Контракт с грядущим 2 - Михаил Никитич Ишков

на Фигуркарии, не надо мне такой памяти, тем более что никакой реально-духовной и неоспоримо-материальной связи между нашими мирами не было и быть не могло.

Местные застряли на уровне прямоходящих ящеров, пусть даже и освоивших некоторые причудливые духовные способности, но до земных homo sapiens sapiens им было далеко.

…на этой мысли я споткнулся.

Так ли уж далеко?

Глядя на этих фанатичных «инквизиторов», трудно было отрешиться от ощущения беды, вытекающей из катастрофической ошибки галактических хранителей. Они пренебрегли самым главным, чем награждает рождающийся во Вселенной Разум мыслящее существо – осторожности, являющейся «двигателем прогресса» и «опорой дерзких».

В чем-то они промахнулись!

Но в чем?!

В какого бога верят таинственные обитатели Фигуркария?

Кстати, о Боге…

В какое высшее существо верят аборигены, и верят ли они вообще?

С этого следовало начинать.

…если я посланец нечистой силы, кого же они почитают как силу святую? От этого вопроса они не смогут отвертеться, а если смогут, тогда я не знаю…

В любом случае мне нельзя полагаться на грубую силу, а грубости и силы мне было не занимать. Мне придется с осторожностью пользоваться всякого рода техническими прибамбасами, что однозначно обернется моим поражением, а ведь я был послан, чтобы развеять туман тайны, скрывающий этих странных человекоящеров, сумевших ловко спрятаться в этом секторе вселенной.

Что у них за душой? Зачем они поют срамные частушки и критикуют некоего Гаврилу за ненасытную страсть к размножению? Они отлично подготовились к появлению существа, обладающего сверхмогуществом и создали отличные барьеры. Нарыли окопы, подземные убежища. Они надеются отсидеться и хитростью овладеть секретами таких боевиков как галактические сталкеры.

Это было неспроста и непросто. Таких извращенных рас в нашей вселенной еще не встречалось – в этом меня убедил галактический совет хранителей. Мне предлагалось ухватить суть этой странной цивилизации, чего добиться, размахивая кибернетическим кулаком, нельзя, тем более размахивая обоими энергетическими кулаками направо и налево.

…мне очень хотелось стукнуть главного на этом нелепом судилище злобного старикашку.

Кстати, как его зовут?..

Глядишь, завизжит, бросится в угол, чтобы спастись по-крысиному, а может, обернется волком или начнет ссылаться на древние заповеди, на необходимость сохранять уровень секретности, на защиту национальных интересов.

В условиях Земли это был обычный сценарий спасения, и если они сумели выучить частушки, то до этих отживших и прискорбных дешевых приемов они тоже сумели добраться.

Я, не совладав с собой, уж совсем было собрался подойти поближе к столу и легонько стукнуть председателя по голове, как вдруг тот взвизгнул и тоненьким голосочком заверещал.

– Не подходи!.. Не подходи!

Я с трудом унял желание и согласился.

– Ладно, не подойду. Только ты, в свою очередь, представься, объясни смысл этого нелепого спектакля, которым вы встречаете гостей.

Старик, несколько успокоившись, откликнулся тенорочком.

– Микипипипи.

– Кто?! – не поверил я.

– Микипипипи…

Я обратился к хордянину Макею.

– Ты был прав, тут их полный сумасшедший дом. А кто Инемогу?

Сидевший справа монах представился басом.

– Я.

– А этот, слева?

Тот с готовностью ответил тоненьким жалостливым голоском.

– Инехочу.

Я без всякого стеснения уселся на стол – тот даже не скрипнул. Оказалось, стол вырезан из камня.

Вздохнул.

– В этом случае напрашивается единственно верный вывод. Если Макей знал ваши имена до заточения в эту каменную темницу, значит, вы с одной планеты. Но как вы оказались в этом нехоженом дремучем лесу нашей галактики?

– Как-как, – пробурчал басистый Инемогу. – Так же, как и ты. На сохранившемся от архонтов Ди звездоступе. Сбежали мы, когда подученные твоими предками хордяне решили установить полную и беспредельную демократию и низвергнуть священный Ковчег. Откуда здесь появился Микипипипи, не знаю. Прилетели сюда, а нас сразу в темницу…

– А этот? – я указал на Макея.

– А это – «инициативник». Пусть сам расскажет…

– Не скажу, – героически заявил Макей.

Он обвел грозным взглядом нашу компанию – мол, готов к пыткам, но правды от меня не добьетесь, потом добавил.

– Потому что не знаю…

Я вздохнул.

– Да-а, галактические тайны разгадать трудно, особенно с похмелья. Ну, а ты, Пипипи…

– Не Пипипи, а Микипипипи! – вызывающе пропищал тот. – Я вам не кто-нибудь кто, а кто-нибудь как!

– Ты откуда взялся в этом концлагере отживающих рас?

– Откуда взялся, оттуда взялся.

– Согласен. А эти… Дон Кихот, его оруженосец Санчо Панса, герцог Хуан Анатольевич, Марыська. И эти… бесстыдно назойливая Аквапудра и ее муж Аквапудр.

– Эти местные, – ответил Инемогу.

– Хороши местные, – я не мог скрыть иронию. – А имена все земные.

– Насчет этого, – запищал Микипипипи, – мы ничего сказать не можем. Сами стесняемся. Иной раз задумаешься – что это за ковчег окаянный, на котором всякой твари по паре, а нам с ходу кулаком в зубы.

Наступила тишина. Видно, каждому из нас было о чем задуматься.

* * *

Молчание нарушил я.

– М-да, задачка, – потом, вспомнив, обратился к судьям. – Что ж, тогда судите, если сами такие.

– Приказ, – начал оправдываться Микипипипи. – Если не будем выносить приговоры, нас лишат сладкого. У них здесь, на Фигуркарии, такие вкусные пирожные лепят…

– Так вы за пошлую вкусняшку несчастных узников к смерти обрекаете? – спросил я.

– А у вас что, не так? – забубнил Инехочу.

– Не так!

– Где это у вас «не так»?

Тут только до меня дошел смысл этого предсмертного допроса. Им было приказано выколотить из меня правду, вплоть до угрозы жестокой расправой. Впрочем, судьям тоже до смерти хотелось узнать, откуда я прибыл.

Я неопределенно махнул рукой.

– Там.

– Где это «там»? – угрожающе пискнул Микипипипи.

– А вот там!..

– Ну-ну, – пробурчал Инемогу. – Смотри, дошутишься.

– Уже дошутился, – согласился я.

Глава 5

В наступившей вновь тревожно натянувшейся тишине мне приоткрылось – «странная планета, нетипичная». Есть вход, но выхода нет. Точнее, выходов вообще не существует.

«…как же мне выбраться отсюда? Может, они на это и рассчитывают – я начну суетиться, искать объяснения. Может, это своего рода психологический эксперимент?»

…далее само собой покатилось – «…чем дышу, о чем мечтаю, чего опасаюсь, где был воспитан?..»

И наконец, как откровение, бухнуло: «…Откуда я? Вот что их волнует больше всего? Стихи стихами, частушки частушками, но чей ты родом, откуда ты?»

Я под самое горло загрузился информацией.

Постепенно туман рассеивался.

Нельзя сказать, что я нашел ответ, как выбраться из подземной западни, но то, что они определенно представляют, откуда я родом, стало ясно как день. Не зря же они устроили это шоу с рыцарем печального образа? Как они вообще узнали о нем?! Подпустили ко мне Аквапудру.

Это была их изначальная