Хиван — амбассадор - Василий Васильевич Горобейко

Во дела! Мир совсем другой, а люди все те же!

Размышляя о превратностях судьбы, Иван сам не заметил, как задремал. Проснулся он от неожиданного удара. Машина резко остановилась.

— Ну твою же мать! — Антон заковыристо выматерился. — Вот откуда она выскочила?

Все дружно полезли из кабины. Перед машиной билась в судорогах молодая лама. Иван достал подарок старого убара — резной нож из когтя раптора — и прервал мучения животного.

— Ну вот же гадство! От этой скотины одни убытки! Мясо — не ужуешь, а кабину клеить придется! И как назло, наши идиоты косорукие, когда «рефу» монтировали, поленились ящик с ЗИПом из кузова перенести! Теперь мне, чтобы до ремкомплекта добраться, придётся полмашины перегружать!

Выскочившая перед машиной лама, видимо, пытаясь уйти от столкновения, в последний момент высоко подпрыгнула. Поэтому удар пришелся в лобовую плиту выше бампера. Не рассчитанная на такие воздействия плита треснула, образовав щель в палец шириной.

— А в чем проблема? — удивился Иван. — На ходовых качествах это никак не скажется. Да и ехать осталось не больше часа. Вон тот конус на горизонте — это же вал Цитадели виднеется?

— Цитадель. И ехать до нее не более получаса. Но за это время мы столько пыли и песка наглотаемся, что мама не горюй! Да еще и сваримся! Тут кондюшник и так на пределе жужжит. Нет уж, я пока все до мельчайшей щелки не заклею, с места не двинусь!

Водитель с экспедитором переоделись в стерильные комбинезоны и полезли в рефрижератор. Ивану комбеза не досталось, и он, вспомнив подсмотренный у хавийя рецепт, отправился к ближайшим зарослям опунции. Набрал полную майку сочных кисло-сладких плодов. Вернувшись, споро разделал сбитую ламу — сказался опыт таежника. Крупные кости и голову выбросил подальше в кусты, а сочные, еще теплые куски мяса, перемешав с раздавленными плодами опунции, завернул в шкуру. Тут как раз и Антон с ремкомплектом появился.

— И что это у тебя за пирожок? Выброси! Я же говорю, не мясо — подошва. Мы по первости, когда ламы только появились, чего с их мясом только не делали. И варили, и тушили часами, и мариновать пытались! Дрянь дрянью.

— А вот хавийя нашли простой способ готовки. Если до завтра в Цитадели задержитесь, обещаю угостить очень мягким и срочным стейком из ламантятины.

— Так ты что, один из этих? Из бывших рабов? — поинтересовалась подошедшая экспедиторша.

— Ну в целом да. Я успел побыть рабом в койсе Сабти, хоть и не долго.

— А правда, что они рабов вместе со скотиной в сараях держат, а чуть что не про них — калечат?

— В принципе, бывает…

— А правда, что они всех пленных баб толпой насилуют, а мужиков просто кастрируют под самый корень?

— Врут, — Иван улыбнулся, девушка опять решила пошутить ниже пояса. — Не переживай, мое все при мне.

— Больно надо, за тебя переживать! У меня, между прочим, муж есть! А стейком из ламы правда угостишь?

— Угощу, раз обещал. Вот только надо найти, где и в чем приготовить.

— Тогда давай с нами в хостел, там для постояльцев шикарная кухня с котлом, мангалом и тандыром. Да и ценник очень демократичный — три койна за койко-место. Только мы вначале по точкам прошвырнемся. Разгрузиться надо. И так из-за вчерашней аварии опаздываем, а тут еще это! — предложил Антон.

— Ой, Ваня! А ты тоже на том коптере летел? Говорят, там трех человек винтами в мясо покрошило! Наши до ночи человеческие остатки от мяса коровцев отделяли, да так и плюнули — похоронили все в братской могиле на скотомогильнике. А Семену, говорят, ветровым стеклом башку отрезало, но в госпитале ее на место пришили! Он теперь как Игорь будет! — увидев недоумение собеседника, Анна пояснила: — Ну ты что? Это зомби такой, я о нем в детстве книжку читала.

— Вот в госпиталь заедем, и ты сама у Семена спросишь!

— Не, в госпиталь не получится, это в другой конец. Если тебе в госпиталь нужно, то я тебя в центре высажу, а там по кольцу пепелацы ходят. Сам доберешься. А вечером к промзоне подъезжай, там всякий хостел покажет, — обломал Забелина водитель.

— Договорились, — не стал спорить Иван, — только вы тогда мясо с собой захватите, его даже в холодильник убирать не нужно, пусть полежит, проквасится. А я завтра его с утра приготовлю.

3

В хирургическом отделении ничего за два месяца не изменилось. Все так же хлопотала вокруг больных фрау Эльза. Доктор Кац все так же творил чудеса, спасая жизни и конечности. Пани Инга и миз Ким продолжали свою учебу в ординатуре. Идущие на поправку больные в светлых пижамах и халатах так же коротали время в больничном скверике. Правда, пациенты были все незнакомые, а еще добавилась новая санитарка — худощавая пожилая женщина славянской внешности.

Эльза Ивану искренне обрадовалась, пригласила его в ординаторскую на кофе, где устроила допрос с пристрастием и о состоянии его здоровья, и о самочувствии Масула.

— Да все нормально. Масул быстро идет на поправку, жена и дочки его усиленно откармливают. Он снова убар койса. Всех проблем у него — Румпет не хочет ни домой возвращаться, ни замуж выходить. Девушка твердо решила врачом стать и активно учится у доктора Розы в клинике при посольстве.

— Ой, да какая у вас там клиника?! Так, фельдшерский пункт! — С доктором Розой обычно ко всем приветливая фрау Эльза, что называется, не сошлась характером. — Сюда ее нужно переводить. Здесь и университет есть, и практика на лучшем оборудовании, у лучших специалистов. Ты Масула когда последний раз видел?

— Позавчера. Мы в Сабти доктора Розу возили осматривать Маибу. Там вроде и ранение не сильное, но она после смерти сестры и казни Хаббада, похоже, сама жить не хочет.

— Лекари — шаманы! Сюда эту вдову везти нужно. Доктор Лакан быстро ей мозги вправит!

Спорить Иван не стал, хотя и был согласен в диагнозе с Розой, что как только Маиба увидит раздувшийся животик Фейлы — жены своего старшего сына, так сразу на поправку пойдет. К счастью, Вахиб и сам это понимает и, по словам Марты, очень старается. А вот у самой Марты животик уже проглядывает, а Эрлис сияет как медный чайник.