Обратники - Наташа Эвс

— Если бы я был сильным, смог бы противостоять тебе. Но я не такой.

— Зачем? — Валентин шагнул ближе и сжал пальцами мое плечо. — Зачем прыгать со скалы, чтобы добраться в долину, если можно обойти скалы и спуститься целым и невредимым? Какая глупость. Ты не знаешь себя, Марк, в этом вся загвоздка. Я предлагаю тебе узнать. Давай сделаем это вместе. Никто не знает, каковы его силы, пока их не использует.

Не отрывая от меня гипнотического взгляда, Валентин махнул рукой в сторону, изобразив что-то в воздухе, и я тут же почувствовал мощный прилив энергии. Мне открылось новое видение мира, полученная сила рвалась наружу, и это заставило меня вздохнуть полной грудью.

Я не заметил, как мы оказались у Алых Врат, мои руки развернули скоростную воронку, в кольца которой потянулись тени и сгустки. Их было так много, что от обилия полученной энергии, я не смог сдержаться и заликовал в голос, закинув голову вверх.

Мой родственник был рядом. Я чувствовал его невидимые руки внутри себя, его существо временами со мной сливалось, а поток силы, который исходил из теней и сгустков, переходил от меня к нему и обратно. Мы были сообщающимися сосудами. И это наполняло меня странным чувством удовольствия.

Неожиданно сквозь вращение колец появились знакомые синие глаза. Сначала они были в пространстве, потом мое зрение вырвало меня из карусели эйфории, и я увидел лицо Мии напротив. Она стояла у большой руны, это далеко, но мне казалось, что она совсем рядом.

Остановив вращение, я резко свернул воронку и шагнул вперед, как вдруг оказался рядом с Мией.

— Вы закончили? — сухо спросила она.

— Дорогая, — поприветствовал Валентин. — Тебе нужен Марк?

— Да.

— Отпускаю вас, — довольно произнес брат. — Такие плоды достойны большой награды. И вы ее получите.

Через минуту мы поднимались по винтовой лестнице, а я был словно в прострации и не понимал себя. Мне было хорошо? Или я сделал что-то ужасное? Почему мне так сладко на душе? Разве может так быть рядом с древним злом? Что он сделал со мной? Почему теперь мне не хочется уходить от него? А может, проявилась моя сущность? И это всего-навсего я?

Мия остановилась на полпути в коридорах правого корпуса и развернулась ко мне.

— Ты не хочешь уходить от него. Как быстро меняется твое сердце.

— Почему ты пришла к нам? — задал я вопрос, мысленно возвращаясь к Алым Вратам, чтобы ухватить то ускользающее чувство, что поразило до глубины.

— Твое существо очень страдало, — ответила Мия. — Оно взывало к помощи. Но теперь… Теперь ты полон силы и удовлетворения. Это два абсолютно разных состояния. Марк… Прошу, очнись.

— Что ты! — я тряхнул головой. — Все нормально. Это же я.

— А! Вот и парочка твикс! — раздался громыхающий голос идущего к нам Януша. — Братан! — Он раскинул руки и неожиданно крепко заключил меня в объятия. — Как ты тут без нас? Что нового?

За Яном появился Серафим, мы обнялись и отправились в общий холл нашей домашней зоны, где ждали ребята, после чего все стали живо обсуждать последние дни и открывать новости. Для меня поток их информации был сродни многоканальному радио, что-то во мне изменилось, но я не уловил причину. Ее указала Мия, когда мы остались в холле одни, она потянула меня на улицу и повела в то самое место на пирсе.

— Перемена случилась с тобой внезапно? — спросила она, опустившись с самого края. — Ты вдруг почувствовал знание? Или силу?

Я пожал плечами:

— Почти так. Он звал меня, и когда мы оказались вместе, как-то все изменилось. Какой-то другой уровень познания. И это слияние с ним… Оно потрясает.

— Марк, на тебе руны. Это Ансуз и Кеназ, мощная энергия, мудрость, получение даров. Это не твое.

— Откуда ты знаешь?

— Чувствую. — Мия повернулась и задержала на мне взгляд. — И еще какой-то знак. Незнакомый. Видимо, их тайный. Послушай… Ты не забыл наш последний разговор? Мы втроем были в его кабинете.

— Помню, конечно. И что?

— Ты знаешь, кто перед тобой, когда стоит Валентин Штефан?

— К чему ты клонишь?

— Ты теряешь себя, — печально произнесла Мия. — Он может победить.

Мне не понравился тон напарницы.

— Я получил нечто большее, это меня устраивает. Знания дают преимущества, и я намерен их испить до капли.

— Только когда это случится, ты станешь им.

— Я останусь собой. Подражание — удел слабых.

— Марк, — Мия поднялась и с тревогой посмотрела в мои глаза, — послушай, что ты говоришь. Будь сильнее. Не дай ему опутать свое сердце, вспомни об отце…

— Я услышал тебя, — пришлось перебить мне, потому что тяга к шестому отсеку пересилила причины оставаться на пирсе. — Но сейчас мне нужно идти.

После этих слов я развернулся и ушел, предвкушая встречу с братом.

Валентин был рад моему возвращению. Он показал пространство внутри Алых Врат, познакомил с новыми состояниями, научил отбивать возникающих существ. В этот период я узнал больше, чем за всю жизнь. Но мне было мало. Катастрофически мало. Хотелось еще, больше, глобальнее.

— Открой мне еще одну руну, — попросил я. — Мне нужна Иса.

Мой родственник приблизился, внимательно глядя в глаза.

— Зачем? Разве тебе не достаточно открыто?

— Этого мало. Мне нужно больше. Я чувствую, что могу принять еще. Внутри все горит… Горит… Мне нужна Иса.

— Хорошо, — согласился Валентин. — Только применяй ее осторожно. В крайних случаях.

После этих слов брат развернулся спиной и с размаху поставил огненный кол, рядом с ним еще несколько, пока не выстроилась шеренга.

— Здесь находится Иса, — сказал он. — Найди ее.

Я оглядел пылающую шеренгу и закрыл глаза. Мне нужно погрузиться в себя, чтобы узнать руну. Услышать ее, увидеть и почувствовать.

Каждая, к которой я обращался внутренним взором, не подходила под описание силы этой руны. Очередная пылающая трость удалялась взмахом моей руки. Как вдруг ощущения остановились, все застыло и замерло. Мне было сложно даже думать. Я шагнул ближе и склонился над центром этих изменений, распознав руну.

— Вот она, — указал я. — Это Иса.

— Браво, — довольно качнул головой Валентин. — Но будь осторожен. Эта руна может остановить тебя без твоего согласия. Просто знай об этом.

Открыв Ису, я почувствовал сильную скованность, что было неприятно, захотелось тут же удалиться.

— Мне тяжело с ней, — признался я. — Нужна энергия, много энергии, а Иса останавливает все.

— Ты прав. Она останавливает все процессы. Это непреодолимое препятствие. Пойдем кормиться, больше пользы.

Мы перешли в другую зону пространства, где я привычно развернул воронку, дав эмбриону свободу, и мы погрузились