Опять 25. Финал - Ирек Гильмутдинов

Затем я позволил себе улыбнуться и сменил тон на более мягкий:

— Вообще-то, я пришёл с визитом вежливости и принёс вам дары — кое-что из моих кулинарных произведений. Вкусняшки высшей пробы. Вы ведь ни разу не почтили мой ресторан своим посещением.

Да, я мог бы проявить больше дипломатичности и гибкости, но тогда это был бы уже не я.

— Все, покиньте нас! — рявкнул он, и свита немедленно начала расходиться. — Ларс, останься.

Когда мы остались втроём, Сахир понизил голос:

— Выясни, каким образом донесение ко мне поступило в искажённом виде.

— Сию же минуту, ваше величество.

Ларс Городин, лицо которого побелело, как пергамент, склонился в почтительном поклоне и поспешно ретировался, оставив монарха наедине со мной. Впрочем, я успел заметить, как по периметру сада заняли позиции стражи — около трёх десятков магистров и несколько архимагов. Все готовы были в любой момент вступиться за своего повелителя. Лучше бы на войну с некромантами отправил. Ладно посмотрим, как пройдёт наша беседа.

Глава 20

Если последствия твоей ошибки можно исправить значит это была не ошибка

Воздух в саду сгустился, стал тягучим и плотным, словно перед грозой, хоть столица королевства и находилась в самом центре пустыни и дождей здесь не было многие годы. Но от количества магов, настроенных весьма решительно, что сейчас находились в саду, воздух дрожал. Напряжение нарастало с каждой секундой.

Сахир медленно приблизился к ажурной ограде беседки, повернувшись ко мне спиной. Его взгляд утонул в пышных розариях, некогда высаженных руками его отца. Собрав волю в кулак, монарх отбросил эмоции, и его голос зазвучал холодно и ровно, подобно отточенной стали.

— Итак. Вы пожаловали «в гости». Как вы сказали, с «вкусняшками». Не стану растрачивать ни ваше, ни своё время на пустые церемонии. Изложите истинную причину вашего визита, «Мерцающий во тьме». И прошу — опустите часть, где вы будете поддерживать иллюзию светского приёма. Все мы знаем, кто вы такой и что несёте в этот мир.

Я усмехнулся, извлекая из глубин магической сумки небольшой свиток. Не разворачивая его, я принялся перебрасывать с ладони на ладонь.

— Прямолинейность... это прекрасно. Она сберегает уйму времени. Что ж, ваше величество, пройдёмся по пунктам. — Я отбросил шутливый тон, и маска напускной беззаботности спала с моего лица. — Первое. Договор о ненападении с Малкадаром. Это безрассудство. Они — стая гиен, рыщущая у ваших границ. Поверить их слову — всё равно что довериться змее, уверяющей, что она не укусит, если вы сунете палец в её пасть.

— Я — король, а не искатель приключений! — резко развернулся ко мне Сахир. — Моя обязанность — обеспечивать стабильность и безопасность королевства! Война с Малкадаром стоила бы тысяч жизней и опустошила бы казну. Этот договор даёт нам передышку!

— Неужели? — Я на мгновение застыл, поражённый. — Любопытная передышка. Что подводит нас ко второму пункту. Земли к западу от Речной излучины. Мои земли. Точнее, владения моей супруги, Евы Аурелисс, которые вы столь «великодушно» включили в зону влияния одного из ваших герцогов. Как я понимаю, в угоду аппетитам вашего ближнего круга согласно условиям этого договора, — покрутил я бумагой в воздухе. — Притом без ведома и согласия законной владелицы. Вы украли. Облекли кражу в красивую форму, но это всё равно воровство. А я терпеть не могу воров и предателей.

Пальцы Сахира сжались в белые от напряжения кулаки.

— Это была вынужденная мера во благо моего королевства! Ничтожный клочок земли в обмен на мир во всей пустыне! Ваша супруга… получит достойную компенсацию из казны.

— Еве не нужна ваша компенсация, — холодно отрезал я. — Ей нужна её земля. Там растёт серебристый ивняк, который она так любит и хочет обратно себе все свои земли. Но это, как вы изволили выразиться, «ничтожный клочок». Хорошо, пока оставим это. Перейдём к третьему пункту, самому пикантному.

Я сделал паузу и подошёл, чтобы встретиться взглядом с монархом.

— Гильдия «Безмолвные Клинки». Почему им дозволено вести свою деятельность в крепости в Долине Теней, всего в полутора часах пути от Пламеграда? Почему, ваше величество, вы разрешили гнезду наёмных убийц, на счету которых жизни ваших же придворных и многих других, располагаться так близко к вашему дому? Или, — я склонил голову набок, изучая его реакцию, — их услуги внезапно стали для вас выгодны? Вы ведь понимаете, что ныне они служат некромантам.

Глаза Сахира вспыхнули яростью, но в них мелькнула и тень страха.

— Вы осмеливаетесь намекать, что я…

— Я ни на что не намекаю! — Я рассмеялся, но в моём смехе не было и капли веселья. — Я задаю вопросы. Как гость. Как верный житель Керона, озабоченный безопасностью этого мира, что не предал его перед лицом общей угрозы. Разве не логично: зачем платить за защиту, если под боком поселились лучшие убийцы континента? Не кажется ли вам странным, что после их появления в регионе трое ваших герцогов, четверо графов, выступавших против союза с королём некромантов, внезапно пали от «неизвестных» клинков?

Король замер. Я видел, как в его голове рождались вопросы: откуда мне известны эти детали, что ответить. Но я читал его как раскрытую книгу — все страхи, все компромиссы, всю грязь, которую ему пришлось принять ради «стабильности». Но надолго ли её хватит? Неужели он думает, что Малкадор остановится, одолев остальных? Как бы не так… Кстати, информацией поделился Танатос. Он хоть и делает вид, что ему всё безразлично, но руку держит на пульсе.

— Вы не способны постичь всю тяжесть ноши, что несут правители, — голос короля дрогнул, в нём послышались несвойственные монарху ноты надлома. — Каждое решение… это неизменный выбор между пагубным и катастрофическим. Вы слишком молоды, чтобы судить о подобном.

— Поверьте, я понимаю больше, чем можете предположить, — я смягчил тон, пытаясь снять нарастающее напряжение. — Но существует выбор, а существует предательство. Вы предали своих верных вассалов, разрешив убить их. Вы предаёте память павших, потворствуя и дальше их убийцам. И самый главный вопрос, ваше величество… — Я сделал шаг вперёд, и моя аура, до сей поры сдерживаемая, внезапно сгустилась вокруг нас, становясь почти осязаемой и леденящей душу, а маги, что окружали сад, приготовились к бою. — Если вы полагаете, что подобными