"Фантастика 2026-5". Компиляция. Книги 1-29 - Настя Любимка

От большого скопления зомби поднимался отвратительный смрад, который ощущался даже на верхних этажах. Друзья мысленно радовались, что встретили таких союзников. Без их помощи они могли бы и не унести отсюда ноги. Многие улицы местные «партизаны» перегородили баррикадами и завалами. Так что чужой человек легко оказался бы в тупике, спасаясь от зараженных.

– На месте. Здесь придется спуститься и по земле потопать, – сказал Зик, отстегивая карабин от страховочного пояса.

Иван и Макс посмотрели вниз, метрах в ста от дома располагалось двухэтажное здание районного отделения ГИБДД, а рядом – большая площадка для принудительно эвакуированных автомобилей. Вся территория была обнесена сетчатым забором чуть выше человеческого роста. Рядом с многоэтажкой, на которой остановилась группа, бродило порядка двадцати зараженных.

– Ну, тут почти пусто. Зомбаков по лайту. Идем на третий, зачищаем территорию как обычно, – скомандовал Ворон и направился к люку.

Люди спустились в подъезд и осторожно, этаж за этажом стали продвигаться вниз. Вдруг потянуло сильной вонью, все напряглись. Достигнув площадки пятого этажа, группа обнаружила труп мужчины с несколькими ножевыми ранениями. Судя по состоянию мертвеца, разлагался он сравнительно недавно. Для порядка Зик несколько раз щелкнул по нему из маркера, чтобы убедиться в полной неподвижности объекта.

– Вань, помоги жмурика выбросить. Зик, Тодд, прикройте снизу, —

Ворон потянул тело за ноги и выволок покойника на подъездный балкон. Парни подняли труп и скинули его на головы двум зараженным. Спустившись вниз и заблокировав уличную дверь, отряд поднялся на третий этаж и занял позицию на общем балконе.

С этой высоты четыре маркера стали расстреливать ближайших каннибалов. Иван и Макс быстро оценили плюсы этого, на первый взгляд, «игрушечного» оружия. Желатиновые шарики с краской, попадая в лицо или глаза, лишали противников зрения. При этом шума пейнтбольные ружья издавали гораздо меньше, чем обычный огнестрел, не привлекая людоедов с соседних улиц.

Когда морды зараженных стали похожи на палитру художника, Ворон знаком приказал остановить стрельбу:

– Зик, прикрываешь нас здесь, остальные вниз.

Парень быстро закрепил самодельную веревочную лестницу и спустил ее до первого этажа. Ворон, Тодд, Иван и Макс быстро слезли и приступили к зачистке местности. Для рукопашной схватки с зомби курганцы захватили небольшие деревянные биты, обмотанные для прочности изолентой. Один-два удара – и зараженные падали с проломленными черепами. Воробьев и Сова действовали привычными им охотничьими ножами. Зачистка прошла быстро, почти все людоеды после «арт-обстрела» ничего не видели, их лицо распухло от ударов желатиновых шариков, а глаза залила краска.

Устранив угрозу, парни перебрались через забор и принялись искать машину с подходящим размером колес. Здесь их стояло более пятидесяти, но преимущественно легковушки.

– Нашел! – Макс махнул рукой, подзывая друга, но тут же разочарованно сплюнул, – ну ё моё, и тут секретки.

За десять минут отыскали три машины с размером колеса на 22, но все оказались с защитными гайками.

– Криминальный, я смотрю, у вас город… был. Резину, видать, часто снимали? – поинтересовался космонавт у Тодда.

– Не без этого. Сейчас вскроем дверь, поищем в багажнике насадку. Только стекло бить не охота, лишний шум нам не нужен. Ну да ладно.

Но Ворон остановил приятеля и предложил другую идею:

– Обожди. С той стороны гаёвни ментовские тачки стоят. Они-то должны быть без секреток, надо проверить.

На этот раз друзьям улыбнулась удача. Здоровый полицейский внедорожник с дорогущей резиной словно ждал их на специальной парковке в тени двух рябин. Через десять минут группа покинула территорию, волоча с собой добычу.

Обратный путь занял больше времени. Колесо приходилось перетаскивать с крыши на крышу с помощью специального запасного троса, который предусмотрительно захватил Зик. Уже ближе к вечеру, уставшие, но довольные они добрались до окраины района. Здесь Ивану и Максу предстояло проститься с курганцами.

– Спасибо, без вас мы точно не справились бы. Удачи вам, ребята, держитесь.

– Бог не выдаст – свинья не съест. По весне, может, в вашу сторону двинем. Если проблемы будут – обращайтесь, не стесняйтесь. Где нас найти вы в курсе, – кивнул Ворон, дружески улыбаясь.

Пейнтболисты зачистили маркерами территорию и помогли парням спуститься на землю, прикрывая сверху. Вскоре силуэты многоэтажек и застывшие башенные краны остались за спиной. Друзья шли так быстро, насколько позволяла тяжелая ноша. Через несколько километров Воробьев достал рацию:

– Монстр, прием, вызывают бродяги. Движемся на базу с трофеем. Как там у вас?

Тишина.

– Монстр, прием. Как слышите?

Снова пусто в эфире. Космонавт несколько раз повторил свой вызов, но вторая рация не отвечала.

Эпизод 54. Дела в поселке

Старый петух, который чудом уцелел во время бойни в Дальнем, хрипло прокричал всему поселку о начале нового дня. Раньше ему отвечали десяток таких же горластых птиц, но сейчас петуху приходилось надрываться в одиночку. В очередной раз, не дождавшись ответа из других дворов, птица взмахнула крыльями и разразилась еще более пронзительным кукареканьем.

Тем временем серый кот, которого приютил Грек, возвращался домой после ночной охоты. Он быстро перебирал лапами, двигаясь вдоль забора, как вдруг прямо над ним раздалось задорное чириканье. Стайка молодых воробьев что-то выясняла между собой, прыгая в зеленой листве большой вишни. Кот присел, посмотрел наверх, покачал хвостом, лизнул переднюю лапу и потер ей ухо. Сегодня ночная охота оказалась удачной, маленький серый хищник был сытым и, не обращая внимания на воробьев, побежал дальше. Природа уже проснулась, но люди еще дремали в своих домах.

Лев Николаевич с трудом открыл глаза, не в силах больше сопротивляться настойчивым призывам петуха. Он оделся, выпустил во двор Агата и вышел следом за ним. По сравнению с Москвой здесь было так хорошо и спокойно, что президенту казалось, будто он в отпуске. Его мысли вернулись к сыну, и Лев Николаевич в раздумье присел на крыльцо. Вчера еще раз обыскали все пустые дома, провели ревизию поселкового арсенала и насчитали восемь стволов охотничьих ружей и три травматических пистолета, плюс около тысячи патронов.

Президент понимал, что против отряда головорезов Чернова у него еще слишком мало как людей, так и оружия. Но совсем недавно не было и этого. Лев Николаевич был уверен, что бывший помощник не убьет его сына и будет держать в заложниках для подстраховки.

От этих мыслей Корнилова отвлек Агат. Овчарка, помахивая хвостом, стояла перед президентом и облизывалась.

– Да-да, ты прав, пора завтракать, – мужчина понял намек, с кряхтением поднялся и пошел на кухню.

Перекусив и покормив пса, Лев Николаевич отправился в небольшую пристройку за домом. Здесь была оборудована мастерская с верстаком и множеством инструментов, которые остались «в наследство» от бывших хозяев.

Президент понимал, что «огнестрел» – это хорошо, но полезно иметь под рукой и оружие для ближнего боя, которое можно изготовить своими руками. Он взял ржавую лопату, повертел в руках, положил на верстак и отпилил черенок. Затем на несколько сантиметров вбил в торец палки длинный гвоздь, откусил пассатижами шляпку и заточил напильником. Получилось неплохое оружие: одна сторона черенка служила дубинкой, а вторая – копьём, которым легко можно было выколоть глаз или пробить сердце.

Затем Лев Николаевич отпилил от другого черенка тридцатисантиметровую палку и стал вбивать в нее гвозди с одного конца, с тем расчетом, чтобы они торчали в разные стороны. Вколотив с десяток, Корнилов повертел деревяшку в руках: получилось нечто вроде метательного снаряда или «гранаты», как мысленно окрестил эту штуку президент. Он швырнул ее в стенку, и гвозди цепко вонзились в деревянные доски:

– Нормально, надо таких побольше наделать.

Лев Николаевич провозился еще пару часов в мастерской, а затем захватил с собой копьё-дубинку и пошел прогуляться. Он позвал Агата и направился с овчаркой в сторону реки. Миновав окраину поселка, человек и собака с удовольствием зашагали по сочной зеленой траве. Пес время от времени отбегал в сторону, настороженно нюхал землю и быстро возвращался