Жестокая игра. Истинная под прицелом - Майя Фар

Когда их развязали и привели, главный снова задал вопрос, и мальчишка даже подпрыгнул, сверкнув жёлтыми глазами:

― Я выбираю свободу!

Корн улыбнулся, глядя на воспитанника.

Зифа мрачно смотрел на главного:

― Уж лучше бы ты меня убил.

Главный отвернулся, а мальчишка, внезапно вырвал короткий меч из ножен стоявшего рядом с ним одного из тех, кто напали на караван, и в два прыжка подскочил к Зифе:

― Давай я тебя убью, толстяк!

Зифа бежал так, что ему бы позавидовали многие бегуны.

А мужчины, стоявшие вокруг одобрительно рассмеялись.

Мальчик, который явно получил воспитание лорда, уж очень отличался от других, остановился перед вожаком:

―Я Витор, сын главы клана красного пламени, как зовут тебя, достопочтимый воин? ― спросил он.

―Можешь называть меня Дарг, ― сказал вожак.

― Прими мою благодарность Дарг, ― сказал мальчик, ― ты спас меня от участи хуже смерти.

А Дарг прищурился и произнёс:

― Ты не меня должен благодарить, Витор, а вот её.

И он кивнул в мою сторону:

― Если бы не она, толстому купцу удалось бы тебя спрятать, и он бы увёз тебя в страну джиннов.

Мальчик подошёл:

―Леди, Корн рассказывал мне про вас, я благодарю вас.

Но Дарг, как будто ему было всё это крайне неприятно, вдруг крикнул:

― Всё хватит пора уходить.

И крикнул купцу, с опаской стоявшему в отдалении от воинственного мальчишки:

― Трупы скинь с тропы, и у тебя есть ещё время до заката, чтобы выйти.

Дарг развернулся и, не оглядываясь пошел к холмам.

Я бросила последний взгляд на телегу с клеткой, поморщилась и вдруг заметила, что на телеге лежит лук и колчан со стрелами. В голове мелькнула мысль: клан «Серебряной стрелы», и я совершенно пока, не понимая понадобится ли мне это оружие, взяла его с собой.

Мы шли, держась вместе. Я и Корн с воспитанником. Конечно же я понимала, что, случись что, мало ли какие законы царят в этом… племени Дарга, ни Корн, ни мальчик не смогут меня защитить, но идти рядом с теми, кого знаешь, было спокойнее.

Глава 9

Мы шли почти в самом конце колонны, нас никто не подгонял, и, вообще никто особого внимания не обращал. Я видела, что некоторые из тех, кто был освобождён из нашего каравана, тоже взяли с собой оружие. И мальчишка, Витор, тоже тащил ножны и меч. Он держался рядом со стариком, но с интересом поглядывал в мою сторону. Видно было, что он такой живой мальчик, ему было сложно долго молчать.

А ещё, его точно ситуация с похищением и нахождением в клетке не сломила, возможно, благодаря тому что рядом был старый наставник.

И в какой-то момент он спросил у Корна:

— А почему не все рабы решили освободиться?

Мне понравилось, как Корн ответил:

— Иным, Витор, проще носить цепи. Тогда есть кто-то, кто принимает решения за тебя, и тебе не нужно нести за них ответственность.

На лице мальчика отразилось непонимание.

— А что это за жизнь? — спросил он.

Старик усмехнулся и ответил:

— Вот такая вот жизнь.

Я решила смягчить немного и добавила:

— Но, возможно, они просто боялись идти в неизвестность.

— Зато без цепей воздух слаще, — сказал Корн.

И правда. Я вдохнула воздух, он совсем не соответствовал названию места, где мы находились, какие же это «Мёртвые земли»? Воздух был насыщенный, пахло цветами, зеленью, землёй.

И вдруг все остановились, и мы услышали голос Дарга:

— Выстроиться всем в одну цепочку! Идём след в след! Если кто-то сойдёт с тропы — это его дело! Не геройствовать, не бросаться никого спасать.

И впервые за всё время я увидела, как он бросил взгляд в нашу сторону.

Мы фактически плелись в самом конце, поэтому, когда выстроились, оказалось, что я стою последней.

Корн сказал:

— Иди вперёд, я встану позади.

И мы выстроились так, что передо мной стоял Витор, за ним я, а замыкал цепь Корн.

Видно, что Дарг и его люди торопятся, потому что, никто не подошёл, чтобы проверить, как мы встали. Никто не встал за нами, как я думала, было бы логично, кого-то более опытного поставить.

И вот такой вот длинной цепочкой мы пошли.

* * *

Вскоре начался лес, и стало понятно, почему Дарг отдал такой приказ.

Это был очень странный лес. Когда мы в него вошли, у меня возникло ощущение того, что лес живой, как будто бы он смотрел на нас сотнями глаз. Но, когда я попыталась посмотреть внутрь леса, то возникло ощущение, что я смотрю в плотную чёрно-зелёную стену. То есть не было видно вообще ничего.

И возникало такое несоответствие. То есть я чувствовала, что я в лесу, его ароматы, какой-то хвойно-земляной-ореховый запах. Но в то же время не было слышно ни пения птиц, ни шуршания веток, ни колыхания деревьев от ветра.

Вместо этого, сначала я думала, что мне показалось, но постепенно прислушиваясь, я поняла, что это на самом деле так. Лес дышал.

Вдыхая и выдыхая, как огромный великан.

И от этого мне стало одновременно жутко и странно. Странно, потому что мне хотелось задышать с лесом в одном ритме, подстроиться под его дыхание, казалось, что тогда я всё пойму. Как будто у меня в душе возникло ощущение причастности к чему-то большому, даже родства.

И в какой-то момент я вдруг поняла, что мне хочется сойти с тропы и зайти внутрь леса, посмотреть, что там.

И я вдруг увидела, что идущий передо мной Витор, вдруг сделал шаг и сошёл с тропы. Я, конечно, в тот момент не вспомнила слова Драга, что никто никого не возвращает, а протянула руку и вцепилась ему в плечо, пытаясь вернуть обратно.

Мальчишка вздрогнул, но его будто что-то держало. Я услышала, как вскрикнул, идущий позади Корн:

— Витор, нет!

А я почувствовала, как что-то будто бы тянет мальчишку из моей руки. И тогда сама сошла с тропы и, обняв мальчика, вернула его. И услышала, как из леса донёсся вздох, похожий на стон, с оттенком разочарования.

Я посмотрела вперёд, вроде бы никто не оглядывался, потому что уже встав обратно на тропу, я вдруг вспомнила инструкции и поняла, что только что все их и нарушила.

Я так и держала свою