Отморозок 8 - Андрей Владимирович Поповский

Келли слушал, не перебивая. Когда Харпер закончил, он медленно кивнул.

— Логично. И тем не менее, Джек, я не спрашиваю твоего мнения. Я ставлю задачу. Активизируй наружку. Купер должен быть под колпаком двадцать четыре на семь. Если Юрий не выйдет на связь сам — может, он оставил закладку, может, передаст через третьих лиц, может, просто будет маячить где-то поблизости, проверяя, чисто ли. Твои люди должны это засечь. Усиль наблюдение. Добавь людей, если нужно. Я даю «добро» на все, что потребуется.

Харпер молча кивнул. Его лицо не выражало ни согласия, ни несогласия — только холодную готовность выполнить приказ. Келли перевел взгляд на Мартина.

— Майор. Джек прав: вероятность, что объект сам придет к Куперу, исчезающе мала. Значит, Купера нужно будет брать и проводить экспресс допрос.

Мартин подобрался. В его глазах мелькнуло что-то — не радость, но предвкушение.

— Когда, сэр?

— Думаю, мы дадим день-два Харперу. Пусть его люди посмотрят за Купером. Ты будешь на прямой связи с Джеком. Если Юрий появится, будем брать его. — Келли усмехнулся уголком рта, — А если нет, ты с твоими людьми берете промоутера. Аккуратно, тихо, без шума. Привозите в тихое местечко. И вытряхиваете из него все, что он знает. Как его нашел объект. Где они встречались. Какие договоренности. Что обещано. Имена, адреса. Все, до последней мелочи.

— Он может не сказать ничего путного, сэр. Русский очень осторожен. Не думаю, что Купер много знает о нем. Возможно даже, что Юрий заказал документы у Купера не на прямую, а через посредников.

— Значит, вытрясете из него то, что он знает, о том, кто заказывал. Опиcание, привычки, манеру речи, любые детали. Мне нужно, чтобы мы составили портрет и вышли на заказчика. Пойдем по цепочке и, все равно, выйдем на Юрия.

Мартин кивнул. В его глазах горел холодный огонь. Харпер бесшумно отделился от стены.

— Я начинаю, сэр.

— Действуй, Джек, — кивнул Келли. — Не дай себя провести этому русскому.

Харпер молча кивнул и исчез за дверью. Мартин проводил его взглядом, потом повернулся к Келли.

— Сэр, я насчет Ричарда… Разве он сейчас не стал слабым звеном?

Келли долго молчал. Подошел к окну, за которым сильный ветер гнал пыль по улице.

— Уотсон — лучший из тех, кто у меня был. Он не предаст. Он просто… устал. Имеет право. — Келли повернулся, и в его глазах Мартин увидел то, чего не ожидал — боль. — Но дело есть дело. И мы его закончим. Без него. Вопросы, майор?

— Никак нет, сэр.

— Тогда готовь людей. Джек даст сигнал — и дальше работаешь ты и твои люди.

Мартин молча козырнул. Келли кивнул, подошел к сумке, достал папку с бумагами и разложил на столе. Карта, схемы, фотографии. Рабочий день только начинался.

* * *

Лежу на матрасе, который привез мне два часа назад Карлос. Он еще завез продукты, воду и лекарства. Об этом месте знают только Габриэль, Карлос, гример Элвис и врач Мануэль. Конечно, то что знают двое, знает и свинья, а тут целых четверо, но в данном случае, то, что все они мексиканцы, люди Габриэля и главное — хорошо ко мне относятся, снижает риск обнаружения. По большому счету, в том состоянии, в котором я сейчас нахожусь, у меня не было другого выхода, кроме того как обратиться к Габриэлю. Он заинтересован во мне. Пропадет ли этот интерес, после того как наше общее дело будет завершено, вопрос открытый. Но, надеюсь к тому времени достаточно оклематься, чтобы суметь справиться с ситуацией в которую попал и без посторонней помощи. Хотя, с помощью, все таки лучше.

У меня есть почти двое суток, чтобы максимально восстановить организм, потрепанный боем с Отчаянным Джо и раной полученной от Фредо. Хорошо еще, что ранение пришлось в мышцу и не была задета кость. Вовремя оказанная медицинская помощь и антибиотики позволяют надеяться, что заживление пойдет правильно, но организму нужно помочь. Именно этим я сейчас и занимаюсь. Собирая плотный шар «ци» у себя в животе.

Потратив значительное время, чтобы растворить все отвлекающие мысли и устремления, я сейчас полностью сосредоточен на дыхании, ощущая, как с каждым вдохом, в животе растет теплый пульсирующий шар, а с каждым выдохом большие воображаемые ладони уплотняют его. Три недели в Саурленде, проведенные в пещере, позволили мне достичь некоторых интересных результатов. Теперь, я гораздо отчетливей «вижу», а может воображаю, внутренним взором каналы меридианов, проходящие сквозь тело.

По представлениям китайской медицины, есть двенадцать основных меридианов, вдоль которых проходят активные точки. Например это меридианы: легких, толстого кишечника, сердца и другие. Но кроме основных есть дополнительные меридианы, которые позволяют перегонять «ци» к костям, мышцам и сухожилиям. Китайцы считают, что «ци» течет по этим невидимым каналам — меридианам. Каждый из них связан с определенным органом и частью тела. Мне сейчас важнее всего те, что питают мышцы и кости правой ноги, где перед внутренним взором пульсирует ярко красная даже не точка, а целая огромная безобразная клякса. Именно туда я сейчас гоню свою «ци», буквально вымывая оттуда красноту. Сейчас поток «ци» нейтрально голубой, напоминает чистую воду. «Клякса» не сдается и ручейки «ци» начинают обтекать ее, заключая в окружение. «Клякса» неритмично пульсирует и ее отростки, время от времени, словно копья пронизывают тонкую голубую пленочку, которая окружает ее. И тогда приходится начинать все заново, окружая уже отростки и «загоняя» их обратно в «кляксу».

Гоню и гоню «ци» из плотного пульсирующего шара, собравшегося в нижнем дань-тяне в правую ногу, давая возможность голубой пленке стать толще, и начать сжимать противную красную «кляксу». Ее попытки прорвать окружение становятся все реже и реже, и мне даже кажется, что сама «клякса» начинает уменьшаться в размере, стягиваемая толстыми синими жгутами, которые наросли поверх не такой уж и тонкой голубой пленочки, окружающей «кляксу».

Сейчас, опутанная синими жгутами, та уже больше похожа на безобразную красную колбасу, плотно перевязанную веревками. Бока этой своеобразной колбасы еще пытаются вывалиться из сдерживающих ее веревок, но тонкая пленка голубой оболочки держит всю эту массу, а жгуты стягиваются еще сильнее, заставляя уменьшить объем.

Пульсация в кляксе нарастает, она становится нестерпимо горячей, но прохладные голубые жгуты не дают этому жару вырваться наружу. Синие жгуты давят и давят, но больше не могут заставить кляксу стать меньше. Устанавливается равновесие.

Теперь представляю что цвет ци идущий в ногу становится золотистым. Формирую золотистый кокон, вокруг стянутой голубыми жгутами «кляксы». Представляю как из золотистого облака, окутавшего собой очаг воспаления,