Фантастика 2026-80 - Мария Фир

— Ритуал знакомства. Видишь, за живот схватилась? Это знак: мол, не против сблизиться. Если бы схватилась за голову — то френдзона. Имитация ответного выстрела — значит полный отказ. Реальный выстрел — если почувствовала оскорбление своей персоны. Так бывает, когда ухажёр из более низкой касты подкатывает к знатной особе.

Эстебан долго смотрел на кокозавриху, потом на Скиппи, потом снова на неё.

— Чёртовы дикари.

Раджеш тем временем сделал несколько шагов вперёд и, подобно фокуснику, достал из кармана живую крысу. Он кортиком перерезал ей глотку и окропил кровью стол, за которым сидела девушка-кокозавр.

У них завязался разговор. Чуткий слух позволил мне сфокусироваться на нём.

— Всего лишь крыса? Слабак. Не сумел поймать ничего покрупнее?

— Ты и таракана не достойна, уродина. Я из касты ловцов! — Раджеш ударил себя в грудь. — А ты жалкая молельщица! — пнул по ножке стола. — Знай своё место!

Девушка склонила голову, но не покорно, а с каким-то вызовом. Раджеш выдернул из своего пышного красного хохолка одно перо, неспешно поднёс к её носу, давая принюхаться. Потом с подчёркнутой заботливостью протянул крысу. Клюв щёлкнул резко и сильно. Раджеш отдёрнул руку, на пол закапала кровь с прокушенных пальцев. Крысу она проглотила целиком, не жуя. Он посмотрел на прокус, победоносно улыбнулся и сел напротив.

Дальше пошёл обмен горловыми звуками, в которых оскорбления и комплименты чередовались с такой скоростью, что разобрать смысл становилось всё труднее. Я сложил тряпичную салфетку, вытер руки и твёрдо решил покинуть заведение. По словам трактирщика, чем дальше, тем громче: звуки кокозавров при сближении такие резкие, что потом несколько дней в ушах стоит звон. И это ещё не худший исход. С примерно равной вероятностью всё заканчивается поножовщиной или соитием, и трактирщик не уточнил, что из двух неприятнее для случайных свидетелей.

— Пойду на улицу Рыбаков по наводке, — сказал я, поднимаясь. — Кто-то должен присмотреть за Раджешем.

Друзья переглянулись. Эстебан встал первым, с грохотом отодвинув стул, и направился к выходу. Проходя мимо кокозавров, демонстративно сплюнул на пол. Молотовцы потянулись следом. Такеши никуда не пошёл — пожал плечами и с искренним исследовательским интересом уставился на воркующую парочку. Что ж. С такой поддержкой Раджешу точно ничего не грозит.

Глава 19

Не перестаю благодарить судьбу за навык кровавого фантома. Пока экипаж тянет паруса и правит курс к Штиру, я сижу дома, грею руки о кружку чая и слушаю, как за окном просыпается Оплот. В любой момент могу проверить что там и как, вернувшись на корабль. Но уходить не спешил. Калиэста ещё ночью предупредила, что Янис искал меня с таким видом, будто небо треснуло. Он клятвенно обещал явиться с рассветом. Потому я устроился за столом, прихлёбывал листовой чай с лёгкой горчинкой и наблюдал.

Калиэста собирала сына в детский сад. Первый раз. Она то укладывала вещи, то доставала их снова, перебирала цветные карандаши, проверяла ланч-бокс, разглаживала сменку ладонью. Квентин стоял рядом и с нарочитой серьёзностью следил за каждым её жестом. Торжественный момент для всех нас.

Я знал, что там ждёт первенца: письмо, счёт, карты Архипелага, азы выживания. Суровый набор для крох, которые ещё недавно спотыкались о порог. Группа набралась крупная, в неё входили в основном шустрые грызлинги с вечно растрёпанными ушами.

Уголки губ сами поползли вверх. Жизнь не спрашивает разрешения, просто несётся вперёд, и дети растут вместе с ней.

ТУК-ТУК-ТУК.

А вот и он. Я поставил кружку на стол и пошёл открывать.

Яниса узнал сразу, но пару секунд всё равно разглядывал. На нём красовалась зелёная казула. Ткань грубовата, но крой говорил о новом сане яснее любых слов. Теперь он уже не дьякон, а священник. На лице смешались торжественность и похмельная бравада.

— Доброго утра, Янис. С чем пожаловал?

Он переступил порог и расправил плечи.

— Мир тебе, начальник. Базар-то короткий. Силы высшие меня к вам в упряжку вписали. Катим в богомерзкий океанид вместе! Ты при власти, я при кресте. Не суетись — всё будет чётко, как чечётка.

От него пахло так, что я невольно отступил на полшага. Не перегар даже. Амбре. Плотное, выдержанное, с нотками фруктового вина и ещё чего-то, опознать что у меня не хватило желания.

Я прокашлялся.

— Хотел бы взять тебя, но минимальный порог для экипажа — двухсотый уровень. Чужую жизнь на себя вешать не хочу, а жизнь духовного лица — тем паче. К тому же алкоголя на борту не держим, — я взял паузу. — Говорят, в тех водах твари на запах рома сплываются. А у тебя он, кажется, вместо крови.

Янис нервно дёрнул щекой и отвёл взгляд в сторону. На лице застыло оскорблённое достоинство, дескать, его записали в алкаши без всяких на то оснований.

— Уровни-шмуровни… Ты пойми, капитан: мне оно даром не сдалось. Но Йозеф велел нести слово Божье на «Гневе Богов». Видение у него было. Без Святого Духа вам там крышка, — он резко подался вперёд. — Отвечаю на. Сам знаешь, епископ зря воздух не сотрясает.

— Хм-м, это меняет дело. Но есть условие. Вытаскивай из рюкзака все запасы горючего. Знаю я тебя.

Он помедлил ровно столько, сколько позволяла гордость, после чего снял суму и поставил её между нами. Из недр появились два бочонка: ром и пиво. Краем глаза я поймал на его лице едва заметную тень улыбки. Спасибо высокому восприятию.

— Неприкосновенные запасы тоже выгружай.

— Ёк-макарёк, так вот же они, — он указал на бочонки.

— Янис!

— Клянусь, рома больше нет!

— Доставай остальное. Всё, что крепче воды.

Арсенал пополнился ящиком с грогом. Потом на пол легли несколько бутылей джина и водки. В самом финале он с видом, будто отдаёт последнее и невозвратное, извлёк глиняную амфору без опознавательных надписей.

— Это всё?

— За слова отвечаю! Или прикажешь и квас в расход пустить⁈ А?

— Квас можешь оставить. Готов к отправке?

Янис кивнул, и я перенёс его в капитанскую рубку. За штурвалом привычно стоял Сумрак.

Мы шли полным ходом на юг. Ветер гнал нас ровно, паруса не провисали. К вечеру доберёмся до Штира. Я запрокинул голову и украдкой заглянул под нагрудник. Ключ не светился. Пока что.

Поднёс рупор к губам.

— Попрошу всех офицеров подняться в рубку.

Янис рванул вниз, точно его там ждали. Наверняка соскучился по братве, которая за последние недели обросла новыми лицами. Старшим у них сегодня числился Густаво.

— Узнал что-нибудь? — спросил я у Сумрака.

— Так точно. Вчера наслушался сказок на всю жизнь вперёд. Если допустить, что хотя бы десятая часть из