Методика выживания - Юрий Анатольевич Здоровеющий

– Почему же не спросишь про свое основное оружие? – с подвохом поинтересовался командир у Мойры Слейтор.

Девушка едва облачилась в титалитовый броне-нагрудник. Теперь закрепляла наплечники и защиту бедра. И пусть она еще не закончила, уже успела отметить тот факт, что громоздкая с виду, на самом деле броня бойцов из Проекта гораздо удобнее, легче, а стало быть, и практичнее штатного защитного комплекта войск США.

– Сэр, командор-майор, сэр, – затараторила Слейтор. – А разве мое оружие не сам МЕХ?

Улыбки соратников озарили их лица. Улыбки не злые, а скорее снисходительные.

Мойра смутилась. Успела подумать, что снова ляпнула невпопад.

– Это верно, – кивнул Станислав. – Если ты будешь к нему относиться так, как только что высказалась, то МЕХ станет нам всем добрым другом. А тебе, дорогуша, чтобы жизнь не чудилась сказкой, как бойцу огневой поддержки полагается гатлинг-лазер. Штучка тяжеловатая, но весьма полезная. Особенно в скоротечных атакующих… да и в защитных боях.

С этими словами командор открыл створу оружейного шкафа с образцами тяжелого вооружения пехоты. Взгляду американки предстал трехствольный лазерный пулемет. Вместо привычных энергетических батарей его распределительный блок мягким кабелем стыковался с переносным аккумуляторным ранцем, висевшим у стрелка за спиной.

– Забирай, – приказал командир, и сам помог Мойре закрепить ранец широкими ремнями. – Не тяжело? Справишься? Отвечать честно. Геройство и самопожертвование к черту. Когда бойцу неудобно или слишком тяжело, от него невелик прок в бою, если он вообще будет, тот прок. Так что говори все, как есть. Соврешь – я пойму. И что тогда произойдет?

– Жопу порвет! – сходу выпалила Сара и с виноватой ужимкой спряталась за подругами.

Веселый смех разразился в оружейной комнате. Вот только Мойре не очень хотелось смеяться. Хоть девушка и поняла, что выражение образное, но с трудом могла сопоставить его с действительностью.

– Нет, сэр, – покраснев, ответила Мойра. – В пределах нормы. Я думала, он тяжелее.

Стас улыбнулся. Ничего не ответил.

Спустя четверть часа дружная команда «Черных Ведьм» выходила из лифта уровня «А». Именно тут, на верхнем уровне базы, располагались ангары истребительной и штурмовой авиации.

У оперативного дежурного Станислав сделал запись в журнале. Зафиксировал пробный учебный полет обновленного экипажа. Связался с командующим и получил «добро» адмирала покинуть ангар.

Внутри стояночного помещения с литером «А-9» группа «ведьм» встретилась с Кимберли Уотсон. Внимательный взгляд Станислава снова заметил Эрвина Гросса. Администратор выходил из ангара через ход сообщения в противоположной стене. Заметил Стас и смущение Кимберли.

– Разрешение на учебный вылет получено, – объявил он подчиненным, самостоятельно вставшим перед шефом ровной шеренгой. – Капитан, готовьте машину и предоставьте доступ в десантный отсек.

Кимберли буквально бегом бросилась выполнять распоряжение Станислава, что, кстати, ему очень понравилось. Дружба – это прекрасно. Но настоящий друг никогда не поставит приятеля перед выбором: выполнить долг или совершить сделку с совестью.

Плавно открылись десантные створы с обоих бортов. Загудели ровным баском прогревочные двигатели. Командир поднялся по трапу, прикинул в уме «за» и «против», и рассадил каждого бойца лично.

– Запоминайте. Это ваши места. Привыкайте сразу…

Опустилась и наглухо зафиксировалась водонепроницаемая переборка ангара. Открылась другая, соединявшая стояночный отсек со шлюзовой камерой. Лениво покачиваясь, «Вампир» переполз туда и снова замер в ожидании следующей процедуры.

– Закрыть жалюзи, – скомандовал Станислав, сидя в кресле второго пилота. – Включить блок гашения перегрузок. Навигационные системы в рабочий режим.

Мощные насосы начали закачивать в камеру морскую воду. Стекла кабины закрылись надежными «шторами». Несмотря на то, что они сами выполнены из толстого армированного пуленепробиваемого стекла, защита в определенных моментах им все же нужна. Давление двухсот сорока тонн забортной воды на один квадратный метр площади – это не шутка.

В кабине новейшего корабля стало темно. Почти темно. Слабое ходовое освещение разбавляли многочисленные разноцветные огоньки приборных панелей и экранов компьютеров.

– Готовность номер один, – объявил Станислав. – Поехали, дамочки.

Как только выровнялось давление и открылась наружная створа ангара, «Вампир» неожиданно легко скользнул в пучину Черного моря, словно заждался желанной прогулки.

– Капитан-лейтенант Уотсон, примите управление на себя.

Голос командора прозвучал властно, но без нажима. И теперь, когда Станислав это сказал, сам он с улыбкой младенца наслаждался ситуацией, окрещенной специалистами: «эффект дежавю». Кимберли вела корабль подобно самому Станиславу в тот момент, когда она позволила ему управлять «Барракудой» после пятнадцати лет застоя. То же выражение «счастливой влюбленной» на лице пилота. Тот же искрящийся азартный взгляд.

– Ну как? – спросил Стас, нарушая молчание.

Кэми на секунду отвела глаза от монитора гидролокатора.

– Не поверишь, – сказала женщина. – Я сейчас просто описаюсь от восторга. Боже! Какая легкость. Какая стать. Невероятно, – тут она словно бы спохватилась. – Кстати, а почему ты не синхронизировался, как сделал это в прошлый раз?

– Потому что я давно ввел себя в базу данных корабельных систем. Он и так уже мой. Разве не видишь… На какой мы сейчас глубине?

Кэми взглянула на показания приборов и ответила:

– Поднялись до девяти метров, сэр. На поверхности штиль. Прикажете всплыть?

– Убрать жалюзи. На глубинах до сорока метров наши стекла давление выдержат даже на полном ходу. И, Кимберли, не нужно было слишком высоко всплывать. Нырни до двадцати метров. При такой скорости мы оставляем позади бурун. Враги по нему могут легко вычислить наш корабль. Кстати, ты же прочитала характеристики. Обратила внимание, «Вампира» и под водой та же «ракушка» уже не догонит. Он быстрее ее. И проворнее.

– Да! – сходу подхватила Кимберли Уотсон. – Еще бы!.. Ой! Как в аквариуме… Здорово! Полюбуемся на морских обитателей. Здесь жизнь уже существует. Давай пока не будем всплывать? Жалко, девчонки не видят такой красоты.

Женщина! Все же это существо – существо эмоций. Увидела изнутри морские красоты и все! Забыла о субординации. Даже о том, что находится на задании. Учебном? Да. Пока! Но война вокруг. Так что любое учебное задание может в мгновение ока перейти в боевое.

Станислав промолчал. Пусть налюбуется. Война войной, а красота вечна, если она есть. Стас всегда по-доброму завидовал людям, умеющим находить красоту буквально во всем…

– Осуждаешь меня? – казалось бы невпопад спросила Кимберли.

Увлеченный собственными мыслями наряду с наблюдением за ходом полета, командор не сразу сообразил,