Стань светом в темном море. Том 3 - Softcoral

как сквозь землю провалились. И вдобавок единственный вменяемый член команды открыто заявляет, что вступил в вооруженную сектантскую группировку. Так вот, давай не будем все усложнять: ты сейчас вдохновляешься моими речами, рвешь с этой шайкой психов и всеми силами стараешься выжить в сраном настоящем. А потом мы просто забудем обо всем, что ты сегодня рассказал.

Ким Чжэхи чуть улыбнулся, будто слова Чжихёка показались ему забавными. Тот тяжело вздохнул, обвел всех взглядом и сказал:

— Остальные тоже забудут. А если нет, возьму у замкома молоток и тресну каждому по темечку, прямо по гиппокампу. Нас тут шестеро, включая тебя и меня, так что хранить секрет будет непросто. Но стоит для примера врезать одному, остальные сразу все забудут.

Санхён, услышав это, аж подскочил:

— Что-о?!

— Так что твое признание о том, что ты добровольно вступил в террористическую секту, мы спишем на пьяный бред. Не парься. Я слышал, что несут американцы и канадцы, когда нажрутся. На их фоне твои слова — ерунда.

Я как раз просматривал форум, но после этих слов поднял голову и случайно встретился взглядом с Со Чжихёком. Поняв, к чему он клонит, я тут же подыграл:

— Я вообще ничего не слышал.

— Благодарю за сотрудничество, доктор. Видишь, Чжэхи? Все еще можно исправить.

— Спасибо за предложение, хён. Но не стоит.

— Да твою ж мать… Шеф, я умываю руки!

Со Чжихёк официально объявил о своей капитуляции и спихнул на Син Хэряна все обязанности по присмотру за командой, которые временно взвалил на себя из-за выбывшего из строя командира и отсутствующего зама.

Син Хэрян повернулся к Ким Чжэхи и сказал:

— Чжэхи, если тебя заставили вступить в секту силой, я помогу выбраться.

— Я вступил добровольно. И выходить не собираюсь.

Воцарилось молчание. А потом:

— Ясно.

Уговаривать Син Хэрян не стал. Видимо, понял, что Чжэхи все равно не переубедить. Он выглядел мрачным и усталым, а вот Чжэхи, наоборот, будто даже оживился.

Улыбаясь, он ткнул в меня пальцем:

— Перед вами стоит спаситель, который может исполнить любое желание. Чего же вы такие мрачные?

Со Чжихёк ошарашенно пробормотал:

— Да у кого угодно крышу снесет, если один из его людей внезапно окажется террористом. Что, командир должен радостно заорать: «Ура, мой человек преступник!» — и пуститься в пляс?

— Было бы круто, если бы он еще и подпевал.

Син Хэрян только тяжело вздохнул, а вот Со Чжихёк, похоже, едва сдержался, чтобы не выругаться.

Я отвлекся от планшета, на котором просматривал форум, и вмешался в разговор:

— Вообще-то я не собираюсь исполнять никакие желания.

Со Чжихёк удивленно уставился на меня, потом ткнул пальцем в Чжэхи и с жаром воскликнул:

— Вот! Скажите еще раз да погромче! Чтобы в этой дурной башке навсегда отложилось!

Чон Санхён прыснул со смеху.

— Я не спаситель Церкви Бесконечности и не собираюсь исполнять желания ее последователей. Моя цель — выбраться с этой Подводной станции.

Санхён, все еще посмеиваясь, вдруг едва не грохнулся — напарник внезапно перестал его поддерживать. Чжэхи остановился посреди коридора, сузив глаза. В воздухе повисло напряжение, но миг спустя рассеялось — голос Чжэхи снова звучал легко, почти беззаботно:

— Вот как? Ну что ж… удачи вам.

И снова подхватил Санхёна. Он говорил так, будто это его вообще не касается. Впрочем, так и есть. Хотя… постойте. Разве я не спаситель? Выходит, стоит мне отказаться исполнять их желания, и меня сразу спишут в утиль?

Странное у сектантов отношение к спасителю: вроде боготворят и одновременно презирают, вроде берегут и при этом относятся как к расходнику. Не понимаю. Может, я просто не способен понять, потому что сам никогда в бога не верил. Но разве не логично, что если человек — твой спаситель, то ты должен его любить и беречь? Я попробовал вспомнить, как заканчивали спасители в разных религиях, и понял, что ни одна развязка меня не устраивает. Я отогнал эти мысли.

Я снова закинул руку Санхёна себе на плечо и, пока мы шли, пролистал все новые посты. Ни одного сообщения от Ким Гаён. Стало тревожно. Может, нужно идти в Чучжакдон? Что, если Чжихёк вывел только Туманако, а Гаён все еще заперта у себя и даже не может воспользоваться планшетом? Что делать?

Чтобы избавиться от растущего беспокойства, я повернулся к Со Чжихёку и спросил:

— Чжихёк, в прошлый раз с вами были Туманако и Ким Гаён...

— А? Со мной? — переспросил он так, будто услышал полный бред, и замялся: — Ну если честно… я, если только ситуация не крайняя, стараюсь не приближаться к женщинам, которые не состоят в команде.

— А если бы Центральный квартал оккупировали вооруженные люди и нужно было срочно спрятать этих двух девушек, куда бы вы их отвели?

Со Чжихёк немного подумал и уточнил:

— Ну, с Ким Гаён все ясно. А эта… Туманако — у нее что, какие-то суперспособности? Кожа пуленепробиваемая? Или она лазером из глаз стреляет?

— Нет. Самая обычная гражданская.

— Это что, проверка?

— Нет. Просто интересно, как бы вы поступили.

Со Чжихёк немного помедлил, а потом ответил:

— Ну, я бы отвел их туда, куда проще всего дойти и где безопаснее. Сам ведь тоже беспомощный гражданский, как-никак.

Я уставился на него пустым взглядом. Ты серьезно? Какая наглая чушь.

— А что насчет Пятой базы?

Про Пятую базу я знал только одно: ее вроде как еще строят. Но где именно? Попасть туда реально? И вообще зачем строить новую базу, если Четвертая и так огромная?

Со Чжихёк нахмурился, покачал головой и сказал:

— Ну, для инженеров выйти за пределы базы на глубине три тысячи метров — обычное дело. Надеть внешний скафандр, пройтись по кромешной тьме среди этих жутких рыбех. Но для остальных это почти невыполнимо. Скафандр тяжелый, дышать трудно, к тому же постоянно липнут уродливые морские твари. И остается только надеяться, что сектанты не нападут, пока мы будем залезать в эти костюмы.

— А если бы все внимание было приковано к Deep Blue?

Со Чжихёк глянул на меня с любопытством:

— С чего вдруг? Вы что, поджог устроили?

— Нет. Просто командир Син взял меня вместе с сектантами в заложники и заперся там.

Услышав свое имя, Син Хэрян неохотно повернул голову в нашу сторону без малейшего желания вникать в подробности.

Чжихёк закатил глаза и пробурчал:

— Если бы вокруг Четвертой базы стало слишком людно или началась суматоха, я бы схватил пару фанатиков, раздел до трусов и переодел в их форму девушек. А дальше — вперед, на Тэхандо.

Не успел он договорить, как пол вдруг содрогнулся. Я едва не выронил планшет. Четвертая база заходила ходуном, издавая жуткий скрежет, словно ее рвали на части.

Пэк Эён, которая и так едва держалась на ногах, рухнула на пол. Мы с Санхёном и Чжэхи тоже. На этот раз тряска длилась больше минуты. Когда вибрация немного утихла, я огляделся, и увидел, что игровая консоль Чон Санхёна разбилась вдребезги. Санхён, который при падении не издал ни звука, теперь завыл от отчаяния, глядя на осколки.

Со Чжихёк, как и Син Хэрян, несколько раз пошатнулся, но устоял. Поморщившись, бросил в сторону начальника:

— Это что, землетрясение?

— От землетрясения база так сильно трястись не должна.

Мне показалось, что толчки стали гораздо чаще, чем раньше. Или я себя накручиваю? Но почему так тревожно?

Когда все здание трясет, как при подземных толчках, выбора особо нет — остается только пытаться выбраться как можно скорее. Даже инженеры, годами работавшие на станции, похоже, не имели четкого плана.

Син Хэрян оглядел тех, кто упал, и произнес:

— Повреждений нет.

Чон Санхён, сжимая в руках осколки пластика, всхлипнул:

— Моя приставка вдребезги!

— Ноги целы, и ладно. Выброси ее, и идем дальше.

— Командир, в вас нет ни капли сочувствия!

Не обратив внимания на жалобы Санхёна, Син Хэрян повернулся к Ким Чжэхи:

— Чжэхи, продолжай перечислять имена.

— А, последователей Церкви Бесконечности? Тогда… главный инженер Четвертой базы Майкл