"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 - Никита Киров

class="p1">Я уже неоднократно взвинчивал интенсивность схватки, изыскивая все новые возможности и изобретая трюки, однако «небожитель» не отставал и держал темп. Я не знал сколько времени мы бились. Минуту, две, три. По ощущениям — несколько часов так точно. Мы обменялись тысячами ударов и еще больше улетело «в молоко». Любой Разделивший на моем месте давно бы уже выдохся, но у меня еще оставалось достаточно сил, чтобы продолжать!

Раз за разом мы то сближались, то вновь отдалялись, чтобы потом опять сократить дистанцию. Порой мне казалось, что Сатвелеон просто со мной играет, но я гнал от себя эту мысль, видя, что ему тоже приходится нелегко. Кто бы мог подумать — человек на равных сражается аватаром! И не кто-то другой, а я!

Никогда о подобном не мечтал, но теперь приходилось соответствовать.

Ведь в случае поражения я не просто лишался жизни, но и вся людская раса навсегда прощалась будущим, и уже через несколько поколений Земля окончательно перейдет к чертовым нелюдям.

Такому не бывать!

Выписав еще несколько фигур высшего пилотажа, мы с врагом оказались над главной площадью, где за секунду обменялись сразу несколькими десятками ударов. В результате чего Фангалинор получил пару новых дыр в груди, а аватар лишился левой стопы, сгоревшей в ядовито-зеленом пламени. Однако, не похоже, чтобы его это как-то смутило. Ведь то было даже не его настоящее тело.

И тут до моих ушей донесся знакомый голос, каким-то чудом умудрившийся перекрыть грохот схватки. Тот принадлежал Леуштилату. Но обращался мой друг отнюдь не ко мне.

— Сатвелеон, Бог Света, Хранитель Тепла, Властелин Солнечного Огня! — молился воин-жрец, задрав голову и вскинув руки ладонями кверху. — Я, раб твой, смиренно прошу пощадить Леона. Я знаком с ним с самого детства. В нем нет зла. Все его поступки направлены лишь на благо людей. О, Сияющий Вседержитель, пожалуйста, увидь в нем тот же свет, который вижу в нем я. Именем твоим заклинаю…

— Заткнись! — коротко бросил аватар, швырнув в своего верного адепта сверкающий золотой меч размером не меньше Экскалибура. — Не до тебя сейчас.

Леуш даже не пытался защищаться. Колдовское оружие пронзило его насквозь, пригвоздив к земле, словно редкую бабочку к куску пенопласта. Мой друг так и замер с раскинутыми в стороны руками и широко распахнутыми от удивления глазами.

— Ты за это ответишь! — сквозь зубы процедил я, чувствуя, как во мне вскипает волна праведного гнева. — Этого, тварь, я тебе не прощу!

— Тебя ждет та же участь, чел. — невозмутимо ответил мне «бог». — Прими свою смерть.

— Хрен там плавал!

Я не хотел пользоваться этой наработкой, потому что еще не до конца ее завершил. Я чувствовал, что можно сделать ее еще лучше. Еще сильнее. Но мне опять не хватило времени. Чертов нелюдь вывел меня из себя и вынудил играть по-крупному. Что ж, пусть будет так!

Повинуясь моей воле, Теневой могильник резко раздался вширь и из него вылетела величественная четырехметровая фигура. Ее тело полностью состояло из смеси преобразованных частиц — фиолетовых и ядовито-зеленых — причудливым образом переплетавшихся в извращенной гармонии. Защиту же составляла такая же костяная броня, как у меня, созданная при помощи видоизмененной Несокрушимой Крепости Некроманта.

Плод многих часов моих упорных трудов. Аватар смерти!

— Что это? — не поверил своим глазам Сатвелеон. — Это… Лайоллана⁈ Так вот почему она скрылась в своем царстве. Тупая дура проиграла простому Разделившему. Но как у тебя рука поднялась осквернить божественный облик своей грязной магией⁈

— Богов нет. — с холодной яростью в голосе произнес я. — Ни ты, ни она не боги. Ты подтвердил это своими действиями. И теперь поплатишься!

— Я не такой, как она! — грозно взревел аватар, формируя вокруг себя целый сонм всевозможных заклинаний, сотканных из чистого света. — Сдохни, чел!

Глава 26

От сияния бесчисленного множества направленных на меня стрел, мечей, копий и другого сотканного из света оружия весь мир передо мной превратился в сплошное ослепительно-белое пятно. Сошедшей с гор лавиной чары неслись к моей костяной Крепости, собираясь захлестнуть ее и снести, не оставив и следа. Мне даже пришлось переключиться на зрение прислужников, чтобы хоть как-то видеть происходящее.

Но вот Лайоллане подобное явно не мешало. Она лишь слегка повела рукой, и мой замок окружила защитная сфера, едва коснувшись которой любые заклинания развеивались в пространстве, будто их и не было. Столь сильно бесившая меня магия «богини» теперь служила мне! Как, собственно, и она сама.

Я не соврал, когда сказал, что еще не закончил работу над аватаром смерти. Манипуляция с эфемерной материей давалась мне куда сложнее, нежели чем с мертвой плотью или даже с душами. Из-за чего сейчас мне (как некогда с первым украденным у Троттов гулем) приходилось постоянно подпитывать прислужницу своей силой. А костяная броня служила ей не только для защиты, но и одновременно поддерживала форму, не давая рассыпаться.

Массированная атака Сатвелеона не просто не причинила вреда моему замку — она вообще его не достигла!

А следом настал уже мой черед показывать цыганские фокусы, и послушная моей воле Лайоллана обрушила на обескураженного врага всю свою мощь! Заплясали колдовские молнии; огонь и лед сплелись воедино, порождая причудливый смертельно опасный симбиоз; каменные, песчаные, стальные и прочие копья сотнями устремились к своей цели, закрыв небо. «Богиня» магии оправдывала свой титул, демонстрируя поистине феноменальную власть над стихиями. И теперь эта власть принадлежала мне!

В воздухе разразилась напряженная схватка между двумя аватарами. Даже у группы Разделивших не хватило бы сил поддерживать текущее состояние эльфийки, я же это делал в одиночку. При том продолжая управлять Фингалинором и Христофором, а также предпринимая собственный попытки достать врага.

Сражение перешло на совершенно иной уровень, и теперь уже каждый житель Света Зарницы следил за ним, затаив дыхание. Подобного не только никогда не случалось в истории Земли, но и помыслить о таком никто не мог. Два бога бились не на жизнь, а на смерть, и одним из них управлял человек, еще совсем недавно являвшийся их правителем. Или это страшнейшее богохульство, или новая реальность, которую остается только принять.

Я буквально чувствовал, как с глаз людей исчезают шоры, и они начинают постепенно прозревать. Я же стал для них поводырем, ведущим в светлое будущее!

Несмотря на сумасшедший натиск, Сатвелеон прекрасно держался. Его световые чары принимали всевозможные формы, одновременно отражая атаки и генерируя собственные угрозы. Вот только последних я больше не боялся и полностью сосредоточился на составлении плана победы.

И если для того, чтобы одержать верх