Приключения Благородного Дика. Романтика дорог - Елена Владимировна Крыжановская

нему, приняв за своего товарища, а Дик двумя руками схватил первую попавшуюся военную саблю и приставил к горлу ближайшего солдата, приказав и второму остановиться на месте.

— Заходи! — позвал он сообщника.

Когда Гентли проскользнул в караулку, Дик велел ему взять другую саблю и держать под контролем второго солдата.

— Я — ваш король, — звонко сообщил Гентли. — Меня похитили и держали здесь незаконно. Я советую вам слушаться этого человека и выполнять всё, что он прикажет!

— У вас есть выбор, — объяснил Дик. — Остаться здесь, как два ваших товарища… клеток на всех хватит, ключи у нас… или бежать вместе с нами, но тогда завтра в гарнизон крепости лучше не возвращайтесь. Что решили?

Два солдата переглянулись. За то, что упустили коронованного пленника, их накажут по всей строгости, даже если будет ясно, что они жертвы нападения заговорщиков. Представляя себе заранее, что сулит им положение вне закона, они выбрали побег.

— Тогда всё упрощается, — улыбнулся Дик. — Помогите… — он осторожно размотал цепь с руки, не опуская саблю, и протянул запястье второму стражнику.

Тот развел руками:

— Жаровня есть, но сбивать начисто громко и хлопотно. Разве что перекусить клещами?..

— Пожалуйста, — кивнул Дик. — Крайнее кольцо.

После нескольких попыток, солдат с трудом разъединил цепь и предложил снять ее с второго «браслета». Дик отказался. Намотал конец цепи на левую руку и закрепил. Теперь у него есть свобода и дополнительное оружие. Он стряхнул с плеч мундир гарнизона крепости и спросил, где найти его меч?

— Вероятно, у коменданта, — ответил низкорослый толстенький солдат, которого Дик постоянно держал под угрозой клинка. — Не достать…

— Ведите. Если встретите своих действительно хороших друзей, предложите им бежать вместе с вами. И вытаскивайте семьи за стены Бранды — скоро здесь будет жарко.

Солдаты понимающе закивали, благодаря за совет.

Они шли впереди, Дик вместе с его величеством следовали за ними. Замок в комендантскую взломали саблей, легко. Охранник присоединился к ним добровольно.

Ключи от сейфа — только у коменданта. К счастью, Тореллинг висел на виду, украшая небольшую коллекцию лесного оружия на стене. Дик посоветовал королю взять один из кинжалов и всегда держать при себе.

Под прикрытием маленького отряда стражников, который вырос по дороге от двух до пяти человек, беглецы добрались до потайной калитки в крепостной стене. Один из стражников отлично знал это место и имел даже запасной ключ. Он не однажды проводил здесь встречи со своей возлюбленной, к ней и заторопился сейчас. Остальные, переплыв в его лодке крепостной ров, рассеялись кто куда. Гентли воздух снаружи показался сперва восхитительно теплым, а сейчас он дрожал в одной вязаной безрукавке. Кто-то из стражников отдал ему свой коричневый форменный плащ с белой жестяной пряжкой.

Только они миновали крепостной ров и вошли в слепую тень сторожевой башни, где их не могли увидеть с бойниц, рыцарь известил короля о границе своего покровительства.

— Вы свободны, ваше величество. Здесь наши дороги расходятся. Мне пора.

— Ты бросаешь меня одного, Дик? — Гентли испуганно оглянулся на крепость. — Но они снова могут схватить меня в любую минуту!

— Бегите из города. Ищите людей, для которых вы не король, а ребенок, нуждающийся в покровителе. Если хотите остаться и бороться за трон… — Дик показал рукой на бревенчатую сторожку неподалеку от крепостного рва: — Видите тот огонь, ваше величество, точно глаз дракона? Вас там ждут и предложат возглавить восстание. Если снова окажетесь в руках своих недругов, уже будете точно знать, кто вас предал. А если повезет выжить и всё-таки станете королем… И тогда не зовите меня на помощь, ваше величество. Больше не приду.

Викгент Третий, понурив голову, смотрел себе под ноги. Он чувствовал рядом тепло и надежную защиту, но понимал, что стена скоро исчезнет, и он снова останется наедине с холодом и безлунной ночью. Разве это свобода, если куда бы ты ни пошел, вперед или назад, всё равно угодишь в ловушку? И рассчитывать можно только на свои силы.

«Королю никто не поможет даром», — это дедушка не зря говорил. Юный король поднял голову и протянул открытую ладонь, заключая первый в жизни союз:

— Что я должен сделать как король, чтобы иметь право просить тебя о помощи, Дик?

— Навсегда отменить смертные казни детей, ваше величество.

— Но если они будут виновны⁈

— Но и вы действительно совершили то преступление, за которое вас хотят убить: вы — король. А я — бродяга. И по закону не смею ступать на камни вашей столицы. Но я здесь.

Гентли снова опустил голову и съёжил плечи, чувствуя непосильный вес невидимой короны и мантии.

— Хорошо, я обещаю принять этот закон. Но короли не всевластны. Если обстоятельства будут сильнее меня, что тогда?

Дик и не подумал смягчить твердость своего взгляда и голоса. И хотя так и не дотронулся до ладони короля, Гентли чувствовал, что слова рыцаря очень больно ранят его, вырезая в сердце этот договор на всю жизнь.

— Если отменить казнь ребенка будет правда не в вашей власти, то идите на эшафот вместе с ним. И уж постарайтесь умереть первым!

Гентли так хотелось, чтобы этот жестокий бродяга понял, как ему страшно. И хоть чуточку пожалел его. Он не убирал руку, но пальцы сильно дрожали. Может, и от холода, но скорее от неуверенности в себе.

— Как я могу дать такое обещание на всю жизнь?

Дик с усмешкой пожал плечами и сказал легко, как о пустяке:

— Вас и не заставляют. Давайте это слово самому себе или не давайте, как пожелаете. Но если не сможете его сдержать, повторяю: не зовите меня, ваше величество. НИКОГДА НЕ ПРИДУ К ВАМ НА ПОМОЩЬ.

Король Викгентлада со вздохом опустил руку и сжал кулак:

— Я не знаю, Дик… Я постараюсь.[1]

— Прощайте, ваше величество, — Дик провел ему своей закованной в цепь рукой по плечу и пропал в темноте.

(конец истории)

* * *

[1] (прим. Лины) В энциклопедии сказано, что Викгент Третий правил не слишком долго, около десяти лет. Первый год его правления шла гражданская война. Дик не сказал, выполнил или нет Гентли их уговор. Они больше не встречались.

Завоевав престол, Викгент Третий довольно милостиво обошелся со своими противниками. Герцога Стовольда с семьей отправил в изгнание. Закон о бродяжничестве он отменил, но просьбу о