Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

сидя на холодном полу. Убедившись, что со мной все в порядке, Казанцев отпер дверь на той стороне хода, и невольно у всех вырвался вздох разочарования — подземный ход перегораживала кирпичная кладка.

— А чего вы хотели? — пробормотал Виктор Борисович и толкнулся плечом в казавшуюся незыблемой стену. Еле сцепленная раствором кладка в полкирпича толщиной не выдержала и обвалилась.

— А если бы оттуда выломали? — хмыкнул Напалм, ногой вышибая отдельные кирпичи.

— Просто пинать бесполезно, — возразил Казанцев, — с этой стороны стену дверь подпирала.

— Ясно. — Пиромант первым пролез в пролом и огляделся по сторонам. — Вещи ваши?

— А как же! — последовал за ним Виктор Борисович. — Захоронка на черный день.

Ухватившись за руку крякнувшего от натуги Игоря Фомина, я с трудом поднялся на ноги и вслед за Мариной перебрался в небольшую комнатушку, из которой куда-то в темноту уходила деревянная лестница.

Не теряя времени, Казанцев оттеснил Напалма от стоявшей на полу брезентовой сумки, расстегнул молнию и достал короткий автомат со сложенным поверх ствольной коробки прикладом, коллиматорным прицелом и непривычного вида прямым магазином.

— Это что за зверь? — удивился пиромант.

— 9А-91, — пояснил Виктор Борисович, закрепляя на стволе глушитель, — под специальные патроны 9 на 39.

— Это круто?

— Нормально. — Казанцев переложил себе в рюкзак несколько осколочных гранат и запалов к ним. — Евгений, идти сможешь?

— Смогу, — ответил я и на всякий случай прислонился к стене.

— А там чего? — вновь не удержался от вопроса Напалм, когда оружейник закинул на плечо ремень прорезиненного оружейного чехла.

— "Ремингтон" семисотый в триста восьмом калибре, — ответил тот и подошел к лестнице. — Вы где сани оставили?

— Во дворе напротив, — пояснил нервно переминавшийся с ноги на ногу Игорь. — Идемте уже!

— Подожди, — одернул кондуктора Напалм, — как из города выбираться будем? Все дороги, поди, перекрыты давно?

— Постараемся найти лазейку, — пожал плечами Виктор Борисович и начал подниматься по скрипучим ступенькам. — Скорее всего, придется прорываться с боем.

— Сейчас едем на Левобережную, — заявил я.

— Зачем?

— Есть у меня одна идея.

— Не хочешь поделиться с нами?

— Попробуем нормальным транспортом разжиться. На санях нам от погони не оторваться.

Казанцев отпер очередную дверь, осторожно выглянул и махнул нам рукой:

— Пошли!

Как оказалось, подземный ход вывел нас в подвал дома на другой стороне дороги, и, выйдя во двор, мы сразу увидели оставленные неподалеку сани. Быстро погрузились в них и, спрятав оружие, поехали на соседнюю улицу. Я мысленно потянулся к иллюзиям, убедился, что с фантомами все в порядке, и улегся меж лавок на днище.

Пришло время отдохнуть. Теперь от меня ничего уже не зависит, а силы скоро понадобятся. Да и "магистр", зараза, оказался куда более мощным препаратом, чем того можно было ожидать. Пожалуй, и двух пилюль за глаза бы хватило…

Пока добирались до Левобережной, все сидели словно на иголках. Милиции на улицах заметно прибавилось, но силовики еще только начинали выдвигаться на позиции и проверкой встречного транспорта не занимались. На наше счастье. Организуй они какой-нибудь план "Перехват", и шансы выбраться из города в один миг сравнялись бы с нулем.

— Игорь, — первым нарушил я напряженное молчание, — сколько стоит пикап средней убитости?

— У нас рублей триста — четыреста, — задумался кондуктор, — с перегоном в Форт уже раза в два, два с половиной дороже выходит.

— Понятно, спасибо. — Я приподнялся с днища и подсказал Казанцеву: — Останови через два дома.

Бросив сани перед переделанным в автомастерскую ангаром, мы поспешили убраться с улицы и заскочили внутрь. Курившие у внедорожника ремонтники при нашем появлении ошарашенно замерли на месте, а выглянувший на шум из своего закутка Дубняк неуверенно попятился назад. Казанцев немедленно наставил на хозяина сервиса глушитель автомата, и тот торопливо показал нам раскрытые ладони.

— Не все так плохо, как кажется на первый взгляд, — улыбнулся я.

— Неужели? — поежился Дубняк, не спускавший глаз с нацеленного на него оружия.

— Мы хотим купить автомобиль. — Я подошел к серебристому "сильверадо" и похлопал его по капоту. — Сколько?

— Продано, — нервно сглотнул владелец мастерской.

— И что с того? — хохотнул Напалм и направил ствол дробовика куда-то в сторону механиков, от чего им стало откровенно не по себе.

— Продано, — как заведенный повторил Дубняк.

— Сколько? — жестом велев забираться в пикап Марине и Игорю, спросил я.

— Говорю же…

— Сколько?!

— Ты знаешь, кому предназначен этот автомобиль? — облизнул губы владелец мастерской. — Тому же человеку, которому ты передавал деньги.

— Не проблема. С ним мои партнеры договорятся, а с местными ментами этого сделать точно не получится.

— Мы теряем время, — поторопил меня Казанцев, явно намекая на предпочтительность силового решения проблемы.

— Ну?

— Девятьсот.

— Сколько?! — опешил я. — Да ему с перегоном красная цена семьсот!

— Семьсот мне за него и заплатили, — кивнул немного успокоившийся парень. — И эти деньги придется вернуть. А работа? А запчасти?

— А бензин, который не придется покупать?

— Евгений! — начал заводиться Виктор Борисович. — Заканчивай!

— Семьсот пятьдесят? — предложил я, хоть и понимал, что изрядно переплачиваю.

— Семьсот пятьдесят, — согласился Дубняк.

Я отставил винтовку к стене, выгреб из сумочки на поясе серебряные монеты и отсчитал десять трехрублевок с соболем на аверсе. Сунул их продавцу и уточнил:

— Заправлен?

— Здесь не хватает, — взвесил в руке монеты хозяин мастерской.

— Сани во дворе себе оставь.

— Бак пустой! — крикнул высунувшийся в приоткрытую дверцу Игорь Фомин.

— Канистры у стены, — поспешил успокоить нас Дубняк. — Заправляйтесь и выметывайтесь.

Вдвоем с Напалмом мы перелили горючее в бак. Игорь повернул ключ зажигания, мотор мягко заработал, и мы, прихватив пару канистр, забрались в салон автомобиля. Не спускавший глаз с продавца Казанцев дождался, пока "сильверадо" выедет на улицу, и только тогда попятился следом. Стоило ему запрыгнуть в кузов, и Фомин немедленно утопил педаль газа. Машина буквально вылетела на дорогу, и, ухватившись за ручку над головой, я попросил:

— Не гони так. И притормози перед поворотом, мне в кузов перебраться надо.

— Зачем? — удивился Напалм.

— Дальнейшие действия обсудить надо.

— А чего там обсуждать? — хмыкнул кондуктор. — Ближайшее окно в двадцати километрах от города. Схлопнется оно часов через пять, поэтому никого из наших там быть уже не должно.

— И куда мы попадем? — спросила Марина.

— Куда-то в Сибирь. — Пожав плечами, Игорь сбросил скорость перед выездом на шоссе. — Да без разницы, я там задерживаться не собираюсь.

— Нам бы еще из города выбраться, — вздохнул я. — Все, здесь останови… — Пикап свернул к обочине, я выбрался из кабины и залез в кузов к Казанцеву. — Какие предложения?

— А вы, господин ясновидящий, милицейские посты не определите разве?

— Как только обращусь к дару, меня сразу вычислят.

— Нас так и так вычислят, — резонно заметил Виктор Борисович,