал паузу. Затем кивнул:

— Если не связывать одно с другим, можно сказать, всякое в жизни бывает. Но я за чёрным рынком слежу пристально и давно, кое-что бросилось в глаза.

— Опустели целые категории за короткий промежуток времени?

— Скорее, на рынок синхронно не вышли разрозненные поставщики. Может, что-то изменится, но совпадения рядов мне не нравятся.

— Они в курсе вашей новой жены и дочери, — уверенно зарядил Такидзиро в следующий момент.

— Ты ж мой тактичный, — пробормотала Моэко. — Хотя спасибо.

— Они готовят их изъятие, вы понимаете, чьими руками, — уверенно продолжил логист.

— На побережье одну "рыбацкую базу" мы накрыли, но кто сказал, что она единственная? — напомнила дочь отцу.

Родитель резко загрузился:

— Надавить на меня, чтобы я отдал Ченя, невозможно в принципе, однако кто-то может не разбираться. Этот кто-то, сидя снаружи, реально может считать: забрав Хикару и Нозоми, переговоры со мной насчёт Ченя можно вести совсем с других позиций.

— На подхвате у этих внешних структур пыхтят наши собственные, дай бог здоровья Принцессе, — хмуро заметил Такидзиро. — Точнее, в их обеспечении. Вот что я сейчас чувствую: приходивший в школу к Хикару-тян "пожарный" из того же заведения, которое посещало Йошиду-сан в лице её нового бойфренда.

Министерство обороны.

— Вы мне помогли, Решетников-сан, спасибо. — Миёси-старший что-то решил и резко засобирался. — Я ваш должник. Вроде и на поверхности всё было, а у меня без вас мозаика из камушков не складывалась. Хотя всё на виду, мог догадаться, — соединение разорвалось.

— Нам стоит волноваться? — Такидзиро очаровательно обеспокоился. — Твоя сестра — чудный ребёнок, а китайцы с помощью наших…

— Папа знает, что делать. Спасибо, что помог ему сообразить. — Моэко прислонилась лбом к мужскому виску.

Они, не сговариваясь, посмотрели на судейскую комнату — дверь была закрыта и выходить оттуда пока никто не собирался.

Напротив через зал заседаний в такой же комнате, но только для конвоя угрюмо таращился в пол прокурор Морита. Он в плане меры пресечения, судя по лицу, ничего хорошего для себя не ждал.

* * *

ИНТЕРЛЮДИЯ

Телефонный разговор двух неустановленных абонентов.

— Хину-тян, извини, что беспокою. В Атлетике тебя нет уже несколько часов, а дело срочное.

— Здравствуйте, слушаю.

— Помнишь, мы твоим друзьям, работающим на государство, передали пленных с побережья?

— Да, Мая-сама.

— У нас есть возможность деликатно поинтересоваться судьбой расследования? Причина моего вопроса: всё те же люди хотят вот что сделать в твоём бассейне, детали такие…

…

— Хорошо, сейчас с ними свяжусь, потом перезвоню вам. Спасибо большое, что предупредили.

— Погоди! Хину-тян, ты что-то собираешься делать в Атлетике?

— Не собираюсь, а уже делаю по другому каналу. Срочно прекращаю все занятия, освобождаю площади.

— Те люди могут заметить и насторожиться, нет? — мужской голос сомневается.

— Мая-сама, а вы хотите детей в качестве прикрытия использовать? Там занятия младших групп до вечера.

— Ох. Извини. Конечно, ты права. Это я не подумал, совсем уже помешался со шпионскими страстями. Прости ещё раз.

— Формально будет объявлена профилактика, такое случается, если засбоит система очистки или кто-то нырнёт в бассейн в одежде.

— Дети есть дети, прочее неважно. Я не подумал в стрессе.

— Не волнуйтесь, всё естественно — оно и до сегодня периодически происходило. Сорри