Тактик 11 - Тимофей Кулабухов

на большой пир, и про переезд поговорим подробно. Надеюсь, мою просьбу по добровольцам вы услышали? В целом, вам решать, вы вожди. Но я ценю воинов Леса Шершней и буду рад видеть их в рядах своих рот. А сейчас слово предоставляется достопочтенному Хайцгругу!

Слегка смущённый орк вышел вперёд, а Зойд подал ему кубок с вином.

Комендантская рота обошла вождей-гостей и подала им вино. Орки редко пили вино, так что это тоже повод испытать для себя что-то новое.

А я, воспользовавшись образовавшейся заминкой, скользнул к Шоту.

— Привет, сержант. Что-то случилось?

— Да, командор, случилось… Я думаю, Вам надо кое-то увидеть.

Он повёл меня за собой к ходу в подземелья замка.

— Что-то в подземельях, Шот?

— Не совсем. Мы проверяли их вдоль и поперёк несколько раз с гномами. Гномы жуть как любят искать клады. Но сейчас речь идёт не о кладе.

Мы оказались в подземелье, часть из которого заняли недавно построенные казематы для пленников. Большую часть пленных разместили в одной из казарм. Я пока не понимал, что с ними делать, четыре сотни ополченцев, наёмников, баронских солдат… В подвале обитали рыцари и офицеры. Только в одиночках и под тщательным присмотром комендантской роты.

Однако Шот повёл меня и не к ним, а ко входу в какое-то второстепенное помещение, где нас уже поджидали шесть гномов из числа сапёров.

— Приветствую, друзья-гномы, — несмотря на разницу в званиях, а тут были гномы от рядовых и до старшины Фотинга, я поздоровался со всеми за руку.

— Ну, показывайте. Вы что-то нашли?

— Шот нашёл. Но не совсем то, что мы бы хотели найти, — вздохнул Фотинг.

Гномы показали мне пролом в стене:

— Шот нашёл что за кладкой что-то есть.

— Кладка старая, — прокомментировал я.

— Да, очень. За кладкой обнаружился один из туннелей, таких же, как те «транспортные», которые мы использовали для перемещений. Но этот туннель на общих схемах не отмечен.

— И вы туда сходили?

— Мы же отважные исследователи! — с некоторой грустью сказал Шот.

— И что вы там наисследовали?

— Нам кажется, что это храмовый комплекс или капище. Но… Мы не можем понять, что за бог. Вместе мы вспомнили всех богов. Быть может это не бог? Полубог? В общем, мы решили позвать тебя, командор, и магистра Фомира.

Фомир действительно шёл сюда в сопровождении гнома-сапёра.

— Что тут, босс? — он зевнул так широко, что, кажется, мог вывихнуть челюсть.

— Не знаю, я только подошёл. Говорят, тут какой-то неизвестный науке бог окопался. А есть фонари?

Гномы кивнули, достали фонари и стали потихоньку втягиваться в пролом.

Мы с Шотом и Фомиром последовали за ними.

— Есть бог Кит Парганас, его ещё называют Солнечный Бог — бог Солнца, бог неба, покровитель воинов, покровитель царей, царь богов. Самый старший бог, — сонливым тоном стал бубнить Фомир.

Мы оказались в туннеле, он был неожиданно сухим, пыльным и со следами паутин по стенам. Пока ничего сверхъестественного не происходило.

— Далее, есть Тотус — бог морей, морской стихии, покровитель морской торговли, — не унимался Фомир. — Клегга — богиня мира мёртвых, покровитель кладбищ и ритуалов захоронения. Сфемата — богиня семьи, покровительница брака, рождения детей и соития. Она не любит Перкидая — бога луны, покровителя всех тёмных и мрачных существ, потустороннего. Он покровитель воров, супружеской измены, и, внезапно, пастухов.

— Никогда не задумывался что есть официальный список, — прокомментировал я.

— Ну, как официальный… Единственный.

— Нам понадобится для строительства Пантеона.

— Чего?

— Храма всем богам, если такое случится, то мы будем его строить. Я тут кое-кому обещал. Кто ещё есть из богов?

— Бриггун — бог искусств, творчества, всех гонцов и новостей, сплетен. Аная — богиня путешествий, странствий, покровительница всех кочевых народов, почты и сухопутного транспорта.

— Её я знаю лично.

— Да, Рос, ты говорил и не раз. Дикаис — бог справедливости, закона, а также мести, покровитель наук и чисел.

— И с этим пересекался.

— А есть, с кем ты не пересекался?

— Врать не буду. С остальными. Кто ещё?

— Индо — богиня красоты и любви, покровительница влюблённых. Хиккая — богиня деревьев и растений, сельского хозяйства, плодородия, покровительница всего живого. Григгас — бог, который умер и возродился во гневе из жерла вулкана. Орки считают его своим прародителем. Бог огня и пепла.

— Постоянно его упоминают.

— Лаякса — богиня виноделия, застолий, веселья, праздников, смеха. Скафс — бог огня, покровитель кузнечного ремесла и ремёсел в целом. Считается, что как и Григгас, связан с вулканами. А Полмос — бог силы, войн и свободы, покровитель военных действий. Он покровитель рыцарей, считай, твой бог как рыцаря.

— Мой бог… Другой. Откровенно говоря, никто из них не мой бог, хотя с двумя общался.

— Странный ты, Рос. Вроде не еретик…

Внезапно перед туннелем появилась арка, исписанная яркими символами, светящимися в темноте, а за ней был полусферический зал.

Туннель был длиной всего около полукилометра и ощутимого наклона не имел, но зал был высотой метров пятьдесят, не меньше, а значит, мы оказались на большой глубине под землей.

По краям зала стояли странные кубы с крупными символами, а в центре каменное изваяние и это изваяние было, во-первых, странным на вид, а во-вторых, от него буквально веяло силой, энергетикой.

Изваяние скорее моллюск, чем гуманоид. На четырёх крупных конечностях возвышалось тело, упакованное в конусообразный панцирь, откуда на мир смотрели шесть глаз, под которыми ротовая полость с сотней крошечных мандибул.

Высотой эта хреновина была по меньшей мере метров шесть и если она была в натуральную величину, то и весила тонны четыре, не меньше.

Я подошёл к нему поближе и спросил Фомира:

— Ну что, к твоему списку что-то применимо?

— Нет, Рос, ни на кого он ни похож. Такой ерунды не должно быть. Может это памятник местному правителю, эпохи Титанов?

— И сам титан?

— Рос, никто не знает точно, как выглядели титаны. Боги знают, но они помалкивают. Может, это титан?

— И до сих пор фонит своей волей? — я подошёл поближе с и званию.

— Поосторожнее, босс, на нём может быть защита.

— На мне тоже.

Я прикоснулся к камню и на меня обрушился целый шквал эмоций.

Он был в гневе, он был силён и совершенно точно имел волю. Что-то держало его,