"Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 - Хелена Руэлли

И тут Элина заметила, как изменилось лицо Цитрины. Она заговорщицки улыбнулась, поднимая кубок с вином:

– Что ж, вижу, что ты не безнадёжна! Байль, чего ты молчишь? Говори тост за здоровье нашего мальчи... детей! Пусть будут счастливы!

Элина подняла кубок вместе со всеми. Она заметила, как Рэйшен незаметно выдохнул. И, кажется, дружба с гномьей общиной станет только крепче.

Глава 21. Королевский гнев, или Как правильно поздравлять

Королевский казначей встречался с главой гномьего торгового дома каждую амаркаду. Они пили крепко заваренную арзу и осторожно обменивались сведениями, накопившимися за прошедшие дни.

– Дела в Жадвиле идут неплохо, – сказал мастер Хердер, аккуратно стирая с бороды каплю напитка. – Почта работает. Моим гномам никто не препятствует. Люди не враждебны.

Арлан Колле вежливо поднял уголки губ. Всё это он уже знал. Но ведь старый гном не просто так завёл разговор о Жадвиле!

– Слыхал ли ты, досточтимый казначей, самые свежие новости оттуда? Вижу, не слыхал. Я сейчас ухожу – дела, понимаешь ли, не ждут – и оставлю тебе донесение... Прочти. А там уж сам решишь, как к этому отнестись. Когда будешь докладывать королю, смягчи известия...

Хердер Андебрингер протянул казначею несколько листков бумаги, исписанных убористым почерком, вежливо распрощался и ушёл.

Арлан Колле остался сидеть за столом, перелистывая гномье донесение. Во время прочтения его охватывали противоречивые чувства: радость, удивление, страх и возмущение. Теперь стало ясно, отчего хитрый лис Хердер советовал "смягчить" доклад королю. Витерий придёт в ярость.

За дверью послышались знакомые шаги. Арлан невольно улыбнулся: так быстро и стремительно ходил его сын, его радость и гордость. Лонваль.

– Мастер Хердер уже ушёл? Какая радо... жалость! Что нового он сегодня поведал?

Арлан знал, что Лонваль не слишком любит нудные государственные дела, а вот новости и сплетни... Впрочем, как любой молодой придворный. Со вздохом он подтолкнул бумаги к краю стола.

– Присядь и прочти. Не торопись. И постарайся быть сдержанным в оценке...

Казначей видел, как его сын, принимая донесение, возвёл глаза к потолку. Арлан и сам когда-то был таким. Но всё же мальчику следует быть серьёзнее.

Лонваль читал, и казначей смотрел, как поднимаются у него брови. А потом юноша поднял глаза на отца и, весело присвистнув, проговорил:

– Весело у них там в Жадвиле, не то что у нас! Бандитов прижала, налоги собрала, нового дроу приручила... Так ещё и замуж за своего Рэйшена выскочила! Живут же некоторые!

Арлан осуждающе покачал головой:

– Ты слишком беспечен, сын мой! Посмотри на это с государственной точки зрения! Вспомни, чему я тебя учил!

– Отец, – Лонваль поморщился, – ну что за ворчание! Порядок в городе она навела. Это хорошо, так? Налоги собирает. Это ещё лучше. А всё остальное... Ну, пусть уже живёт как хочет...

– Нет, Лонваль! Она не может жить как хочет! Король даровал ей титул не для этого! Вся аристократия должна служить ему!

– А разве Элина не служит? Служит, и получше многих!

– Король дал ей наследуемый титул, намекая, что она должна будет выйти замуж по его приказу, за того человека, на которого он укажет! И их дети унаследуют титул, продолжая служить короне!

Лонваль расхохотался:

– Ой, умора! А ведь точно! А она взяла и фактически сделала Рэйшена бароном!

– Да ещё и завещание написала, по которому безродный дроу унаследует всё, чем она владеет... Это скандал. Я не знаю, как рассказать об этом королю. Он будет в ярости.

Лонваль перестал смеяться. Казначей знал, что его мальчик умеет сосредоточиться в нужное время.

– Отец, её не удалось принудить к браку даже в темнице, под страхом виселицы. А уж сейчас... Адару придётся смириться. Или, может, надо найти лазейки в законе и признать её брак недействительным. Или завещание.

Казначей вздохнул. Он и сам думал об этом. Однако гномы всё подробно описали, и сейчас Арлан не видел ни одной зацепки, чтобы отменить решения Элины.

– Идём, Лонваль. Кто-то должен сообщить королю.

Витерий читал, и его лицо багровело. Наконец он оторвал глаза от бумаг и помахал ими перед лицом казначея, словно это могло что-то изменить.

– Как?! Как это могло произойти?! Почему мне не доложили сразу?

– Мы узнали только что, – смиренно ответил Арлан. – И сразу поспешили к тебе, адар.

– Кто это допустил?!

Арлан знал, что будет дальше. Витерий покричит, а после успокоится и смирится. Таким он был с юности, и старому казначею много раз приходилось выслушивать грубые слова и обвинения.

– Позвольте я схожу за Квирком, – вмешался Лонваль. – Идея о титуле принадлежала ему.

– Точно! Поспеши, юноша! – проговорил король. – У тебя очень толковый сын, дар Арлан. Я предвижу, что он сделает отличную карьеру.

"Если не сбежит в Жадвиль".

Квирк, как обычно, выглядел жизнерадостным и разве что не насвистывал. Казначей подозревал, что брат королевы поддерживает тайную связь с Жадвилем из какой-то корысти, но поймать его на этом так и не смог.

– Мой дорогой брат! – воскликнул Квирк, раскидывая руки для объятия. – Тебя что-то тревожит? Я всегда готов помочь, словом и делом!

– Читай.

Витерий бросил донесение Квирку, и листы разлетелись по столу, а один даже упал на пол. Арлан видел, как нахмурился его сын. Зато Квирк с улыбкой собрал бумаги и как ни в чём не бывало принялся читать.

Его лицо нисколько не изменилось, разве что улыбка стала шире.

– И что тебя так огорчило, брат мой?

– Как, по-твоему, я должен ответить на это? – Витерий раздражённо ткнул пальцем в листы. – Для чего я пожаловал этой женщине титул? Чтобы она поделилась им с наёмником?

Казначей откинулся на мягкую спинку стула. Теперь Квирк должен будет ответить королю. Он хитёр и изворотлив... "Хорошо, что Элина отказалась сотрудничать с Квирком! Иначе..."

Арлан даже не хотел думать, что из этого получилось бы.

Квирк придвинул свой стул поближе к столу и, в последний раз скользнув взглядом по исписанным листам, положил их на стол.

– Мой дорогой брат, ты принимаешь эти известия так близко к сердцу! Можно подумать, что ты неравнодушен к этой женщине. Мне неприятно это видеть: ты всё-таки ещё женат на моей сестре, хоть она и утратила твою милость. Да и к моей жене ты проявляешь внимание. И что я вижу? Неужто наш король