Этногенез-3 - Максим Олегович Дубровин

class="p1">Лекс хотел было спросить, кто там, «на другом конце провода», но не стал этого делать. Во-первых, Север стопроцентно соврёт, а во‑вторых, Лекс и сам знал, кто за ними наблюдает. Ну, то есть он не знал имён или каких-то названий, но понимал, что это те самые «могущественные силы», на которые работал Север.

Ещё во время их первой встречи Север несколько раз усердно намекал на то, что в случае успеха их ждут заказы, оплатой за которые могут быть не только деньги, но и небывалые возможности. Конечно же, конкретику Север тогда опустил, поэтому Лекс пропустил эти обещания мимо ушей и Лиске велел сделать то же самое.

Теперь вот вспомнил тот разговор, потому что сейчас самое время выслушивать условия для нового заказа. Если он, конечно, будет. Впрочем, в этом Лекс не сомневался, достаточно было на Севера посмотреть.

— За твоё здоровье, Лёша-джан. За твоё и всех твоих людей… кстати, где твоя девушка? Почему без неё?

— Она не моя девушка.

— О, прости, Лёша-джан. Я лишь хотел спросить, всё ли у неё хорошо? Или она не захотела прийти, потому что я…

У Лиски было всё отлично, и она хотела пойти вместе с ним. Лекс не взял её на встречу, и не только из-за того, что она могла ляпнуть что-нибудь лишнее, а просто в последнее время появилось такое чувство, что её следует держать от себя на дистанции. Слишком она стала… назойливой, что ли?

Но болтовня Севера уже начинала нервировать. Потому что он попросту тянул время.

— Когда ты переведёшь деньги?

— Сегодня, Лёша-джан. Несколько часов, чтобы оформить чистые переводы, к вечеру все деньги будут лежать на счетах. Га-ран-ти-ру-ю. Или… если хочешь, распоряжусь, чтобы перевели сейчас, но тогда могут возникнуть небольшие проблемы с обналичкой.

— Мне не нужны проблемы с обналичкой, — сказал Лекс. — Несколько часов я подожду.

Лекс поднялся, и Север уставился на него удивлённо-растерянно.

— Ты куда?

— Видимо, домой, — пожал плечами Лекс. — А что? Мне сидеть здесь и ждать твоего перевода? Я не пью, уж извини.

— Мы же собирались обсудить новую тему.

— Когда бабло переведёшь, тогда и обсудим.

— Да к чёрту бабло! То есть я хотел сказать, деньги вообще не проблема! — Север засуетился, снова бросая искоса взгляды на плазменный экран. — Речь идёт о серьёзной работе. Лёша-джан, ты готов к серьёзной работе?

— Как пионер, всегда, — буркнул Лекс. — Но только с теми, кто выполняет свои обязательства. Мы свои выполнили, ты свои пока ещё нет. Завтра обсудим.

— Чёрт, ты тупой? — разъярённо рявкнул Север и тут же сбавил тон: — Ты можешь чисто гипотетически предположить, что деньги уже находятся на твоих счетах, и обсудить новую тему, по сравнению с которой те суммы, что вы получили, покажутся тебе пылью?

Северу всё же удалось заинтересовать Лекса.

Как можно равнодушнее Лекс спросил:

— Кого ломать? Ну, примерно уровень.

— Максимальный, — пафосно ответил Север. — Ломать, Лёша-джан, мы будем весь мир.

Лекс вздохнул, потом кивнул:

— О’кей. Точку опоры только дай, сломаем и мир.

— Точку чего?

По всей видимости, с высказыванием Архимеда Север не был знаком, чему Лекс даже не удивился.

— Говорю, что любой каприз за ваши деньги.

— Лёша-джан! Если дело выгорит, у тебя будет столько денег, что ты будешь их соседям раздавать.

Лекс вздрогнул. То ли Север ляпнул эту фразу для красного словца, то ли действительно намекал на то, что ему известно про соседскую девочку, которой Лекс пытался помочь, — в любом случае, это парню не понравилось.

Буль-буль-буль. Коньяк льётся в рюмку, и Север, отправив очередную порцию в своё бездонное нутро, продолжил:

— Да что там деньги, Лёша-джан. У нас весь мир будет. Ты веришь мне?

— Конечно, — с едва заметной насмешкой кивнул Лекс.

Насмешки Север не заметил или же не обратил на неё внимания.

— Нам предстоит освободить мир от оков! — произнёс он и махнул рукой, видимо ощущая себя Лениным на броневике. — То есть спасти мир, Лёша-джан. Не больше и не меньше.

— От чего освободить? — переспросил Лекс.

— Правильнее сказать — от кого. От тех, кто сейчас им правит. От кукловодов, дёргающих за ниточки глав государств и уничтожающих целые нации в угоду собственным интересам. От алчных семейств, которые в погоне за прибылями не останавливаются ни перед чем. От тех, кто хитростью, подлостью и коварством загнал человечество в сети рабства…

— Эй-эй-эй! — Лекс поднял руку, пытаясь перекрыть этот фонтан красноречия. — Это что, лекция по кухонной конспирологии?

— Это правда, Лёша-джан. Нас уничтожают, каждый день, каждый час, каждую…

— Чушь какая-то, — пробормотал Лекс. — Я пошёл домой.

— Подожди! Это не чушь! — воскликнул Север. Плеснул коньяка в рюмку, выпил и сказал: — Сейчас весь мир принадлежит жидам, которые, подобно паукам, запутали нас в своих сетях… Все эти Голдманы, Леманы, Мэрилы, Морганы…

Он вдруг вздрогнул и осёкся, замолчав. Как будто невидимая рука отвесила ему подзатыльник. И, конечно же, быстрый взгляд в сторону экрана. Неуверенный, даже немного напуганный.

Интересно, как он получает сигналы, вроде на ушах ничего нет, подумал Лекс, а вслух сказал с недоумением:

— Север, ты же вроде сам еврей.

— Да. У меня есть еврейские корни, — подтвердил Север. — Но я не жид. Я никогда…

Он снова осекся. Помолчал секунду, затем начал медленно говорить:

— То, что вы сделали вчера, лишь малая часть, песчинка в море. Тест, подобный тем, что ты давал своим людям, чтобы проверить уровень их мастерства. Вы получите оплату, сполна, и даже с бонусом. Но прежде чем вы перейдёте на следующий уровень и получите действительно серьезную работу, нам надо убедиться в том, что вы готовы к ней. Вы должны понимать всю серьезность нашего дела. Ставкой окажется весь мир, и назад пути уже не будет.

Он говорил так, словно читал по бумажке или повторял слова невидимого и неслышимого суфлера.

— Мы знаем, что это ты написал код первого вируса серии «Стакс», и знаем, для кого ты это сделал. Мы знаем, что на сегодняшний день ваша команда является одной из лучших в области модифицирования вируса. Но мы не знаем, насколько твои люди подчиняются тебе. Мы также не знаем, насколько важны для вас голосования, которые вы проводите, когда принимаете решения по тому или иному вопросу, и ещё…

— Кто это «мы»? — нервно перебил его Лекс. Ему категорически не понравилась осведомленность Севера или того, чей текст он сейчас наговаривал. — Может, вы раскроете карты и объясните в двух словах, кто вы и чего хотите? А то меня этот беспредметный разговор уже начал утомлять.

Возникла небольшая пауза, во время которой Север стоял