"Фантастика 2025-27". Компиляция. Книги 1-25 - Андрей Соболев

Шаг, второй, третий, четвертый… Из горла начинают рваться священные слова. Они тоже ложатся в нужном порядке, как и все происходящее здесь и сейчас.

Мерное дыхание окружающих, стук многих сердец, ворушение тьмы мыслей, шелест листьев священной рощи, клекот сокола, падающего в синеве раскрывшегося над головой купола…

Из начавшего сливаться в одно целое кольца воинов вдруг вычленился один. Из русинов. Тот самый, что охнул, пораженный невиданным зрелищем.

Глаза посмотрели в глаза. И из темноты карих чужих глаз, навстречу вдруг выплеснулась вода. До окоема. Пахнуло солью и гнилью, по ушам резанул скрип дерева об дерево. И встало пламя. Но не легкое, как от костра, а тяжелое, с черными шапками чада. Оно не грело. Сжигало, до костей обгладывая тело…

Удивительное дело, но земля, вроде бы истоптанная тысячами ног, пахла цветами. Теми, что растут на черноте опушек, только-только освободившихся от гнета тяжелых сугробов. И кружилась, кружилась, кружилась…

И полыхал священный костер Перуна, принимая самую большую жертву. Добровольную…

Кордно, лето 782 от взятия Царьграда, серпень

Ждан Ярославов с одобрением посматривал поверх книги на задержавшихся после занятия ребят. Братья-близнецы Счетоводы. Новак и Новик. Своеобразные ребята. Вечно растрепанные, одеты на пределе опрятности. То есть, еще чуть-чуть неряшливости, и будет неприлично. Но грань ребята, как ни странно, никогда не переходят. Хотя и оба немного не от мира сего. Блестящие численники, гордость школы. Наука о былом их совершенно не интересовала. Только цифры, только числознание[93]!

И вдруг, как снег на голову, с год назад явились на кружок былого[94]. Достаточно долго приходили на каждое занятие. Но и тут умудрялись выделяться. Не высиживали от начала до конца, а появлялись ближе к завершению. Чтобы накинуться на преподавателя с кучей вопросов. Интересовал братьев лишь один временной промежуток. Тот самый, что не давал покоя самому Лютому. Но если Ждана Ярославова мучила загадка происхождения русинов, то близнецы выспрашивали всё про племена, участвовавшие в Царьградском Походе. Их волновало не само течение похода, а участники росского союза. Обычаи, нравы, политика каждого племени и их объединений… Книги, рекомендованные преподавателем, зачитывались до последних букв, а после прочтения ребята приходили с новыми вопросами. Потом, так же неожиданно как появились, пропали. На несколько месяцев.

И появились сегодня. Как обычно, когда все уже по домам собрались. Зашли, привычно забыв поздороваться, хором обратились к Лютому:

— Ждан Ярославов! Мы всё сосчитали!

— И вам не болеть, — улыбнулся розмысл, давно привыкший к странностям близнецов. — Что сосчитали?

— То, что написано про Царьградский поход в учебниках — неправда, — сказал Новик. — Вот что мы сосчитали!

— Иначе всё было, — добавил Новак. — По-другому!

А может, и наоборот, сказал Новак, а добавил Новик. Попробуй различить две капли воды. Помнится, кто-то из учителей в шутку предложил братьев раскрасить по-разному. Одному прядь зеленую, второму черную. Или красную.

— И как иначе? — усмехнулся Лютый, разглядывая «ниспровергателей основ». — Если все было не так?

— Как — не знаем, — нимало не смущаясь, произнес Новак, — но не так, как в книгах пишут — точно. Мы сосчитали.

«Золотое правило» работы с детьми гласит: «Какую бы глупость ни нес ребенок, его надо выслушать и обсудить мысли. А не объявлять точку зрения воспитанника глупостью». Поэтому следующая фраза Ждана была вполне ожидаемой:

— И что вы посчитали? Давайте по порядку.

Ничего другого парни и не ожидали. Расположились за столами и начали обстоятельный рассказ.

— В Царьградском походе приняло участие огромное количество самых разных племен, — начал Новик. — Кроме союзов, относившихся к Киеву и вятичей, там еще сивера были, печенеги, меря, оросы, сполы… Ну и прочие. В книгах больше двух десятков указано. А ведь еще не все известны. Так?

— Так, — согласился Ждан. — Достаточно много народностей выставило своих воинов. Слишком многим Царьград поперек глотки торчал.

— У племен разные обычаи, вера, отношения между ними иногда достаточно натянутые. Часть до похода была данниками хазар. Но все вдруг договорились и пошли на стороне русов, — Новик остановился, но подупавшее знамя импровизированного доклада тут же подхватил второй близнец. — Это при том, что в минус втором году сивера ходили на сполов, а печенеги даже внутри себя смогли договориться, только когда им совсем край приходил — когда из Заволжья переселялись. И вдруг — все вместе, и дружно собираются в Царьградский поход. Так?

Розмысл кивком подтвердил правоту братьев. И свое с ними согласие.

— Мы посчитали вероятность создания такого союза, — снова заговорил Новак. — Заложили все, что удалось найти про каждое племя, его обычаи, ключевых личностей, отношения между родами, внешнюю политику… Год возились. Получилась бесконечно малая величина.

— Что получилось?

— Вероятность очень маленькая, — объяснил Новик. — Намного меньше, чем если хазары и ромеи друг друга бы перебили в войне на уничтожение. Или, если бы на Русь из Полуночного Нахаба войско приплыло. Захватывать.

— Ну, — усмехнулся Ждан, — ни того, ни другого быть не могло. При очень больших потерях война прекращается сама собой. Воевать некому. Да и боевые корабли ирокезов посреди Океана я представляю слабо.

— А росский союз еще менее вероятен, — сказал Новак, — во много раз. Не мог он образоваться.

— Но ведь поход-то был, — сказал Ждан, ехидно прищурившись. — Может, где ошибка в начальные условия вкралась?

Братья приуныли. Но ненадолго.

— Так мы ж о том и говорим. Что-то нам неизвестно о союзе. Очень большое. Но в книгах этого нет. И в Паутине тоже…

Лютого осенило. Будь на месте розмысла Буривой, или Скворец, те на подобное попирание Устава в жизни бы не решились. Но Ждан Ярославов ни военным не являлся, ни скрытником. Обычный розмысл. И вообще, в какие времена детская игра является нарушением скрытности?

— Скажите, а вам так интересно образование союза? Что да как происходило?

— Не-а, — честно признался Новик. — Нам сложные вероятностные задачи интересны. Чем сложнее, тем лучше!

— Тогда давайте усложним начальные условия. Предположим, что к вятичам пришли люди из сопредельного мира. Примерно такого, как наш. И самое главное, пришельцы, знающие, как развивались события без их участия. Как изменится вероятность такого союза? В какую сторону, так сказать, качнется?

Глаза близнецов загорелись предвкушением.

— А что они знали?

— Понятия не имею, что знали или могли знать, — «признался» Ждан. — Я их только что придумал. Возможно, знали все, как дела без них обстояли. А возможно то, что знаем мы. Или еще меньше, но умели то, что мы.