Рецепт выживания - Виктор Викторович Зайцев

шагов по лестнице подъезда, я попросил женщин сесть в стороне от возможной линии огня через дверь. Когда в дверь начали стучать кулаками, крича «Открывай, сволочь!», я испугался, что разбудят ребёнка и открыл дверь. На меня навалились сразу четверо мужчин, у двоих были в руках ножи, а главный из них размахивал пистолетом ТТ. Почти, как в американских боевиках. Уронить им меня не удалось, но к стене в прихожей прижали. Что дало мне точку опоры и возможность быстро ударить всех четверых, не сильно, чтобы не убить, но достаточно, чтобы все незваные гости отлетели к противоположной стене, по которой сползли на пол.

Только после этого прекратили материться и угрожать мне и всей моей семье. Кто-то хорошо информировал обо мне уголовников, обязательно разберусь с этими сволочами. Пока я собирал выпавший из руки Блина пистолет и три ножа, валявшиеся на полу, Нина и Татьяна глядели на эту картину огромными глазами. Не дожидаясь нового рвения от уголовников, я привычно обыскал всех, выбросил в сторону залы ещё три ножа и один пистолет. Потом перевернул бандитов на живот и связал руки за спиной их же ремнями. Сел перевести дух и спросил свояченицу:

— Что, товарищ младший советник юстиции? Как Вы квалифицируете их действия? Неужели хулиганство?

Мне было интересно, насколько точно Таня сформулирует своё мнение.

— Полагаю разбой, как минимум, грабёж, — невозмутимо ответила Татьяна.

— Ну, требований финансового характера они не высказали. Только матерились, даже не в общественном месте. Об оружии скажут, что нашли в подъезде и хотели у меня оставить. Их даже за мелкое хулиганство трудно привлечь. Может, им премию от прокуратуры выписать за сданное оружие?

После моих слов Таня плюхнулась обратно на диван и задумалась. Мои слова о премии за оружие пропустила мимо ушей. Такую норму в России введут лет через десять. Я попросил Нину уйти к ребёнку, чтобы тот не проснулся. И сел на стул напротив свояченицы. Только что мною были кратко изложены ей самые вероятные действия людей Севы Блина и его самого. А младший советник юстиции Любимова поняла свою беспомощность перед обычными уголовниками.

Я, конечно, несколько преувеличил, мелкое хулиганство можно было оформить, но штраф в пятьдесят рублей не разорит уголовников, а пятнадцать суток им вряд ли дадут. Потому как на момент рассмотрения материалов в суд приедет адвокат Блина с тремя справками о сильнейших хронических заболеваниях своего клиента, от которых Сеня просто умрёт в камере, даже за одни сутки пребывания там. Естественно, судья не рискнёт выносить решение об административном аресте, что может грозить ему взысканием и лишением статуса. Зачем ему такой риск из-за простого хулигана? Было бы серьёзное преступление, а тут мелкое хулиганство, пусть менты лучше работают.

Татьяна с её сроком работы понимала все мелочи не хуже меня. Я усыпил Севу с бандитами, чтобы они не мешали разговаривать, и ждал реакции свояченицы. Когда женщина пришла в себя и вопросительно посмотрела на меня покрасневшими глазами.

— Что делать?

— Не знаю, завтра мне надо лететь в командировку. Как вас одних оставить? Завтра Севу Блина выпустят, и он придёт уже к вам обеим. Охрану оставить? А что сделает охрана против пяти-шести пистолетов? Что может сделать прокуратура? Я простой массажист и не имею никаких прав. Ты прокурорский работник, у тебя прав в десять раз больше, сама предлагай.

— Они меня слышат? — Свояченица кивнула на бандитов.

— Нет, они потеряли сознание от моих ударов в нужные точки. На час-полтора.

Таня открыла глаза, как сова, проговорив: — Ты и это умеешь?

— Иногда получается. Так, что ты надумала?

— У меня есть знакомый судья в нашем районе, я часто у него в процессах участвую. Надо его попросить, чтобы он осудил всех четверых на пятнадцать суток. Адрес его я не знаю, он человек семейный. Но помню телефон, может позвонить?

— Телефон у меня прослушивается. Ты позвони ему, скажи, что приедешь в гости по важному для тебя делу через пару часов. Если согласится, вызывай милицию и будем оформлять мелкое хулиганство. После отъезда наряда с хулиганами, я тебя отвезу. Только не разрешай меня забирать в отделение. Там продержат до утра, да ещё материал на меня заведут, что я избил хороших людей, просивших о помощи. Договорились?

Таня кивнула и спросила: — Так я звоню?

Я кивнул головой в ответ и пошёл в прихожую проверить дверь, не выбили ли её? Дверь оказалась целой, но я пару раз закрыл и открыл дверной замок и саму дверь. Надо ставить вторую дверь, стальную. Пока это не принято, буду первым. На Уралмаше и закажу у знакомых ребят, они большую часть времени простаивают. Калыму будут рады.

После того, как Таня вызвала милицию, на телефон уселся я. Позвонил в районную больницу, где главным врачом работал мой знакомый. Узнал, что он сегодня дежурит и переговорил насчёт Олега. Он не знал состояние раненого, но обещал проследить, чтобы меня пустили к моему другу. Хоть в час ночи. Тут и милиция приехала, быстро опросили нас с Татьяной, Нину тоже. Забрали срочно разбуженных мною хулиганов и увезли их в дежурку. Таня попросила оформить мелкое хулиганство. Сказала, что заберёт хулиганов утром сама и позвонила дежурному. После чего мы съездили к судье, с которым свояченица договорилась за десять минут, и я отвёз её к ней домой. У свояченицы завтра первый рабочий день после отпуска, надо подготовиться. В результате, в больницу приехал только ближе к полуночи.

— Ты где был? Я чуть с ума не сошёл! — Едва не накинулся на меня с кулаками Лёха.

— Занят был, в милиции. — Отодвинул я парня от себя и подумал, что надо завязывать с такими друзьями. Быть вечной нянькой у них, да бесплатно, не хочу. Скоро они меня бить начнут, если не помогу, когда потребуется, вместо благодарности.

Меня снабдили халатом и пропустили в реанимацию, к Олегу. Дежурный врач коротко перечислил повреждения пациента. Да, судя по ножевым ранам, Олега порезали не хулиганы. Самые тяжёлые поверхностные раны я убрал, оставив на теле только разрезы кожи, чтобы врачи ничего не заметили. Внутренние органы трогать не стал, их повреждения непонятны, операция запланирована на завтра. Слава богу, внутреннего кровотечения нет. Но мне удалось привести Олега в сознание. Он меня узнал и чётко рассказал, что его подкараулили и хотели убить бойцы из группы уголовника Сизого. Тот подминает под себя кооператоров нашего района не только за охрану,